Граница вечности - Фоллетт Кен - Страница 164

— Все-таки недостаточно.

Пообедав, они вышли в холл.

— Вот-вот должен подойти твой дядя Грег. Мы вместе выпьем кофе, — сказал Лев. — Он единокровный брат твоей матери.

Дейв вспомнил, что Дейзи хорошо отзывалась о Греге. По ее словам, в юности он наделал много глупостей, впрочем, как и она. Грег был сенатором-республиканцем, но она простила ему это.

— Мой сын Грег никогда не был женат, но у него есть сын Джордж.

— В своем роде это секрет Полишинеля. Никто не упоминает об этом, но в Вашингтоне все знают. Грег не единственный конгрессмен, у которого есть внебрачный ребенок.

Дейв знал про Джорджа. Его мать рассказала ему, а Джаспер Мюррей даже встречался с Джорджем. По мнению Дейва, иметь Цветного двоюродного брата — это клево.

— Получается, — сказал Дейв, — Джордж и я — ваши внуки.

— Да.

— А вот и Грег с Джорджем, — обрадовалась Марга.

Дев повернулся в ту сторону. К ним направлялся мужчина средних лет в модном сером фланелевом костюме, который не мешало бы почистить щеткой и выгладить. Рядом с ним шел приятнойвнешности негр леттридцати, безупречно одетый, в темно-сером мохеровом костюме и с узким галстуком.

Они подошли к столу. Оба поцеловали Маргу. Лев сказал: Грег, это твой племянник Дейв Уильямс. Джордж, познакомься со своим английским кузеном.

Они сели. Дейв заметил, что Джордж держался спокойно и уверенно, несмотря на то, что он был единственным темнокожим человеком в комнате. Негритянские поп-звезды отращивали длинные волосы, как все в шоу-бизнесе, но у Джорджа была короткая стрижка, вероятно, потому, что он вращался в политических кругах.

— Ну что, отец, — спросил Грег, — ты когда-нибудь представлял себе такую семью?

— Послушай, что я тебе скажу, — проговорил Лев. — Если бы можно было вернуться назад к тому времени, когда я был такого же возраста, как сейчас Дейв, и ты, встретившись с Львом Пешковым, описал бы, как обернется его жизнь, знаешь, что он ответил бы тебе? Он бы сказал: «Ты что — совсем рехнулся?»

* * *

В тот вечер Джордж пригласил Марию Саммерс поужинать в ресторане по случаю ее двадцать девятого дня рождения.

Он беспокоился о ней. Мария перешла на другую работу, переехала на другую квартиру, но пока не нашла себе молодого человека. Раз в неделю она проводила время с девушками из госдепартамента и изредка встречалась с Джорджем, но никаких романов у нее не было. Джордж боялся, что она все еще скорбит. После убийства Кеннеди прошло почти два года, но переживать о смерти любовника женщина может и дольше.

К Марии он испытывал определенно не братские чувства. Она казалась ему сексуальной и соблазнительной еще больше, чем раньше, когда они ездили на автобусе в Алабаму. Он чувствовал к ней то же самое, что и к жене Скипа Дикерсона, роскошной и очаровательной женщине. Как жена его лучшего друга, Мария была просто недоступна. Если бы жизнь сложилась иначе, он определенно женился бы на ней и они обрели бы счастье. У него была Верина, а Мария никого не хотела.

Они пошли в «Жокейский клуб». Мария надела серое шерстяное платье, красивое, но простое. Она обошлась без драгоценностей и все время не снимала очки. У нее была старомодная прическа. С милым лицом, чувственными губами и — чтоважнее — добрым сердцем она легко могла бы найти мужчину, если бы попыталась. Но люди начали говорить про нее, что она хочет сделать карьеру, что для нее работа — самое важное в жизни. Он не верил, что это принесет ей счастье, и переживал за нее.

— Я получила повышение, — сказала она, когда они сели за столик.

— Поздравляю. Давай отметим шампанским.

— Нет, спасибо. Завтра мне работать.

— Но у тебя же день рождения!

— Все равно, пить не буду. Разве что немного бренди позже, на сон грядущий.

Джордж пожал плечами.

