Полководец Третьего Рима (СИ) - Аббакумов Игорь Николаевич - Страница 129

"Хороша семейка! И нашим и вашим! Наверняка снюхались с русскими задолго до войны. Вот так и идут к успеху по жизни!"

Причин для таких горьких размышлений у Юрия Павловича хватало. Выходил он на контакт с русскими спецслужбами не по своей воле, а по приказу начальства. Правда, с началом войны, когда начальство разбежалось, пришлось идти на всестороннее сотрудничество в добровольном порядке. А что делать? В тот момент только русские могли защитить его семью. Ага! Защитили! Жену в лагеря, а детей в детскую колонию.

Когда ему начал светить провал, принять они его приняли, но как? Прежнего звания не признали. У них видите ли свои ранги за конкретные заслуги! Взяли и вместе с женой засунули его на остров Падлючий в статусе рекрутов. Пришлось терпеть.

То, что у русских все сурово, а "полицаям" не приходится рассчитывать на благосклонность, он знал и раньше. Но знать и испытать это на своей шкуре — совсем разные вещи. Там, на Падлючьем, у него на многое открылись глаза. Уже в первый день службы, стало понятно, что за людей их звери-комиссары не считают. В глазах этих фанатиков, все россиянцы так и остались "полицаями" и "подпиндосными тварями". И жалеть их никто и никогда не станет. А что жалеть расходный материал?

Все, чего удалось добиться в прошлом, теперь не имело никакого значения. "Жизнь с чистого листа" — это у них так и называлось. Перспективы ужасные! Никакого гражданства им не светило. Три года службы в качестве "чмошника". Если выживешь — статус "вольного" и поселение на новых землях. И лишь через три поколения — возможность получить гражданство. И на кой черт они с этой морокой связались?

Правда, открыто на это жаловаться не стоило. Те молодые дурни, что решили связать свою судьбу с Русским Миром, появились здесь не просто так. После того беспредела, что они испытали на себе в "фильтре", они ненавидели россиянцев люто. Особенно молодые девчонки. Попробуй, скажи при них что-либо крамольное — сразу комиссару "стуканут".

Сама боевая подготовка тоже не располагала к оптимизму. Гоняли их конечно здорово, но Юрий Павлович сразу понял, что программа подготовки явно недостаточна. Ведь даже и эту программу сильно сократили. Вместо двух месяцев, их готовили месяц, а затем сунули в Туркестан, в самую мясорубку.

И вот, рекрут Гапуненко, вместе с такими же неудачниками месяц уже как воюет. Официально, они обозная служба, а на деле… Чтобы доставить нужные грузы русским частям, приходилось не только преодолевать большие расстояния в условиях бездорожья. Авиационные налеты, артобстрелы, схватки с диверсантами. Рота несла большие потери. В строю осталось четыре десятка человек. Остальные — либо мертвы, либо в госпитале. Сколько раз возникала мысль о дезертирстве! Только что это даст? В этих условиях, дезертиры долго не живут. Двое сбежали в самом начале, но бегали они не долго. К тому дереву, на суку которого беглецов повесили местные ополченцы, их специально водили. Что выводы нужные сделали.

Бежать к чжунхуям? Можно. Только что будет с его детьми? Они то ведь, считай что заложники. Да и что ждет его у "косых"? Там ведь служит немало бывших россиянских полицейских. Только хрен редьки не слаще. Для чжунхуев он будет таким же расходным материалом, что и для русских. И это в лучшем случае. А в худшем — все сомнительные "прелести" от неизбежного знакомства с контрразведкой "косых". Ведь "стуканут" бывшие сослуживцы. Как пить дать "стуканут"! Уж лучше и дальше извозчиком работать.

То, что работать извозчиком ему осталось всего два дня, Юрий Павлович не знал. Судьба, в лице командирши и комиссара, готовила ему более тяжкие испытания.

СОБАК И ПОСТНИКОВСКИЙ.

— Ерунду ты затеяла Ксюха! Толку от наших "чмошников" совсем мало. Это даже не пушечное мясо. Это дерьмо под колесами.

