Князь Барбашев (СИ) - Родин Дмитрий Михайлович - Страница 84

Порадовал птичник. Путём долгого отбора, включая и крестьянские хозяйства, удалось получить двух кур, яйца которых из категории С доросли до В. Этих наседок пометили особо, дабы по весне отсадить и все яйца на потомство пустить. А что уж там из них получится, после поглядим.

Наконец-то, заработала школа. Не сказать, чтобы все ученики шли к свету знаний с радостью, но и против барина сильно не попрёшь, особливо ежели ты в холопском звании состоишь. Ну а в конце обучения уже и выбирем годных людей, по итогам, так сказать. Так что будут, будут у него свои грамотеи. Ведь не всем же на земле работать. Да у него и земли-то столько не будет. Мала вотчинка, мала, что уж тут говорить.

Ещё порадовали пленённые литвины. Точнее их слуга, что вернулся-таки назад. Расторопный малый, он умудрился отыскать печатника Швайпотля. А задержался так долго именно потому, что оный немец не сидел в Кракове, а переехал ныне в городок Левоча, где занимался уже не печатным, а горным делом. Что уж он там ему говорил, как упрашивал, чем угрожал и на что сговорился, он так и не проговорился, но клялся и божился, что по весне в Ивангород придёт корабль со всем, что Андрей заказал. Что ж, раз так, то на том же корабле благородные паны смогут и покинуть русские пределы, поменяв, так сказать, груз на пассажиров. А то ему их кормить и содержать тоже как-то накладно выходит.

И когда уже показалось, что жизнь-то и вправду налаживается, в гости пришёл Годим...

Мда, не считайте себя умнее других, чтоб потом от стыда не краснеть. Годим повел речь о сельском хозяйстве, в которое князь вмешался с грацией слона в посудной лавке.

- Видишь ли, княже, поначалу людишки отвергали саму возможность какого ни то улучшения в хозяйстве от твоего травосеяния, да и сейчас ещё, скажу честно, не все верят. Ну да не о том речь. А вот горюют они, что разбита пахотная землица так, что не в каждое поле можно скот пригнать. Нету свободного прохода прямо от деревни. Оттого сложно дальние делянки унавоживать. Вот и боятся люди, что земля там запаршивеет и неурожай получится.

Андрей крепко задумался. Ну да, было такое, борясь с чересполосицей, он нарезал новые поля равной мерой, а вот про то, что пар тут пользуют как пастбище, даже и не подумал. Как же, нёс новое и светлое, прогрессор, блин. А ведь даже в условиях отсутствия минеральных удобрений как класса, удобрять землю всё равно нужно, ведь внесение удобрений в землю является лишь возвратом того, что было взято у неё в долг, извлечено, так сказать, корневыми системами растений и использовалось ими для построения своего тела. Постоянно, из года в год, таким образом полезные вещества выносятся из почвы с урожаем, а с корневыми остатками возвращается лишь незначительное их количество и, естественно, это обедняет землю. И единственным способом улучшить её для крестьянина в настоящее время оставался только навоз. Потому как в нём содержались основные питательные вещества - азот, фосфор и калий. А регулярное внесение навоза в почву изменяет как её состав, так и её свойства.

К примеру, его вотчина расположена на песчанных почвах, а хорошо унавоженные они лучше удерживают влагу, в них начинает накапливаться гумус. Причем, не только за счет органического вещества навоза, но и за счет роста урожайности и соответственно повышенного поступления корневых и пожнивных остатков. Нет, этого Андрей не знал (не агроном же), но хорошо знал другое: для его полей навоз вещь очень и очень нужная.

А что получилось на деле? По принципу хотели как лучше, ага. Навоз ведь вносится на поля либо специально, привозимый на телегах, либо методом выпаса скотины по полю. Но в последнем случае части поля грозит "вытаптывание". И вот чтобы пастух не вытаптывал только чужое и не удобрял только своё, и служила чересполосица. А он-то её того, отменил. Да ещё сделал это так, что к некоторым полям теперь и не провести было даже своих коров, не потоптав чужие делянки. Мда, ситуёвина, однако.

