Одинокие звезды (ЛП) - Новак Трина - Страница 18

— Моя мать была дурой, как ты, — зашипел Роллох. — Ты, моя мать, эта глупая земная девчонка — вы все дураки!

— Иди на хрен, кусок дерьма! — крикнула Кассандра. — Тебя вот-вот бросят в эту яму. Так кто теперь дурак?

— Зарак, брат мой, — заскулил Роллох, внезапно сменив тон. — Мы можем что-нибудь придумать? Наша мать, она бы не хотела…

— Ты мне не брат, — сказал Зарак. — И если бы мама была жива и видела, что ты сделал, она бы никогда тебя не простила. И я тоже. Но ты прав. Наша мать не хотела бы, чтобы тебя бросили в эту яму, как бы мне этого не хотелось.

— Зарак, — вмешалась Джиллиания, — что касается Галактической Федерации, то ты теперь де-факто лидер этой планеты. Решение за вами. Вы можете выбрать любое наказание, которое считаете подходящим.

— Брось его жалкую задницу в яму, — сказала Кассандра.

Но у Зарака была идея получше. Да, это правда, королева Рамана не хотела никого убивать, особенно собственного сына, каким бы мерзким он ни стал, скольким бы ни причинил боль. У Раманы было мягкое сердце, и она ненавидел насилие. Но она также ценила справедливость. И Зарак знал, что она хотела бы, чтобы Роллоха наказали как можно суровее.

— Роллох, — сказал он, улыбаясь. — Ты когда-нибудь слышал о планете под названием Максата?

Он увидел, как улыбка распространилась по лицу Джиллиании. Как лидер Федерации, она знала эту планету. Роллох покачал головой; он никогда о таком не слышал.

— Максата… интересная планета, — объяснил он. — Ей полностью управляют женщины. Очень сильные, очень строгие, очень самоуверенные женщины. Это также планета-тюрьма. Некоторые из худших преступников галактики живут там. И женщины… это тюремные охранники.

Кассандра расхохоталась, когда лицо Роллоха побелело.

— Женщины? — переспросил Роллох. — Управляют целой планетой? Я тебе не верю. Они никак не могли… Я имею в виду женщины…

— О, они собираются повеселиться с тобой, — усмехнулся Зарак. — Так тебе и надо. Ты можешь провести остаток своей жизни на тюремной планете, которой управляют женщины. Ни власти, ни свободы, ни замбери… — Зарак повернулся к Джиллиании. — Не могли бы вы связаться с планетой, Джиллиания, и сказать им, что у них будет новый пленник через… десять секунд?

Джиллиания кивнула и вытащила голофон.

— Десять секунд? Что..? Как…

Рот Роллоха был открыт, как бездонная яма.

— Прощай, Роллох, — сказал Зарак, — и скатертью дорога.

Он положил руку на плечо Роллоха и закрыл глаза, готовясь использовать свои силы так, как никогда раньше. Затем он услышал голос Кассандры.

— Подожди, Зарак, одну секунду, — сказала она. Затем она шагнула вперед и сильно пнула Роллоха в пах. Он задохнулся, согнувшись от боли. — Ладно, — сказала она, поворачиваясь к Зараку, — я должна была это сделать. И это было очень приятно. А теперь продолжай колдовать.

Зарак закрыл глаза, собирая всю свою силу и энергию.

Когда он снова открыл их, Роллоха уже не было, он был навсегда изгнан на планету-тюрьму.

Зарак и Кассандра спустились с горы, и рука об руку пошли по полям. Больше не было причин прятаться, не было причин держать их отношения в строжайшем секрете. Наконец-то они были свободны.

Взобравшись на вершину холма близ горы, они увидели, как корабль Джиллиании взлетел и поднялся в небо, унося Рафтана и Тарзега, двух лакеев Роллоха. Они тоже были вовлечены в незаконную добычу полезных ископаемых, и Галактическая Федерация решит их судьбу.

Зарак рассказал Кассандре обо всем, что произошло за последние двадцать четыре часа: о том, как он нашел папку, о своей поездке на Зилаксан-2, о детях, которых он там встретил. Он рассказал ей о безмерной печали, которую испытал, приземлившись на планету, и о том, как ему казалось, что он вернулся назад во времени, в тот период своей жизни, когда у него не было ни надежды, ни радости. А еще он рассказал ей, как был счастлив, когда посмотрел в глаза детям на Зилаксане-2 и сказал, что они наконец-то возвращаются домой. Этот опыт исцелил часть его, о которой он не знал, что она все еще сломана, и он знал, что его приемная мать гордилась бы им.

