Академия взрослых (СИ) - Соль Мира - Страница 8

Вилла протянула руку к игрушке, которой я совсем недавно имела её во все тугие дырочки прекрасного тела.

Мне затея понравилась. Мы отвернулись друг от друга, упираясь локтями и коленками в пол. Нас разделял только огромный, длинный и сладкий леденец, который приятно вибрировал, едва мы соприкасались попками.

Я немного обманула Виллу, доставляя себе более яркое удовольствие, массируя изнывающий от возбуждения клитор.

— Ах ты чертовка, — постанывая, с придыханием возмутилась она. — Ах ты… О-о-о-о-о… — Пример моих действий явно пришёлся ей по вкусу.

Наконец я почувствовала это. Райская волна, погружающая в другое измерение, прошла от низа живота, разливаясь по всему телу, от кончиков пальцев до края ушек. Перехватило дыхание, блаженная дрожь пробила меня насквозь. Я растянулась на кровати, удовлетворённо прикрыв глаза, а Вилла, совсем рядышком, продолжала обрабатывать себя громадным леденцом. Какая ненасытная девчонка, надо же…

Перевернувшись на спину, я стала за ней с интересом наблюдать и в какой-то момент поняла, что непроизвольно поглаживаю себя по киске в такт резким движениям Виллы.

— Думаю, леденец для тебя сейчас немного маловат, — сказала я и, не отвлекаясь, машинально достала из коробки под кроватью прорезиненную рельефную насадку. — Смотри, сладкая, что у меня есть.

Вилла сопротивлялась, не желая отдавать мне леденец, но я всё-таки оказалась сильнее и выдернула конфету из рук. Потом заставила лечь на животик, а сама уселась сверху, поигрывая с её дырочкой так, как хотелось мне.

Насадка сделала леденец на три сантиметра толще. Вилла стонала так, что мне захотелось выпороть эту девчонку, но сейчас нельзя. Я посадила на её пухлую горошинку так полюбившуюся Вилле бабочку, и, начав медленно ворочать леденец, постепенно подводила её к хардкорному варианту. Да, сладкая, я хочу, чтобы от этого оргазма тебя просто размазало по ковру. На этот раз не буду останавливаться. И ещё одно маленькое дополнение: выпороть тебя всё-таки придётся — больно сладко ты стонешь, нельзя так.

Я взяла девятихвостку и вставила Вилле в аппетитную попку заглушку. Пробка ей обеспечит непередаваемые ощущения, я почти уверена.

За каждый слишком громкий стон хлестала её, ещё быстрее увеличивая темп рифлёного леденца, стараясь не закончить эту райскую пытку слишком рано.

— Ри! Ри! — кричала Вилла. — Стой, Ри!

Её пальцы цеплялись за ковёр, судорожно пытаясь найти точку опоры в молчаливом ворсе.

— Ри!

Шлепок.

— Ри!!

В два раза громче? Два удара.

— Ри-и-и-и-и-и-и-и-и-и!!!

О да, этот момент настал. Я убрала из её киски леденец, а моей бабочке-вибратору приказала работать на полную мощь.

Пик Виллы длился секунд десять: она выгибалась, жмурила глаза, царапала многострадальный ковёр и кончала, вымазывая вдобавок к кровати ещё и пол, после чего обессилено застыла, блаженно улыбаясь.

Пару минут мы молчали. Я подхватила все наши игрушки и пошла в ванную. Магия магией, а гигиена не лишняя.

Вернувшись, я обнаружила Виллу задумчиво сидящей на кровати и пристально изучающей мокрую простыню.

— Да, тоже придётся менять, — хихикнув, сказала я.

— Я не об этом сейчас думала, — мило улыбнувшись, ответила Вилла. — Знаешь… У меня такого не было ни с одним парнем.

— И не будет. — Эту закономерность всем девчонкам я уже устала повторять. — Они вас не чувствуют. А удовлетворить способен один из пятидесяти. Если не из сотни.

— Именно поэтому ты предпочитаешь девочек? — переспросила Вилла.

— Нет, я просто не хочу подчиняться людям, которые глупее меня.

— Могу я тебя отблагодарить за такое неземное удовольствие? — Вилла приблизилась ко мне, явно что-то замышляя.

— А спать? — довольно процедила я, уже чувствуя её влажные пухлые губы на своей шее.

