Черный код - де Пьерс Марианна - Страница 43

Я привела девчонок в прежнее жилище Вайу. Их товарищи уже ждали нас там, вместе со жрецами. Нас тут же напоили горячим травяным чаем и стали рассказывать последние новости. Но я почти сразу же залезла в ванну и не выходила оттуда до тех пор, пока не смыла с себя всю кровь.

Мне хотелось остаться там, навсегда закрывшись от всего мира. Но у меня еще оставались дела дома.

Прежде чем отправиться в дальнейший путь, я отвела в сторонку Несс и спросила:

— Ты сможешь удержать детей здесь, пока я не вернусь?

— Постараюсь, Перриш, — кивнула она. — Но чем их кормить?

— Я что-нибудь придумаю. Вот только разберусь с делами. Мне нужно хоть чуточку времени.

Несс не прикасалась ко мне, но ее взгляд проникал в мое сознание. И то, что она там нашла, ей совсем не понравилось.

— Вот как раз времени у тебя никогда не будет.

Глайда ждала меня на улице. Ее печаль ранила меня сильнее всего. Я так и не смогла выразить жалость по поводу гибели Ру. Просто не было слов. Никаких слов.

Может быть, она возненавидела меня? Если так, то я бы не стала ее винить.

Потому что сама себя возненавидела.

Тис, находившийся в моем кабинете, не слышал, как я вошла. А муэновцы, сторожившие дверь, пропустили меня без лишних слов.

— А, Перриш, — произнес Тис, когда я тронула его за плечо. В его голосе звучали облегчение, радость и что-то еще.

Я опустилась на диван. Он налил мне воды и спросил, свободной рукой трогая чешую на моем лице:

— Что ты с собой сделала? И куда провалился Ру? Почему ты не послала его за помощью? Я бы пришел тебе на выручку.

При упоминании о Ру все мое тело затряслось в конвульсиях, как будто я отравилась. Мне долго не удавалось перевести дыхание и заговорить. Мои легкие никак не могли наполниться воздухом.

Тис осторожно погладил меня по плечу. Я вздрогнула, застонала и как будто рассыпалась на миллион частиц. Он никогда не видел меня такой. Да я и сама не видела себя такой.

Мы сидели рядом, пока я не успокоилась. Потом Тис встал и вернулся с упаковкой таблеток.

— Они очень сильные и помогут тебе заснуть.

Но я оттолкнула его руку. Меня вдруг охватило странное спокойствие, как будто буря улеглась. Мне хотелось говорить, хотя только что это у меня не получалось.

И я выложила все, что произошло со мной за время похода. Тис слушал молча, взяв меня за руки.

— Наверное, я поступила неправильно. Нельзя было отправлять их одних. Тогда Ру остался бы жив. По крайней мере, не следовало говорить ему про Дель Морте.

Глаза Тиса яростно сверкнули.

— С чего ты взяла, что это был именно он?

Я лишь пожала плечами.

— А чем сейчас занимаются Кабал? — спросил он.

— Они полагают, что смогут привести Дис в порядок. По-моему, это действительно так. Но мне совсем не хочется туда возвращаться.

— А что с Тулу?

— Айк мертв, а вот ей удалось сбежать. Видимо, она у своих хозяев. Но, думаю, на время ей придется затаиться.

— И куда же теперь деваться беженцам? — спросил Тис.

Я глубоко вздохнула.

— Им будет трудно устроиться здесь. Некоторые, видимо, погибнут. Но остальные найдут себе место. Возможно, Кабал помогут им. Всем нужно место под солнцем.

— А как же «Прайеры», которые ты видела? Что им было нужно? И еще эти… веки…

— Я думаю, что нам так и не удастся вздохнуть спокойно. Мы живем в лабиринте. В лабиринте, состоящем из людей, — произнесла я медленно.

— Ну, это не новость, — откликнулся Тис. — На нас уже давно свалилась куча дел.

— Спасибо, что помог ее разгрести. — Я дернула его за волосы, чтобы он почувствовал мою иронию.

— Я думал, паранойя присуща только тебе, — улыбнулся он. — Но не подозревал, что в конце концов все изменится, Перриш. Всегда бывает достаточно нескольких мощных операций, хотя после них удается уцелеть немногим. Но такова жизнь. Нужно оставаться в живых и брать от нее то, что можешь. И не важно, кто тебе в этом посодействует.

