Викинг - Гарин Максим Николаевич - Страница 65

Но нет, Викинг рассчитал все точно. Деятельность фирмы «Махаон» уже давно не балансировала на грани закона, а благополучно находилась по ту его сторону. Скупка по дешевке государственного сырья, изготовление без лицензий товаров с марками именитых фирм, уклонение от выплаты налогов — весь этот стандартный букет русского предпринимателя мог быть оценен в несколько лет лишения свободы. Но соответствующие органы смотрели на шалости Репьева сквозь пальцы и потому, что когда эти пальцы складывались в горсть, глава «Махаона» никогда не забывал отсыпать в нее из своих далеко не скудных сбережений.

Что же нужно, чтобы власти заинтересовались всей подноготной деятельности процветающей фирмы? Труп. Труп ее хозяина. Смерть владельца солидного предприятия, довольно известной в городе личности, — это не гибель нескольких закоренелых рецидивистов, известие о которой нормальные люди воспринимают с плохо скрываемым удовлетворением. Устранение Репьева вынудит засучить рукава не одного глотовского следователя по особо важным делам.

Викинг не преуменьшал степень продажности глотовской милиции, но и не преувеличивал ее. Так же, как и могущество местных паханов. Может, они и сумеют как-то помешать следствию по делу «Махаона», но только не остановить и не закрыть его. Что, по мнению сыщиков, явится причиной гибели Репьева? Конечно же, деньги. Именно они, родимые, оказываются ключом к разгадке любого мало-мальски серьезного преступления в современной России. Ступив на этот очевидный путь, следователи без особого труда доберутся до причин грандиозного финансового успеха «Махаона». Конечно, Седой заблаговременно оборвет все ведущие к нему ниточки, если таковые существуют. Но станет ли ему от этого легче? Фирма будет закрыта, ее банковские счета арестованы, и пахану придется основательно покрутиться, прежде чем будет создан новый «Махаон». Если, конечно, его не опередят шустрые конкуренты из какого-нибудь другого города.

Так что в операции с Репьевым Викинг собирался сыграть не главную, а, скорее, роль ледокола, расчищающего путь для остальных судов, или катализатора, на всю мощь запускающего казавшуюся невозможной химическую реакцию.

А Седой был очень зол на Репьева из-за инцидента с Мокрецовым. Конечно, пахан был не прочь познакомиться с членами семьи депутата Госдумы, но не при таких обстоятельствах. И еще он решил, что дважды снаряд в одну и ту же воронку не попадает, и отозвал людей, охранявших фабриканта. Пусть, мол, обходится своими телохранителями. Слишком поздно пахан сообразил, что первый выстрел — холостой — очень часто является предвестником боевого.

С точки зрения Викинга, который не мог допустить, чтобы смерть подонков сопровождалась гибелью хотя бы одного порядочного человека, ликвидации Репьева весьма благоприятствовало одно обстоятельство. Дело в том, что некоторое время тому назад местных скороспелых богатеев захлестнула эпидемия разводов. Одни разводились ради того, чтобы, избавившись от опостылевшей жены, тут же повести под венец какую-нибудь юную прелестницу лет на двадцать-тридцать моложе супруга, другие, и Олег Игнатьевич в их числе, мартовскими котярами переползали из койки в койку, но вскоре с горечью обнаруживали, что даже пресловутый «Йохимбе-экстракт» не способен привести мужскую потенцию в полное соответствие с финансовыми возможностями в смысле покупки женских ласк.

Кроме женщин и машин символами красивой жизни стали роскошные особняки. И здесь Репьев постарался не отстать от других. Кроме солидного здания в самом городе он построил симпатичную дачку на берегу реки. Располагалась она на территории национального заказника, поэтому рядом с ней стояло лишь несколько сооружений аналогичного назначения, чьи хозяева имели связи и деньги достаточные, чтобы наплевать на всякие там государственные запреты. От шоссе в этот райский уголок вела длинная и узкая грунтовая дорога.

С наступлением теплых дней Олег Игнатьевич наезжал сюда почти каждые выходные, чтобы поохотиться или половить рыбу. Женщин с собой он никогда не брал. Благо, до города всего полчаса езды, так что, если вдруг собиралась теплая мужская компания и появлялось желание не только выпивать да закусывать, не составляло труда съездить в Глотов за живым товаром.