— Одна ночь не считается…

Глава 11. Утренняя неразбериха

Виллу, еле стоящую на ногах, я проводила в её комнату. Всё произошедшее, мне, конечно, дико понравилось, но не до такой степени, чтобы я оставляла девчонку в своей постели. Уже как-то доигралась с Лексой, и повторять глупостей не собираюсь.

Интересно, а бывшая подружка шпионила за мной? Если да, то вряд ли это могло увенчаться успехом — всё запрещенное к хранению лежало далеко не в моей комнате. Но об этом чуть позже.

Уже после того, как я пришла от подружки, с гнетущей усталостью сняла простыни и бросила в бак для грязного белья. С матрасом надо было что-то делать. Не спать же на полу.

Изнеможение было настолько фееричным, что я даже не верила, что смогу сосредоточиться на простейшем бытовом заклинании. И всё же пришлось рискнуть. Для начала часть энергии осторожно слила для усиления концентрации. В голове прояснилось, стало свежо и более-менее упорядоченно.

Наложила сначала «Чистку», а потом и «Сушку» на ковёр и матрас. Спохватившись, что можно и простыни заодно привести в порядок, побежала в ванную. Эх, разошлась я что-то, видимо, переборщила с концентрацией.

Через полчаса комната сияла, будто после генеральной уборки. Собственно, это и была тотальная зачистка, только при помощи магии.

Обессиленная, я упала на кровать и, не успев толком завернуться в мягкое одеяло, мгновенно уснула.

Утро выдалось почти идеальным. За время недолгого сна сосуд с энергией успел наполовину восстановиться. Что больше всего меня раздражало в коротком времени сна — это песок в глазах. Веки набухали и не хотели открываться.

К счастью, жизнь с любимыми отцом и матушкой, которые при первой же возможности продали меня с сёстрами в рабство, имела и свои плюсы. Я всегда с интересом относилась к заклинаниям, которые могли значительно облегчить бытовые тяготы. Да и учитель нашёлся по соседству очень и очень неплохой. Наверное, он и остался для меня идеалом мужчины, которым управляла в первую очередь голова, а не похоть.

Он научил многому. Видя в диком пришибленном котёнке потенциал, он смог заставить меня сначала поверить в себя, а потом и в людей, которые меня окружают; быть заботливее по отношению к сёстрам и не принимать близко к сердцу ругань родителей.

Я уже на втором курсе, а до сих пор не могу поверить, что вырвалась из нашей нищей деревни. Еще бы сестёр разыскать….

По телу пробежала легкая дрожь, и я блаженно откинулась на мягкие подушки. Вот и в себя пришла. Жаль, что мысли сразу начали вертеться вокруг самой больной мозоли.

Интересно, что там Вилла думает? Будет так же по углам прятаться, как Лекса, и делать невинный вид?

— Ри, привет! — А вот и она как раз заявилась осчастливить моё утро.

Вилла стояла, держа в руках два огромных стакана с кофе. До моего носика донёсся аромат молока и пряных трав. Он настолько восхитителен, что я от удовольствия поджала ушки и зажмурилась.

— Ты не рада меня видеть? — в голосе Виллы чувствовалось неподдельное беспокойство.

— Нет. Если не ошибаюсь, ты принесла мой любимый кофе с голубой мятой?

— Банально, да? — смутилась она. — На теории секса нам говорили, что кошколюди обожают этот напиток в своём большинстве.

— Тебе повезло. — Спрыгнула с постели и подарила ей долгий, нежный поцелуй, попутно отбирая свой стакан. — Я принадлежу к большинству.

— Пойдём в душ, — неожиданно предложила Вилла. — Я так боялась, что ты проведёшь все утренние процедуры в одиночестве…

Нет, кто из нас сошёл с ума? На пару секунд я зависла, прикидывая, стоит ли приглашать её с собой. С одной стороны, отказываться от удовольствия не хотелось, с другой — уж слишком быстро Вилла приблизилась ко мне. Секс не повод для знакомства?

Но если объективно оценить все её признания…

— Вэл… Можно я тебя буду так называть? — Она кивнула — и бесенята, пляшущие в её глазах. — Скажи, а у тебя был когда-нибудь оргазм с мужчиной?

Глупый вопрос, но всё же. Кошкам в этом плане очень и очень повезло: они страстные и чувствительные натуры. У заюшек, например, если не уделить должного внимания ушкам, считай, как герой-любовник ты обречён на провал. С людьми же всё сложнее. У них очень многое зависит от доверия, от психологического комфорта, причём это касается только женщин. А Вэл — человек.