Друг, оборотень и рыжая (СИ) - Бельская Анастасия - Страница 20

Я замерла, осознавая. Он действительно рос здесь, где это было в порядке вещей. Да и на моей родине многие девушки были бы счастливы жить с любимым мужчиной, не думая ни о чем, кроме домашнего очага и потомства. В том, откуда такие убеждения у парня, я теперь понимала. Также и признавала, что могла и перегнуть с выводами о «клетке». Самую малость. Совсем чуть-чуть.

— Это не отменяет того, что ты будешь жить тут всегда, — упрямо произнесла я, словно сопротивляясь чему-то, — твой дом — это твоя стая. Ты же не станешь этого отрицать.

Глаза Ричарда потемнели. И я мигом пожалела о сказанном.

— Не стану, — все еще стоя очень близко, произнес он.

Ну вот. Что и требовалось доказать.

— Я не стану отрицать свою причастность к нашему клану и виду, — продолжал тем временем Ричард, делая шаг, наступая на меня, заставляя все внутри дрожать, — Не стану притворяться, что в восторге от того образа жизни, что выбираешь ты, рыжая. Не буду ездить с тобой в поездки и сопровождать в каждом чертовом соревновании, снимая пустые квартиры, и выжидая, когда ты присоединишься ко мне в них! Черт возьми, я не собираюсь притворяться и врать, ломать себя и подстраиваться, гнуть никому ненужную линию и пытаться удержать тебя этим!

Он выплюнул все это, уже прижав мое тело к себе, глядя в лицо гневно и с вызовом. И тут же вдруг отпустил, беря мои пылающие щеки в ладони, и нежно проводя кончиками пальцев по ним.

— Но и тебя не заставлю делать все это, огненная. Ни за что и никогда.

Я почувствовала, будто тепло разливается где-то в районе солнечного сплетения. От глаз, что были напротив, казалось, исходят волны необычайного света, проникая внутрь меня, и указывая на что-то… И я пока сама не понимала, на что именно, но чувствовала, что это безумно важно.

— Я никогда больше не буду ломать тебя и навязывать свою линию, милая, — прошептали его бархатные губы совсем рядом от моих, — но вместо всей этой чуши, что вряд ли тебе нужна, я обещаю, что буду всегда ждать тебя здесь. Дома. Буду звонить чаще, чем бы ты сама попросила, бесконечно волнуясь и ревнуя к каждому тренеру и спортсмену. Буду срываться, если тебе понадобиться помощь, и разорву любого, кто посмеет обидеть. Буду тебе надежным плечом, опорой, силой, которая есть и в тебе. Я никогда не сяду у твоих ног, огненная — но лишь потому, что знаю — тебе самой это не нужно. Я смогу дать тебе больше, милая. Не обещаю, что все у нас будет гладко. Скорее, могу гарантировать, что гладко не будет! Но кому нужны идеальные отношения, когда есть вот это, — его губы скользнули на шею, и низ живота заныл, вынуждая мои руки вцепиться в его свитер, — страсть, рыжая. Желание быть вместе. Желание обладать. Ты ведь тоже этого хочешь, женщина. И я могу тебе это дать. Не романтично-ванильную чушь — но зато не скуку. Нет, моя огненная, нам скучно не будет!

С этими словами он подхватил мои ягодицы, в то время как мои ноги сами обвили талию оборотня. Я застонала, чувствуя, как он меня хочет. И от того, как хочу этого несносного гада я!

Наклонилась, желая впиться в чувственные, вкусные губы… Как вдруг в мои волосы погрузилась рука, заставив отклонить голову назад.

— Нет, рыжая! — рыкнул зверь, а я затрясла головой, не в силах понять, почему мне отказывают.

— Что?!

— Я сказал: «Нет!», — тихо прошипел он мне в лицо, все еще сжимая мою гриву в кулак, — я не поцелую тебя, пока… Ты не признаешь, что выбираешь меня. Я больше не стану делить тебя ни с кем, потому что есть только я и ты… Хищник и огненная королева. Или ты оставляешь всех прочих за бортом, или…

Его взгляд, испытующий и твердый — на мне. Его губы, что теперь хотелось в десять раз сильнее — в сантиметре. Я знала, что, если потянусь сейчас к ним, сдамся в руки этого оборотня навсегда. Пути назад не будет. И Чита в моей жизни — тоже.

