Беглянка с секретом (СИ) - Счастная Елена - Страница 35

— Проходите, — она любезно указала мне одно из двух кресел у высокого, почти от потолка до пола окна.

На столике рядом с ними стоял явно принесённый ко встрече со мной чайник, из носика которого шёл ароматный пар, и две чашки. Ещё лежали небольшие пяльцы с зажатым в них платком. Вышивка на нём была только начата, но отчего-то мне показалось, что закончена она будет нескоро. Юдит не походила на ту, кто засиживается за рукоделием часами или торопится завершить работу в поездке. Скорее она хотела показать мне вензель, что уже был обозначен в уголке: АФ. Не удивлюсь, если на самом деле вышила его та самая служанка, которая спешно ушла по безмолвному приказу.

Я опустилась в любезно предложенное кресло и выпрямила спину, едва касаясь лопатками спинки. Это позволяло сохранить собранность и внимание, которое наверняка понадобится мне в разговоре с Юдит. Та подошла неспешно и мягко, будто змеёй проползла по полу, тихо шурша подолом, точно чешуёй.

— И давно вы задумали обосноваться в Анделналте? — плавно села и потянулась за чайником.

— Я не собираюсь здесь обосновываться, — прямой и несправедливый вопрос так и всколыхнул в груди горячую волну негодования. И она тоже считает меня охотницей за женихами? — Я только выполняю возложенные на меня обязанности помощницы унбара де ла Фиера.

— Ну, конечно, — усмехнулась Юдит. — К счастью, по делам я встречаю много женщин и девушек. Много разговариваю с ними. И мне порой приходится вникать в их мысли и стремления. Потому я вижу, что вы рассказываете о себе не так много, как могли бы. И скрываете истинные намерения.

— Я на вашем месте не судила бы поспешно.

Юдит улыбнулась снисходительно и угрожающе. Хотела было налить мне в чашку чая, но я остановила её взмахом руки. В этой комнате ничего пить не буду, ничего не стану принимать из рук Юдит Месарош — и даже простой воды. С таких, как она, станется устроить какую-нибудь пакость. А может, я ещё плохо знаю ревнивых женщин и даже не представляю всю величину их мстительности.

— Как бы то ни было, — как ни в чём не бывало, продолжила девушка, — я предлагаю вам уехать из Анделналта сейчас. Пока Альдора нет и он не сможет вас остановить, потому что я прекрасно понимаю, что из любви к брату, он сделает всё, чтобы ему было приятно. И махнёт рукой на здравый смысл, если Маркуш вздумает настоять на своём. Вы очаровательная девушка. Такие нравятся пылким юношам, но вы не можете не понимать, что опытная сиделка…

— Помощница, — прервала я её таким тоном, каким это мог бы сделать Альдор.

И сама себе удивилась: когда только успела нахвататься его особых интонаций, которыми он мог уничтожить любого, даже не притронувшись, не взглянув лишний раз? Юдит тоже это заметила, а потому, кажется, растерялась на миг. Но быстро взяла себя в руки.

— Да, конечно, — напряжённо повела плечами. — Так вот опытная помощница может дать Маркушу больше, чем вы. И занятия с ней будут для его образования гораздо полезней.

— Я не могу уехать. У меня обязательства, — уронила я, сжимая пальцами подлокотники кресла. — Я обещала унбару де ла Фиеру. И к тому же ваши рассуждения об уровне моего образования совершенно не обоснованы.

Юдит втянула носом воздух и сжала губы, которые тут же утратили мягкую пухлость. Видно, надеялась, что я вмиг оробею, ведь кто она такая, в этом доме знали даже пауки в самом тёмном углу чердака.

— Мне казалось, вы сговорчивее… И умнее. И если вам говорят уезжать…

— Простите, офате Месарош, — я слегка приподняла кисть с подлокотника, останавливая наполненную нарастающим гневом тираду. И с удовольствием отметила, как округлились глаза Юдит, как резче стали её скулы, когда она стиснула зубы. — Но кто вы такая, чтобы приказывать мне? Вы жена хозяина? Кажется, нет. Мой наниматель — унбар де ла Фиер. И я имею полное право прислушиваться только к его указаниям. А он перед отъездом ясно сказал мне присматривать за Маркушем. Потому наш разговор стремительно теряет смысл, не находите? Со всем уважением…