Субботний день выдался изнурительно жарким. Казалось, что над окрестностями Глотова вдруг образовалась озоновая дыра, и жгучие солнечные лучи без всяких помех пытаются медленно изжарить любое живое существо. Викинг лежал на вершине холма, наблюдая за поворотом с шоссе на грунтовку. От травы исходил интенсивный обволакивающий запах, навевающий безмятежные, невинные мысли. Хотелось просто прогуляться по лесу, глазея по сторонам и никого не трогая.

Викинг усмехнулся. Неподалеку, если по прямой — метров двести, стояли взятые у Белова «Жигули». После маленькой технической хитрости завести машину смог бы разве что старик Хоттабыч. Место для «поломки» Викинг отыскал идеальное: узкая дорога, где вряд ли удастся разъехаться даже двум велосипедистам, справа крутой косогор, слева густой и колючий кустарник. В общем, Репьеву и его телохранителям место должно понравиться.

Прошло минут двадцать, и вот, наконец, у поворота притормозил «Вольво» кричаще-малинового цвета. Возможно, Репьев не смог достать малинового пиджака и, чтобы как-то компенсировать пробел в своем обмундировании, приобрел авто соответствующей раскраски. Викинг незаметно сполз с холма и бегом припустил к «Жигулям». Всего через несколько секунд после того, как он оказался у машины, туда же подкатил и «Вольво» Репьева. За рулем сидел один из охранников. Он зачем-то громко посигналил, хотя и так было ясно, что человек у «Жигулей» не слепой, другую машину заметил, но поделать ничего не может, поскольку что-то случилось с его «тачкой». Водитель о чем-то посовещался с Репьевым, после чего из «Вольво» вышел второй охранник.

— Браток, помоги! — метнулся к нему Викинг.

— Стоять, руки вверх! — гаркнул бдительный страж в ответ на эту просьбу.

— Да вы что, мужики. У меня и денег с собой — вам на мороженое не хватит, — попятившись, запричитал Викинг.

— Тебе сказано стоять, козел! — в руках у охранника тускло блеснул пистолет.

Викинг застыл на месте, старательно задрав руки вверх. Охранник тщательно обыскал его и крикнул сидящим в машине:

— Он чист. Что делать будем?

В ту же секунду водитель «Вольво» покинул свое место. Подойдя к Викингу, он снисходительно улыбнулся:

— Не боись, парень, мы не рэкетиры. Да и кому нужна твоя развалюха, кроме автослесарей… Что у тебя случилось?

— Да вот заглох. Может, подтолкнете?

Водитель посмотрел вперед. Сразу за машиной, где стояли «Жигули», дорога довольно круто шла в гору.

— Совсем от страха мозги заклинило. Мы что, негры, затевать такой пахаторий?

— Тогда не знаю. Может, вам попробовать в объезд? — робко предположил Викинг.

— Какой объезд! Здесь всего одна дорога!

Тут, вытирая со лба крупные капли пота, из «Вольво» показался Репьев. Видно, под бьющими сверху лучами солнца машина так раскалилась, что даже кондиционер не спасал.

— Ну что вы здесь мудохаетесь? Скиньте эту рухлядь в кусты и поедем, — недовольно морщась заявил он.

Викинг сокрушенно вздохнул. Охранники — лбы здоровые, если поднатужатся, не то что «жигуленок» — гору с дороги свернут. А те — рады стараться, уже примерялись, как бы поудобнее ухватиться.

— Ни фига себе, заявочки. Вы что, мужики, совсем сдурели. Это ж машина, она денег стоит, — засуетился он.

— Время — деньги. А твоей развалюхе — грош цена в базарный день — небрежно бросил один из охранников.

Добры молодцы, крякнув, приналегли, и шутя оторвали левую сторону машины от земли.

— Вот умницы, сами подставились! — с этими словами Викинг подскочил к одному из охранников и вонзил костяшки пальцев чуть пониже основания черепа. Тот молча рухнул на землю.

— Что, Афоня, пупок развязался? — снисходительно бросил второй охранник, в одиночку удерживая солидный вес.