— Ну, хорошо. Судя по всему, ты получила повышение благодаря своей серьезности. Я знаю, ты умная, способная и образованная, но все это не в счет, если у тебя темная кожа.

— Безусловно. До последнего времени цветным почти невозможно было получить работу в правительстве.

— Хорошо, что ты избавляешься от этого предубеждения. Большое достижение.

— Ситуация изменилась с тех пор, как ты ушел из министерства юстиции, а знаешь почему? Правительство пытается убедить полицию южных штатов принимать на работу негров, но ему южане отвечают: «Взгляните на своих сотрудников — они все белые!» То есть должностные лица высокого ранга находятся под давлением. Чтобы доказать, что у них нет предубеждения, им нужно давать повышение цветным.

— Возможно, они думают, что одного прецедента достаточно.

Мария засмеялась.

— Их множество.

Они сделали заказ. Джордж подумал, что ему и Марии удалось сломать цветной барьер, но это не означало, что его не существует. Наоборот, они являли собой исключение из правила.

Мария думала о том же.

— Как будто у Бобби Кеннеди все нормально, — сказала она.

— Когда я познакомился с ним, он считал, что гражданские права отвлекают от более важных вопросов. Но его главное достоинство в том, что он — человек здравомыслящий и, если нужно, меняет свою точку зрения.

— Как у него дела?

— Пока судить рано, — уклончиво ответил Джордж.

Бобби избрали в сенат от штата Нью-Йорк, и Джордж был одним из его ближайших советников. Джордж чувствовал, что Бобби плохо привыкает к новой роли. С ним происходило так много метаморфоз, — он был главным советником своего брата-президента, его оттеснил президент Джонсон, и сейчас он малозначащий сенатор, — что он начал терять почву под ногами.

— Ему нужно выступить против войны во Вьетнаме, — сказала она.

В этом Мария была глубоко убеждена, и Джордж почувствовал, что она будет пытаться воздействовать на него.

— Президент Кеннеди сокращал наше участие во вьетнамском конфликте и снова и снова отказывался посылать туда сухопутные войска, — продолжала Мария. — А Джонсон сразу после избрания отправил тридцать пять тысяч морских пехотинцев, и Пентагон тут же потребовал отправить еще больше. В июне они потребовали дополнительно сто семьдесят пять тысяч военнослужащих, и генерал Уэстморленд заявил, что, вероятно, этого будет достаточно. Но Джонсон все время лжет.

— Я знаю. Предполагалось бомбардировками Северного Вьетнама заставить Хо Ши Мина сесть за стол переговоров, однако в результате коммунисты стали только более решительными.

— Именно это и предсказывали, когда Пентагон опробовал такой сценарий в ходе военных игр.

— Вот как? Не думаю, что Бобби знает об этом. — Завтра Джордж поставит его в известность.

— Мало кто знает, но они провели две военные игры с целью определить, к чему приведет бомбардировка Северного Вьетнама. В обоих случаях результат был один: усиление атак Вьетконга на юге.

— Это и есть та самая спираль эскалации и поражения, которой опасался Джон Кеннеди.

— А старший сын моего брата должен скоро достичь призывного возраста. — На лице Марии отразился страх за племянника. — Я не хочу, чтобы Стиви убили. Почему сенатор Кеннеди не выступит против этих планов?

— Он знает, что тогда потеряет популярность.

Мария не хотела соглашаться с такой аргументацией.

— Людям не нравится эта война.

— Людям не нравятся политики, которые принижают армию, критикуя войну.

— Он не может идти на поводу у общественного мнения.

— Те, кто не прислушиваются к общественному мнению, долго не остаются на политической арене, в демократическом обществе.

Мария от отчаяния повысила голос:

— Значит, никто не может выступать против войны?

— Может быть, поэтому мы часто воюем.

Принесли их заказ, и Мария сменила тему:

— Как дела у Верины?

Джордж знал Марию достаточно хорошо и мог быть откровенным с ней.

— Я обожаю ее, — сказал он. — Она останавливается у меня, когда приезжает в Вашингтон. Это бывает раз в месяц. Но она не хочет поселяться у меня.