— И что теперь? — спросила Кассандра, глядя на Зарака своими большими зелеными глазами. — Отправимся на Аллювию?

Зарак покачал головой.

— Нет, думаю, что моя планета нуждается во мне прямо сейчас, — сказал он. Он знал, что исцеление не прекращается с уничтожением планеты-тюрьмы. Граждане Азакии также нуждались в исцелении.

— Значит, теперь ты повелитель? — сказала Кассандра.

— Ни в коем случае, — ответил он. — Эта планета должна измениться к лучшему. Больше никаких сверхправителей.

— А как насчет президента? — предложила Кассандра. — У нас на Земле это так. Честные выборы, каждые четыре года. Пусть азакианцы решают.

— Думаю, это прекрасная идея, — сказал Зарак. — Так ты останешься со мной здесь, на Азакии?

Зарак почувствовал, как Кассандра прижалась к нему всем телом и свободно рассмеялась.

— Ты не сможешь избавиться от меня, даже если попытаешься, Зарак.

Рука об руку они вошли в главную азакианскую резиденцию, и все, мимо кого они проходили, изумленно таращились на них. Зарак знал, что очень скоро новость распространится, и все на планете узнают, что Роллоха больше нет. Он не мог себе представить, что кто-то может быть хоть немного расстроен. Назвать Роллоха непопулярным правителем было бы преуменьшением.

Но Зарак не стал никому объяснять, что произошло на горе. У него на уме были гораздо более важные вещи.

— Так… — протянула Кассандра, прислонившись к стене двора и накручивая светлый локон на палец. Сладкая и очень соблазнительная улыбка появилась на ее лице. — Я знаю, что уже спрашивала это, но… что теперь?

Зарак придвинулся к ней ближе, пока их тела не оказались всего в сантиметре друг от друга.

— Мы свободны, — сказал он, проводя кончиками пальцев по ее руке. — Мы можем делать все, что захотим.

— Все, что захотим? — ответила она, хлопая длинными ресницами.

Зарак кивнул, придвигаясь на сантиметр ближе и прижимаясь к ней всем телом.

— Что угодно. Что бы ты хотела сделать?

— Ты знаешь, — сказала она, слегка прижимаясь к нему. — Вообще-то, я очень устала, — она изобразила зевок и улыбнулась. — Может, тебе стоит уложить меня в постель?

— Отличная идея, — сказал Зарак. Он обнял Кассандру за талию и притянул ее еще ближе к себе. — Нам действительно нужно уложить тебя в постель. Немедленно.

Глава 18

Зарак провел меня через лабиринт коридоров и медных дверей в сердце азакианской резиденции. И с каждым шагом мое сердце билось все быстрее, дикое от предвкушения. Время от времени он останавливался, притягивал меня к себе, целовал, и мы на мгновение терялись в каком-нибудь темном зале, наши руки жадно тянулись друг к другу. Затем мы продолжали путь к покоям Зарака, прижимаясь друг к другу.

Наконец, последняя дверь. Зарак распахнул ее, втолкнул меня внутрь и захлопнул. Медные двери звякнули друг о друга, эхом отозвавшись вокруг нас.

Я обернулась, осматриваясь по сторонам. Медь и дерево, стеллажи книжных полок, кровать размером с небольшой бассейн. Прозрачный стеклянный потолок высотой в три метра, над нами безоблачное голубое небо.

— Твоя кровать… не свисает с потолка, как остальные.

— Я предпочитаю заниматься любовью на твердой почве, — сказал он.

Я посмотрела на кровать, и мое сердце забилось в предвкушении. Затем я снова повернулся к Зараку. Никогда в жизни я никого так не хотела. Ощущение было настолько сильным, что у меня закружилась голова, каждый миллиметр моей кожи ожил, проснулся и отчаянно хотел, чтобы его коснулись.

— Иди сюда, — прорычал он, но прежде чем я успела сделать шаг, он подошел ко мне, в долю секунды преодолев расстояние между нами и обняв меня.

И я потерялась, как всегда, в его объятиях.

Тихий стон сорвался с моих губ, когда Зарак поцеловал меня, его губы были мягкими, но настойчивыми, его руки в моих волосах. Он схватил меня за локоны и откинул мою голову назад, подставляя мою шею своим жадным губам. Я вздрогнула, когда он оторвался от моих губ и стал искать чувствительную кожу моей шеи, осыпая ее голодными поцелуями. Он тяжело дышал мне в ухо, его твердый член прижимался ко мне, и я схватила его за крепкие плечи, пытаясь притянуть зарака еще ближе.