Глава 19

Я так и замерла, обвивая талию оборотня ногами, в сантиметрах от его лица, глядя прямо на него, и не решаясь на этот последний, такой важный шаг. Ричард так много сказал сегодня… Так радикально поменял в моей голове мысли о нем. Черт, я поверить не могла, что парень готов отпускать меня куда угодно, лишь бы я сделала этот выбор в его пользу. Почему? Мы ведь не так много общались, чтобы его чувства стали столь глубокими…

Он же практически предлагает мне жить тут! В смысле… «Я буду ждать тебя дома» — кажется, примерно так он сказал. Это серьезно, намного больше, чем просто решение, с кем строить отношения. И меня испугало это. Очень.

Ричард смотрел на меня, следил за эмоциями, и, видимо, что-то поняв, вздохнул. Тяжело опустил на землю, а затем заключил лицо в горячие, широкие ладони.

— Слишком много для одного раза, да, — не спрашивая, а утверждая, произнес он, — что ж, это я могу понять. Идем, у нас сегодня праздник, да и родители должны скоро приехать.

Он развернулся, и повел меня за руку вон из чудесного места, от птиц, что оставались позади, и были светом и теплом, от которого мы удалялись. Я шла чуть позади, смотря на мускулистую спину и плечи, и казалось, будто тоже чувствовала эмоции оборотня. Напряженность. Смирение. Разочарование.

Он ждал от меня совсем другого ответа, нежели молчания. И я не могла винить его в этом, так как понимала, какой шаг ко мне навстречу сделал Ричард. Но также ощущала благодарность, что не стал давить, хотя имел право — он дал время, чтобы подумать. До завтра или до конца наших каникул — не важно. Я должна как можно скорее все решить для себя, и перестать мучать обоих парней.

Когда мы вернулись в дом Ричарда, на плите уже стояла просто огромных размеров кастрюля, откуда доносились невероятно аппетитные запахи. По чуть кисловатым ноткам я поняла, что это солянка. Рот непроизвольно наполнился слюной.

— Явились, наконец! — к нам выбежала Джена, на ходу развязывая фартук, и доставая тарелки из шкафа, — Стеф, помогай накрывать на стол! Только вас к обеду ждали!

Я быстро сполоснула руки, схватила из рук Джены посуду, и начала расставлять ее на столе. Лишь спустя минуту до меня дошло, что приборов для троих многовато.

— Родители вернулись? — спросил Ричард, намыливая руки.

— Ага! — Джена была радостна, и не обратила внимания на мое побледневшее от новости лицо, — сейчас переоденутся и выйдут.

— Хорошо, — Рик, в отличии от сестры, внимательно следил за мной взглядом, — ты уже сказала, что у нас гостья?

— А как же! — ухмыльнулась Джена, — им не терпится познакомиться.

Я сглотнула, брякая рядом с тарелками вилки, и тут в комнату грациозной походкой вошла красивая стройная женщина. За ней, важно, но также легко, показался высокий мужчина, чьи черты лица не оставляли фантазии, чей он отец. Ричард вылитая копия своего папы!

— Вернулись! — радостный возглас женщины очень напоминал Джену.

Она тут же обняла Ричарда, хотя едва доставала тому до плеча. Взрослый сын слегка приобнял маму, а другой рукой поздоровался крепким рукопожатием с отцом.

Они обменялись мне непонятными взглядами, а затем Ричард выпутался из женских рук. Все повернулись ко мне, и я сжала в руках оставшиеся вилки.

— Мам, пап, знакомьтесь, это Стефи, моя…

Ричард запнулся, явно не зная, как меня правильно представить родителям. Я чуть не застонала, понимая теперь, почему оборотень хотел получить мой ответ до знакомства со всеми членами семьи. А я, стоя сейчас тут, ставила его в неловкое положение…

Мой рот открылся от пронизывающего меня вдруг желания помочь парню. Слова вылетели прежде, чем мозг успел все обдумать.

— Девушка. Я его девушка, — произнесла, заливаясь густой краской, и положила вилку на стол.

Мама Ричарда тут же счастливо охнула, и заключила теперь меня в объятия. Я выглянула из-за женской спины — Ричард стоял, удивленно глядя на нас, и даже не думая скрывать свое изумление. Вот ведь… Болван. Хотя я дура побольше буду.

Отец Ричарда, видимо, устав ждать, что их тоже представят, заговорил.

— Меня зовут Сафель, а это Надина, моя жена. Нам очень приятно познакомиться с тобой, Стефи, и видеть тебя в нашем доме.