— Не смешите меня, — махнула рукой Юдит. — Альдор мечтает избавиться от вас. Да и вы недавно, кажется, не слишком-то жаждали тут остаться. Маркуш — обаятельный мальчик и может кого угодно склонить на свою сторону. Но это не значит, что всё произошедшее — правильно. Впрочем… Если вы переживаете за ваше дальнейшее благополучие. То вот, — она взяла со стола звонкий и тяжёлый мешочек, который я и не заметила за небольшой шкатулкой, что стояла тут же, и бросила его на край ближе ко мне. — Здесь столько, что вам хватит надолго. Вы сумеете подыскать себе другую работу. Я даже могу дать вам рекомендации, с которыми вас примут куда угодно.

А у неё немалое самомнение, — невольно пришла мысль. Я опустила взгляд на кошель. В нём наверняка немало серебра, и, наверное, на один короткий миг меня охватило сомнение: ведь это и правда хорошая возможность уехать отсюда. Добраться до Одиина и попытаться выяснить всё, что поможет мне избавиться от карты. Я не узнала, что чувствовал Маркуш, когда касался меня во время приступов, но, может, это и хорошо? Кто знает, что будет, когда мой неприятный секрет раскроется? Может, и его благосклонности не хватит на то, чтобы уберечь меня от очередной вспышки гнева Альдора. Судьба, кажется, протянула мне руку, показывая выход из той ситуации, в которой я невольно оказалась. И к которой, признаться, уже начала привыкать, как к чему-то закономерному. К этому замку, к Маркушу, к Рэзвану, его мягкому надзору и заботе. Даже к Альдору — упади розга Закатной Матери ему на голову!

От короткого воспоминания о де ла Фиере стало жарко между лопаток. Руна почему-то нагрелась, пустив по спине горячие щупальца дурманного волнения. Я невольно провела ладонью по шее под затылком, повинуясь желанию немедленно коснуться знака. Что ещё за новости?!

Кажется, Юдит заметила моё смятение, но придумала ему совсем другую причину.

— Дело не в благополучии, — я едва сумела отлепить от нёба вмиг пересохший язык. — И не в наших взаимоотношениях с унбаром де ла Фиером. Но вам, наверное, не понять… Потому ваши деньги можете оставить себе. Я никуда не поеду.

От собственной решительности аж в голове закружило. Но сейчас сдаваться на волю Юдит Месарош, которая вдруг возомнила о себе неведомо что, я не собиралась. Я могу спорить с Альдором, могу и правда думать о том, что мне нужно уехать — хотя бы на время — но это вовсе не касается кузины принца. И не ей приказывать, что мне делать.

— Это вы, кажется, ничего не поняли, — голос Юдит мгновенно изменился, утратив всю вежливость и зыбкую угрозу, наполнившись ей до краёв. — Не думайте, что я не знаю, кто вы.

Я остановилась, уже направившись к двери.

— И что вам даст это знание? — обернулась через плечо. — По сути я не совершила ничего противозаконного. Просто отказалась от роли любовницы. Впрочем, и этого вам, кажется, не понять.

Юдит улыбнулась, слегка сощурившись. Укол пришёлся точно в цель.

— У вас весьма невинный вид… для воровки. Но мне нет дела до того, что вы умыкнули у этого хлыща Натана Миклоша. Никогда его не любила. И, если вы мирно уедете, то я даю вам слово, что ничего не расскажу Альдору — и тогда у него и Маркуша о вас останутся большей частью светлые воспоминания.

Я попыталась вновь заставить себя дышать. И сохранить лицо тоже постаралась, хоть и не знала, что сейчас на нём отражается. Похоже, что именно я украла, Юдит не знает, иначе в её словах было бы больше уверенности. Но, если Альдору вдруг станет известно, что я и правда что-то стащила у одного из магов, моё положение значительно ухудшится.

— У вас нет ни единого доказательства.

— Зато у меня есть то, чего нет у вас: доверие Альдора.

Доверие Альдора против доверия Маркуша, в котором я теперь тоже не была уверена. Над этим стоило поразмыслить. Отчего-то не хотелось верить словам Юдит. Возможно, она просто что-то слышала: наверняка слухами о пропавшей аманте уже полнится окружение принца. Но сейчас даже эти простые слова селили в душе огромное смятение, граничащее с паникой.