Проклятие ульфхеднара (СИ) - Счастная Елена - Страница 11

Путь прошёл почти что в полном молчании. Только Рагна время от времени давала короткие указания мужчинам, если нужно было попеременно садиться на вёсла. А им приходилось меняться почти постоянно: течение, что в сторону Фьермонта легко несло лодку, на обратном пути только мешало.

Берег, усыпанный домами и мелкими фигурками снующих туда-сюда людей, показался впереди после полудня. Здесь, в отличие от острова, погода стояла гораздо более ясная. По холодеющему к осени небу плыли подсвеченные солнцем облака, блики сверкали в лужицах на дороге, в отпечатках ног и колеях, залитых дождевой водой. Асвейг даже загляделась, встав у носа лодки, когда причалили.

— Ну, что, ты останешься здесь? — прозвучал снизу чуть насмешливый голос Ингольва.

Она опустила взгляд: викинг протянул руки, готовясь её ловить. Асвейг нарочно не стала принимать его помощь: спрыгнула на берег рядом с ним и, закинув на плечо суму, пошла за Эльдьярном. Ингольв скоро нагнал их.

— Что ты прилип? — недовольно буркнул великан. — Приплыл на остров, справился, как она, вот и проваливай. Твой путь всё равно лежит в другую сторону.

Тот хмыкнул громко, что несколько горожан, проходя мимо, покосились в их сторону.

— Это я сам решу, куда мой путь лежит. Может, я сопроводить её хочу, ведь неизвестно, куда ты тащить собрался.

— Разве у тебя нет срочных дел? — бросила Асвейг, не поворачивая к нему головы. — Тебе нужно успеть на альтинг. Ты и так пропустил прошлый.

— Я успею гораздо вернее, если не стану гоняться за тобой по всему Гокстаду!

Ингольв схватил её за локоть, останавливая, и развернул к себе.

— Оставь меня! — она вырвалась. — Я благодарна, правда. Что ты приплыл. Озаботился. Но, то, что было очень давно, прошло. И слава богам. Ты свободен. Иди своей дорогой.

Ингольв дёрнул желваками, словно следующие слова так и рвались на язык, но сказать их было тем ещё сложным делом.

— Я хочу, чтобы ты отправилась со мной. В Скодубрюнне. А оттуда я сопровожу тебя, куда скажешь. Хоть на север, хоть на восток или запад. Теперь я не оставлю тебя без присмотра.

— Зачем я тебе там? Чем я помогу в твоей мести? — Асвейг покачала головой. Эльдьярн уже вдохнул, чтобы вмешаться, но она остановила его взмахом руки. — Чем я уберегут тебя от гнева Альвина Белобородого?

— Ты нужна мне не для этого.

Викинг начал заметно злиться. Не по нраву ему были такие расспросы. Он привык, что нужные ему люди просто идут за ним. Он привык приказывать, а не растолковывать свои поступки.

— Я иду к Рунвид, — Асвейг вздохнула, не решаясь гнать его настойчивее. Признаться, хотелось побыть рядом с ним ещё немного, хоть после снова уходить будет сложнее. — Если не боишься новых пророчеств, можешь пойти с нами. Я спрошу у неё совета.

— Не слишком-то мне хочется видеть эту каргу, — проворчал Эльдьярн. — Но она может помочь нам не только советом. Но вот, чтобы он шёл с нами…

— Я пойду, — перебил его Ингольв. — Пророчества мне не нужны. Но я хочу услышать, что она скажет нам на этот раз.

Он развернулся и пошел вглубь улицы, словно идти к вёльве было единственно его решением. Асвейг невольно улыбнулась и, не обращая внимания на недовольный взгляд великана, отправилась за ним.

Глава 3

Сегодня вулкан бушевал сильнее обычного. В доме Эльдьярна, расположенного в теле скалы, было душно. Но остаться погребённой под грудой камней, если извержение всё же начнётся, Асвейг давно не боялась. Огнедышащая гора с колдуном словно были единым целым: и если волновался вулкан, значит, великан сегодня не в самом хорошем расположении духа. Она привыкла. И знала, что погибнуть ей не дадут. А если так произойдёт, то никому от того большой печали не будет.