— Володя, зря ты так говоришь. Все-таки что-то полезное мы делаем.

— И при этом теряем людей, технику и грузы. Придет послезавтра пополнение, думаешь лучше и легче станет?

— А что нет?

— Да все будет тоже самое, только в большем количестве. Мальчики и девочки для битья, а не бойцы.

— Давай думать, что мы можем поменять.

— Так менять нужно все! Смотри, мы имеем четыре десятка худо-бедно обстрелянных людей. Скоро из госпиталя вернется еще семнадцать человек. Оставлять их извозчиками не стоит. Нам нужна разведка на маршруте следования, мобильная ремонтная мастерская, расчеты средств ПВО, саперы, эвакуаторы… Да много чего! Нужную технику, я в штабе округа выбью. А вот специалистов нам не дадут. Скажут: "Готовьте сами!" И правы будут. Нужно готовить самим!

— Значит, готовить будем! И как раз из тех, кто уже ходил с караванами. А новичков ставим на извоз!

— Это ты правильно поняла. Только есть проблема: кто-то должен и новичков учить. А некому! Комиссар, что придет с ними, все не охватит.

— Есть предложения?

— Есть! В старой русской армии, для таких случаев существовала система горизонтального лидерства.

— А более понятно изложить можно?

— Тут все просто. Называлась эта система "дедовщиной". И она прекрасно работала! Опытные солдаты учили новичков и держали порядок в подразделениях.

— Интересно! Слушай! А почему у нас не было этой "дедовщины"?

— Не знаю. Может наши командиры о ней никогда и не слышали. А может быть не сочли нужным ее внедрять.

— А Уставы? Как с ними?

— А что Уставы? Ты понимаешь, что командованию на наших "чмошников" плевать с высокой колокольни? А значит, мы вправе установить в своем хозяйстве те порядки, которые сочтем правильными. "Русская Правда" этого нам не запрещает.

— "Русская Правда"? А что это такое? Ни разу не слышала.

— Ах да! Ты ведь у нас из чужачек. Тогда слушай внимательно: в Русском Мире, законов как таковых нет. Есть набор рекомендаций, не обязательных для исполнения. Вот по ним и живем. Эти рекомендации и есть "Русская Правда". Мы о них по сути дела узнаем от родителей и учителей. Туда же входят и те обычаи, придерживаться которых обязательно стоит. Иначе тебя не поймут. Есть еще разные инструкции, решения собраний по конкретным случаям… но это уже в "Правду" не входит. Короче, "Русская Правда", это аналог привычной для тебя конституции. Только ее никто не писал и не утверждал. Она возникла сама по себе. Из чисто жизненной потребности.

— Значит можно самим установить "Чмошную Правду"?

— Обычай этого не запрещает.

Обсуждали они это весьма долго, а затем, остаток вечера продумывали, как внедрить задуманное. Следовало обдумать статус "дедов", "черпаков", "духов"… Да и о ритуалах посвящения нелишне было вспомнить. Благо, что в Сети необходимые сведения имелись. В результате, появилось созданное ими "Положение о горизонтальном статусе военнослужащих ЧМО".

Затем они решали, кого и куда определить. Итогом посиделок, стало новое штатное расписание, где были отражены все изменения.

А еще продумали заявку на необходимую технику, вооружение, оборудование.

Утром на построении, людей распределили по-новому. Появились команды разведчиков, саперов, расчеты ПВО, маневренная группа, служба ремонта и эвакуации. Не забыли и выделить пятерых "ветеранов" в помощь тому комиссару, что приведет новое пополнение.

Весь день прошел в хлопотах по подготовке к приему нового пополнения. А вечером, после отбоя, произвели посвящение "чмошников" в "черпаки". Древний ритуал совершался прямо в спальных отсеках. Посвящаемого били тяжелой "разводягой" прямо по обнаженной заднице. Били, как и указано в древних источниках "аккуратно, но сильно". Чтоб долго помнили.

А еще, всех обязали к утру, знать как "Отче наш" все пункты созданного Положения. Через два дня, к прибытию "душар", все было готово.