Эта трусливая речь привела меня в ярость.

— Нет, важно, Тис. Все зависит от их целей. Почему я должна связываться с теми людьми, чьих целей не разделяю?

Он пожал плечами, убрал руки и отстранился.

— Но ведь случилось еще кое-что, о чем ты мне не сказала?

Я закашлялась и хотела уже выложить ему все остальное, но в этот момент распахнулась дверь.

Тис так и подпрыгнул. С чего это он стал таким нервным?

— Тис! — раздался высокий женский голос, показавшийся мне знакомым.

— Хани, — откликнулся он. — Перриш вернулась.

«Какая еще Хани?» — подумала я. Она вошла в комнату. На ней были джинсы и лифчик от бикини, слишком маленький для ее искусственных грудей. Внешность сильно изменилась, но голос и манеры остались прежними.

Тингл Ханиби!

Я уставилась на нее во все глаза, а она кинулась в объятия Тиса. Потом обернулась ко мне. В ее взгляде сквозила не застенчивость, а лишь опасение.

Надо же, как быстро они спелись! Сколько же меня тут не было? Неужели целую неделю?

— А ну-ка выметайтесь отсюда, — сказала я. — Оба. И не забудьте закрыть за собою дверь.

Потом я подхватила таблетки и направилась в спальню.

— Перриш, это слишком! Ты же должна мне… — начал Тис, но я захлопнула дверь у него перед носом.

Мне хотелось просто заснуть и забыть обо всем на свете.

Глава двадцать первая

Но поспать вволю никогда не удается.

Я проснулась через восемнадцать часов. Во рту было сухо, и выходить из комнаты совсем не хотелось. Села на краю постели и прислушалась к своим ощущениям. Если не считать того, что голова как будто заполнилась грязными тряпками, все было нормально.

Я поднялась и направилась в ванную.

Мне было страшно даже взглянуть на свое отражение. Лицо оказалось розовым от жара, но больше в нем не было ничего необычного. Коротко остриженные волосы, свернутый нос, кислое выражение. Лишь на скуле виднелись остатки чешуи.

Мне вспомнились слова Даака о том, что я будто бы вся покрылась чешуей. Но что же произошло со мной теперь? Я-то вообще не надеялась прожить так долго.

Порывшись в своем чемоданчике, я отыскала окровавленный ветвер, который мне дали Кабал. Нужно отдать его Красотке № 3 для исследований.

Кстати, я чертовски проголодалась. За время всего похода мне так и не удалось ни разу толком поесть.

Я оделась и распахнула дверь.

Над моим столом склонились отчаянно спорившие Тис и Ибис. Хани нигде не было видно.

Увидев меня, оба облегченно вздохнули, потом снова принялись спорить.

— Не будь таким дураком! — крикнул Ибис.

— Я же сказал тебе — мы не благотворительный фонд, — возразил Тис. — Как, по-твоему, мы будем за все это расплачиваться?

— Уймитесь! — заорала я.

Они замолчали, словно собаки, увидевшие хозяина.

Меня, как ни странно, не интересовало, о чем шла речь. Мне хотелось держаться подальше от всего, что я знала. Мне стало ясно, что во сне со мной произошли радикальные перемены. Неужели меня снова вылечил Эскаалим? И тогда нечеловеческая часть взяла верх?

Теперь у меня было лишь одно желание — ничего не принимать близко к сердцу.

Когда изменился Джеймон, паразит тут же показал свое лицо. Может быть, потому, что Мондо и так на три четверти был чудовищем. С Айо Лэнгом все было по-другому. Он держал свою способность к превращениям в глубокой тайне, до тех пор, пока я не взяла его судьбу в свои руки.

Мне было совсем не жалко Лэнга, но теперь я стала такой же, как он! Надо было поскорее убираться отсюда, пока я не причинила никому зла.

Если Даак с Анной не смогут вылечить меня, то придется покончить с собой.

Все это означало, что нужно отказаться от того, во что я верила и что вело меня по Мо-Ваю. В том числе и от вопросов, оставшихся без ответа, — кто конкретно покровительствовал Айку и Тулу, позволяя им использовать жителей города как подопытных крыс?