Асвейг вообще теперь мало чему удивлялась. С того дня, как, проведя на острове несколько ночей, проснулась и увидела, что лежит, оказывается на опрятно застеленной лавке, хоть засыпала в той же пещере, что служила могилой магу. А вокруг снова буйствует жизнь, совсем такая, как на большой земле. Получается, остров весь был связан с Эльдьярном, и раз тот возродился, то и ожило всё вокруг. Она, признаться, боялась очутиться в самом Муспельхейме, а получилось так, что когда-то здесь стоял вполне себе человеческий дом колдуна. С одним только отличием: он был не деревянным. В остальном внутри всё оказалось так же, как и у любого не слишком зажиточного бонда, и словно разрушилось чьё-то колдовство, которое уничтожило давным-давно всё следы Эльдьярна и его жизни здесь.

Однажды Асвейг решилась спросить, была ли у него семья до того, как всё случилось. Или, может, у великанов на сей счёт другие порядки.

Эльдьярн даже взгляда на неё не поднял.

— Была. Когда-то. И даже будь ты самым могущественным некромантом, не смогла бы их возродить. Потому что они сгорели дотла.

Асвейг засомневалась, стоит ли спрашивать ещё что-то, но всё же решилась.

— Их убили те, кто и тебя?

Колдун вскинул косматую голову, взглянул внимательно и безжалостно.

— Нет. Их убил я.

Больше Асвейг не пыталась вернуться к этому разговору. И не сразу сумела побороть страх перед тем, кто мог обратить человека кучей пепла. Его ярость и мощь уже довелось испытать на себе. Лицо, опалённое во время первой встречи, жгло ещё несколько дней. Но скоро у неё вовсе не осталось времени лелеять свою боль. Не откладывая слишком долго, Эльдьярн взялся за обучение. Начал с самого простого, будто Асвейг совсем ничего не знала, несмотря на то, что сумела на этот раз правильно вернуть к жизни человека, который умер сотни лет назад. Они принялись изучать руны. Самые древние, те, которые из людей уже никто не помнил. И постепенно стали понятными надписи на некоторых дощечках в ларце. Но прежде чем позволить Асвейг прочесть их, колдун взглянул сам.

— Кто дал их тебе? — он повертел в пальцах одну, затем другую.

На некоторых не задерживал взгляда, а другие рассматривал дольше.

— Я не уверена. Я ничего не помню… Но мне кажется, что их оставили мои родители.

— Ты не из этого мира, верно?

Асвейг пожала плечами, даже не зная, что на это ответить. Мысль о том, что она могла попасть сюда из совершенно другого мира, казалась странной. Порой дикой. Сейчас она уже чувствовала себя так, будто родилась здесь, но видение, что вызвала при встрече Хель, указывало на другое.

— Возможно, — только и выдавила.

— Ты вспомнишь, — пообещал Эльдьярн, возвращая ей ларец. — Но может, решишь, что лучше бы не вспоминала.

И разговор о прошлом Асвейг присоединился к списку тех, к которым они обоюдно решили не возвращаться. До поры.

Её порой пугал тот человек, который скрывался под личиной добродушного толстяка. Иногда он таким и был: когда принимался в моменты отдыха или после особо удачной охоты рассказывать о приятных моментах из прошлого. Тогда он и правда превращался в обычного человека, чья жизнь уже повернула к склону лет, но оставила за собой вереницу ярких воспоминаний.

— А почему тебя называют великаном? — завороженная очередной историей, поинтересовалась однажды Асвейг. — Ты выглядишь вполне обычным.

Эльдьярн не стал отмалчиваться, как она того ожидала. Просто встал и взмахом руки поманил за собой. Они вышли из дома под мелкий снег, что ещё время от времени принимался сыпать с неба, хотя весна давно была в разгаре. Колдун провёл ладонью по рукояти меча, который почти неизменно висел у его пояса.

— Стой тут, — ухмыльнулся и отошёл ещё на пару десятков шагов.

Быстрым движением он вынул оружие — и Асвейг обдало жаром. Его словно поглотил огромный костёр, который вдруг принял форму человеческого тела. Громадного, от которого даже вулкан, казалось, накрыло бы тенью, если бы вдруг выглянуло солнце. Он и сам сейчас был солнцем, от которого слепило глаза. Могучий великан, объятый пламенем, что языками перетекало по его коже и клинку, вплеталось в лежащие на плечах волосы и отражалось в глазах. Он мог раздавить кого угодно одним ударом ноги. Мог срубить дерево — взмахом меча. И обратить прахом всё вокруг, обратить безжизненной пустыней, присыпанной слоем пепла. И оставалось загадкой, как те, кто заточил его в скале, смогли с ним совладать.