Викинг - Гарин Максим Николаевич - Страница 85

— Рыбные. Во всяком случае это все, что тебе следует о них знать.

В Таджикистане, на одном из полноводных притоков Аму-Дарьи умные и влиятельные люди, которые в это смутное время предпочли не стрелять, а делать деньги, присмотрели консервный заводик, который еще с советских времен превращал знаменитых аму-дарьинских сазанов в невыразительную, воняющую гнилыми помидорами массу, заточенную в жестянки. А вскоре из Афганистана да и самого Таджикистана потянулись к заводику курьеры с грузом опия-сырца. Здесь, в специально оборудованном цеху-лаборатории его перерабатывали в героин. Рядом установили оборудование, закупленное новыми хозяевами у своих коллег то ли в Америке, то ли на Сицилии. Хитрый агрегат до половины заполнял консервную банку героином, герметично закрывал, плюхал сверху урезаную порцию сазанов в томате и запаивал банку. Наркотик был готов к транспортировке.

Грузополучателем значилась не Россия, а более платежеспособные в данный исторический момент страны. Долгорукий тоже имел в этом деле небольшой, но лакомый кусок. Первая партия груза уже была в пути, когда произошло самое ужасное. Попух главный организатор переброски груза через границу бывшего Союза, а вместе с ним и несколько людишек поменьше. Приходилось искать новые пути, а на это время «консервы» следовало поместить в надежное место. Арсенал Перстня идеально подходил для этого.

— Ладно, я согласен, — устало вздохнул Перстень. — Имя?

— Седой.

— Странно, я думал Жерех, — равнодушно заметил Илья Самойлович и уже совсем другим тоном добавил. — В любом случае он должен как можно скорее последовать за моим сыном.

Одним из излюбленных боевых приемов викингов был следующий: выманить противника в чистое поле, заставить его атаковать, раскрыться — и нанести мощнейший ответный удар. К каким только уловкам они для этого ни прибегали.

Легендарный Рольф, гроза французских королей и основатель норманнского герцогства, воюя с фризами, придумал следующую военную хитрость. Он приказал задним рядам своего войска стать на колени, накрыться щитами и в таком положении ждать нападения неприятеля. Подошедшие фризы, решив, что имеют дело с небольшим отрядом, опрометчиво помчались в атаку. Вдруг со страшным криком викинги поднялись с колен и стремительно бросились на врага. Опростоволосившиеся фризы не знали, что им делать. Одни уже без прежнего энтузиазма двигались навстречу викингам, другие, пока не поздно, стали искать спасения в бегстве. Многим из них это удалось. Сразившимся же с викингами пришлось куда хуже. Они были жестоко разбиты. Среди пленных, помимо прочих, оказался и граф Рагинер — второй человек в войске фризов.

Знаменитым братьям Готтвилям, создавшим норманнское королевство на юге Италии и в Сицилии, не понадобилось прибегать к ухищрениям, чтобы заставить арабов атаковать себя. Ведь войско противника численно превосходило армию норманнов минимум в пять, а по словам историка Готтвилей, — в десять раз. Мусульмане были настолько уверены в победе, что некоторые двинулись вперед, не дожидаясь общего сигнала к атаке. Тем неожиданнее для них оказалось поражение, хотя вряд ли стоит верить словам историка, что в битве пало десять тысяч арабов и ни одного викинга. Однако фактом остается то, что каждый норманн, потерявший в бою лошадь, мог получить вместо нее десять новых.

Но самую изощренную хитрость продемонстрировал берсерк Торер, сумевший выманить противника с укрепленной позиции на вершине большого холма. В присутствии одного из пленных, понимавшего язык викингов, приближенные берсерка сообщили, что противник слишком испуган и слаб, и поэтому можно устроить большой праздник в честь бога Тора. Вечером «пьяный» викинг, принесший пленнику еду, «забыл» запереть дверь, и тот немедленно бежал к своим, где рассказал о предстоящей возможности разгромить врага. С первыми лучами солнца отряд спустился с холма и приблизился к лагерю, где, по их мнению, мертвецким сном спали перепившиеся норманны. И тут с леденящим кровь ревом викинги выскочили из-за изгороди и бросились вперед. Все было кончено через несколько десятков минут.