Но, как оказалось, это было ещё не всё. Срочно вызванный Генрих лишь подлил масла в огонь. Нет, всё же не зря немец раньше был управляющим в поместьях. Сельскую науку он изучал не в тиши кабинетов, а на практике и экзаменом ему была не сессия с зачётами, а урожай на полях и рост доходов. Уже живя здесь, он внимательно присмотрелся к хозяйству березической вотчины и пришёл к неутешительному выводу: для такой земли, как тут, ей мало достаётся удобрений. А всё потому, что местные крестьяне содержали слишком мало скота. В среднем, в каждом хозяйстве было по коровёнке да по коню, ну и у некоторых куры да гуси. И не лень крестьянская была тому причиной, а то, что в вотчине слишком мала была кормовая база, отчего крестьяне просто не могли содержать лишних животных. Банально не хватало сена. А нехватает кормов - мало держат скота, нехватает животины - нехватает и навоза. Ну и далее по цепочке. Какое уж тут увеличение урожайности, тут бы своё не пролюбить. Как бы не пришлось обратно к подсечно-огневому земледелию возвращаться. Немец ещё много чего говорил, но Андрей из всей его речи для себя вывод сделал простой: для увеличения урожайности необходимо было срочно увеличивать количество скота, который в данный момент был единственным производителем качественных удобрений. Так сказать, наср... на поля, чтобы лучше земля родила! Конечно, хорошим удобрением является и птичий помет, особенно куриный. Но ведь количество птицы в вотчине тоже не велико. Так что предстояло срочно изыскать места под пастбища и покос, и сделать это можно было двумя способами: либо за счет полей, либо выжигая лес. А ещё необходимо было заново перепланировать поля так, чтобы на каждое новое поле имелся прогон для скота прямо от деревни.

Вобщем, константировал он, Шурик - вы балбес! Не будучи агрономом, а всего лишь садоводом-любителем, решили, что всё равно умнее тех, кто на земле веками работал. Нет, разумеется, его идеи многополья и травосеяния правильные и проверенные временем, вот только делать это, наверное, нужно было постепенно. А вообще, иметь под рукой человека годами занимавшегося хозяйством и не использовать эти возможности - глупость величайшая. А он ещё про кадры, которые решают всё вспоминал. И ведь Генрих не такой уж и глупый, и уж точно не ретроград. Он честно попытался разобраться во всём том, что тут наворотил Андрей, внимательно выслушал все его лекции по сельскому хозяйству и даже пытался что-то там выращивать на огородах. Но Андрей, уверенный в своих силах, пёр буром и, кажется, добурился до больших проблем. Или всё же нет?

Как бы то ни было, а Генрих вдруг вновь, неожиданно даже для себя, превратился в студента. Андрей, напрягая память, тщательно вспоминал всё, что когда-то говорил его дед и то, что он успел применить на практике, будучи дачником. А немец накладывал эти знания на свой опыт и пытался совместить всё в одну стройную систему. Потому как за зиму им предстояло родить план по выводу хозяйства вотчины на достойный уровень, пусть даже в ближайшие два-три года, если всё будет совсем плохо, и придётся закупать зерно на стороне. Но тут, как говорится: сам дурак - сам и расплачивайся. Радовало лишь одно: народ на практике убедился (спасибо хорошему лету), что на паровом поле сена косится больше, чем на обычном лугу. А уж на господской запашке в первый год так и вообще, чуть ли не вчетверо более чем с лугов скосили. Правда, не все ещё окончательно согласились с новым типом хозяйствования, ведь в их обычный, освящённый предками и веками уклад это вносило такую ломку, что не могло казаться всем безусловно необходимым. И будь они свободные, то, наверное, удрали б от такого хозяина, но холопство заставляло делать так, как велят. А это тоже не входило в планы Андрея. Ему нужно было, чтобы крестьяне сами поняли всю выгоду и приняли новый строй, как единственно верный. Но пока что они больше ворчали. Ворчали, что клевер и дойник у них не будет родиться, что клевер вытягивает землю, а сено донника не съедобно, что у них нет достаточно пастбищ, и что от баринова многополья будет у них одно стеснение и неудобства. Ворчали, что после клевера нельзя хорошо обработать землю под овес да ячмень и оттого он будто бы будет плохо родиться, а главное, ворчали, что отцы и деды жили и без этого и жили сытней. Но не всё было так плохо. Появились уже и те, кто приспособился к новому хозяйствованию и даже защищал его на деревенских сходках. Так что Андрей верил: будет, будет у нас образцово-показательное феодальное хозяйство, просто нужно сделать так, чтобы им кто-то постоянно занимался, а не как Андрей, наездами. Потому как нельзя объять необъятное.