На очередной встрече Белов сообщил Викингу пренеприятнейшее известие: урки снова активизировались. Нагло лезут к законопослушным деловым людям, требуют денег, в случае отказа угрожают поджогами, избиениями, изнасилованиями и прочими мерзкими штучками из репертуара отпетых подонков.

— И все соглашаются платить? — поинтересовался Викинг.

— Трудно сказать. Во всяком случае, многие.

— Н-да… Хорошо бы найти человека, который бы им отказал. Причем без всяких там «нет денег, приходите завтра», а прямо в лоб: мол, видал я вас всех, козлы вонючие. Чтобы у бандитов руки зачесались устроить ему варфоломеевскую ночь. А когда они полезут напролом, ввалить им по самые помидоры, дабы у них после этого и в мыслях не было порядочных людей беспокоить. У тебя есть на примете такой человек? Только учти: все переговоры будешь вести сам, меня он видеть не должен.

— Кто ж его знает? Между собой в разговорах все храбрые, а вот как на деле? Ведь не шутка — рискнуть и добром, и собой, и близкими. Любой нормальный человек предпочтет вместо этого отдать то сравнительно немногое, что от него требуют.

Начатые Беловым поиски нужного человека подтвердили обоснованность его опасений. Люди, на словах готовые покончить не только с глотовской, но и всемирной преступностью, лишь только чуяли малейший намек на дело, немедленно поджимали то, что когда-то было хвостом, и норовили ускользнуть от опасного собеседника. Дело грозило зачахнуть в самом зародыше.

Помог случай. Один из наивных бизнесменов, сохранивших веру в надежность власти, побежал жаловаться в милицию, где ему пообещали принять меры и сохранить его визит в тайне. Тем же вечером жену бизнесмена изнасиловали, причем, преступники использовали не только собственное, мужское хозяйство, но и зонтик потерпевшей. Ни самих насильников, ни человека, приходившего к бизнесмену с угрозами, разумеется, не нашли.

Знание того, что искать защиту у государства бесполезно, а то и опасно — одно, а наглядный пример того же самого — совсем другое. Деловые люди Глотова окончательно убедились, что они брошены один на один с преступным миром. Теперь они стали куда с большим интересом выслушивать альтернативные предложения Белова.

Владелец автозаправочной станции Бабаев был человеком суровым и решительным, а некоторая доля восточной крови обеспечивала столь нужную для задуманного вспыльчивость. К тому же за годы работ на множестве нефтяных месторождений Бабаев так и не обзавелся семьей, а близких родственников у него в городе не было.

— Очень кстати, — обрадовался он, выслушав Белова. — Не сегодня — завтра эти подонки должны прийти ко мне за окончательным ответом. Я уже не знал, что делать. Хотел даже перестрелять их прямо на месте.

— А вот это уже ни к чему. Мы пойдем другим путем. Но предупреждаю — дело рискованное.

— А что сейчас не рискованно? Прыщик в больнице удалить — и то опасно для жизни. Заразят СПИДом — и помирай.

Роль свою Бабаев сыграл превосходно. Явившийся к нему мутноглазый ублюдок не сомневался, что после случившегося с женой одного бизнесмена остальные будут как шелковые и, ошарашенный абсолютно противоположным приемом, не сопротивлялся даже тогда, когда Бабаев за шиворот вышвырнул его вон. Да и попробовал бы сопротивляться! Владелец автозаправки был раза в полтора тяжелее, в молодости немного боксировал и обладал решительным характером.

Воспользовавшись приданным ему Бабаевым ускорением, мутноглазый немедленно помчался к своему начальнику — Маятнику. Тот уже получил все необходимые указания и поэтому не стал обращаться лишний раз к Кресту или самому Седому, а связался непосредственно с Кучером. Изнасилование женщины не требовало квалифицированных исполнителей. Хватило нескольких молодцов, у которых чувства были заменены похотью. Случай с Бабаевым выглядел несколько сложнее. Здесь требовалось либо нанести серьезный ущерб автозаправке, либо искалечить ее владельца. Люди Маятника могли с этим делом справиться, а могли и нет. Например, недостаточно серьезно навредить здоровью Бабаева или, наооборот, разгорячившись, забить его до смерти. Нет уж, пусть лучше такими делами занимаются парни Кучера. На то они и профессионалы.