На одинокой дороге (СИ) - Седов Константин - Страница 29

Ствол стал сужаться — сквозь листву прорезались верхушка дерева и начинающаяся луна на розовеющем небе.

Эрик выбрался на самый вверх и оказался, будто в гигантском зеленом птичьем гнезде. Раскидистая крона взорвалась зеленью во все стороны.

Эрик, паникуя, вцепился руками в ближайшую ветку и на карачках пополз-побежал по ней. Толстая ветвь уходила далеко в сторону, а когда начала кончаться, Эрик, уже привычно перескочил на ветку соседнего дерева.

Неудачно. Вот, что значит паниковать, да в темноте. Ветка прогнулась под ним, Эрик замахал руками, пытаясь удержаться и полетел вниз. Ударился головой, плечом, падая, попытался уцепиться хоть за что-нибудь. Что-нибудь оказалось ненадежным, ободрало ему ладони, наградило кучей заноз, но падение замедлило. Одной рукой Эрик схватился за ствол, второй, точнее тремя пальцами за ветку. Ногой за другую ветку, вторая нога болталась в воздухе.

Нелепая поза, но Эрик боялся пошевелиться, чтобы не продолжить падение.

Прислушался. Своими кульбитами он ввел тварь в затруднение. Во всяком случае, хотелось так думать. Она или потеряла его или умнее, и не стала прыгать на тонкие ветви. Эрик скосил глаза вниз. Стемнело еще не окончательно, он мог определить, что висит на высоте не менее ста пятидесяти футов над землей.

Ствол вздрогнул. Где-то вверху тварь перепрыгнула на дерево.

Эрик вцепился в ствол и полез вниз. Лично убедился в истине, что спускаться с дерева трудней, чем залазить на него. Слез на несколько древесных ярусов вниз, уперся в толстенную ветвь, уходящую далеко в сторону и не раздумывая пошел по ней. Устал, и тварь догоняла. Может так легче будет.

Хватаясь за ветки, листья, лианы он мелко перебирал ногами по ветви, поднял глаза и застыл на месте. Впереди на него смотрел огромный глаз. Ярко белый, в него как будто капнули желтой краски, которая скопилась вокруг вертикального узкого зрачка. Глаз смотрел из зеленых зарослей и непонятно было, где все остальное. Второй глаз, лицо… морда?

Пока они с глазом пялились друг на друга ветвь под ногами вздрогнула. Тварь вышла на прямую с Эриком. Раздался знакомый уже выдох, перерастающий в шипящий вопль.

Эрик обернулся, но так и не смог ее разглядеть. Что-то он видел… какое-то хищное движение. Два желтых огонька… или… не ясно. Темно уже совсем. К тому же тварь сливалась цветом с деревом.

Посмотрел вперед. Глаз из зарослей моргнул.

Подмигивает что ли?! «Молодцом капитан! Давай сюда — вино, девочки ждут!» Вот что делать? Куда? Может этот глаз еще худшей твари, чем та, что за спиной?

Времени на размышления не было. Тварь его явно преследует и вряд ли с благими намерениями, а что за глаз еще неизвестно. Все это пронеслось в мозгу мгновенно, он сделал шаг вперед и… и взлетел. То есть по-настоящему. Только вниз головой. Какая-то сила ухватила его за ногу и швырнула вверх. Он взлетел над деревьями и… снова вниз. Ногу крепко обхватывала веревочная петля.

Он угодил в чью-то ловушку. Вряд ли охотились на него. Трудно представить, чтобы кто-то из местных ждал, что по здешним лесам будет бегать беглый пират. Но попался он и сейчас висел в петле на уровне макушек здешних немаленьких деревьев. Причем на открытом пространстве. Ловушку притянули с другого дерева так, что предполагаемая жертва до стволов дотянуться не могла.

На то, чтобы все это осознать ушла пара минут. Ошарашенный Эрик, покачиваясь вниз головой разглядывал внизу небольшую полянку, затем изогнулся в воздухе, ухватился за веревку и подтянул себя до вертикального положения.

Хватая ободранными ладонями веревку, полез вверх, молясь, чтобы она выдержала его дрыганья, и уцепился за ветку, к которой веревка была привязана. Все терпимо, насколько это возможно в данной ситуации, но ногу по-прежнему крепко держала петля. Из-за нее до ствола он по ветке не долезет.

Уже с трудом подтянулся, сел верхом на ветку. Прочная, но тонкая — сидеть на ней неудобно. Если свалится, вниз пусть и не упадет, но второй раз по веревке уже не заберется. Балансируя на высоте, вцепившись в ветку, изогнувшись, с трудом стянул с себя петлю. День видимо такой — из веревок выпутываться.

По дереву спускался осторожно, ежеминутно останавливаясь и прислушиваясь. Вряд ли тварь его ищет. Скорее всего, она в недоумении — куда из-под ее носа упорхнул предполагаемый ужин? Но она где-то рядом. Не так уж далеко его закинула ловушка. Вот загадка, кстати. Кто ее поставил? Почему на дереве? Кто здесь обитает? Никогда не слышал о людях на Летнем острове. Во всяком случае, живыми выбравшимися. Черт! Теперь еще и об этом думать!

По-умному надо было остаться на дереве, а не бродить по ночному лесу Летнего острова и без того уже «гостеприимно» встретившего Эрика. Но то «по-умному». Понимая, насколько безопаснее на дереве, он все-таки решил спуститься. Невыносимо хотелось пить! И честное слово, ему было плевать на свою репутацию несгибаемой мужественности пирата, способного терпеть все что угодно. После пережитого, после таких кульбитов он обязан был себя хоть как-то вознаградить. Да и не смог бы он сидеть на дереве, сознавая, что внизу, совсем рядом журчит ручей.

Перед тем как спрыгнуть с дерева долго вслушивался и вглядывался в темноту. Уже наступила полноценная ночь, поэтому ничего не удалось ни разглядеть, ни услышать.

Спустился осторожно, в любую секунду готовый сигануть обратно. Сделал только шаг, как справа от него затрещала цикада. Поморщился, сделал второй шаг, как рядом подала голос еще одна. Через минуту вся поляна стрекотала вокруг замершего Эрика.

Остается надеяться, что это совпадение и перекличка у них плановая. Потому что если это из-за него, то древесная тварь вполне может сообразить, кто их потревожил.

Из-за этого шума он ничего не слышит. И захоти к нему кто-нибудь подобраться, то теперь это не сложно. Тем более в темноте.

Ухватился за дерево и отдернул руку. Под ладонью что-то вспыхнуло. Другой огонек загорелся рядом. Почти сразу зажглось еще несколько на соседнем дереве. Цепочка вспышек прокатилась по лесу.

Эрик огляделся — окрестные деревья, будто украсились мерцающими гирляндами.

Опять же — будем надеяться, что и данное нормальное явление и происходит без Эрикова вмешательства. Интересно, что это? Или кто? На обычных светлячков не похоже.

Из-за цикад журчания родника не слышно. Впрочем, это как раз не проблема. Если умеешь ориентироваться в море, то на суше и подавно. Куда идти он прекрасно себе представлял.

Любой водопой — всегда излюбленное место для хищников. Эрик пережил несколько томительных минут, засев в кустах, слушая журчание ручья и ночные звуки острова. Когда жажда стала совсем невыносимой, беспрестанно озираясь, выбрался к ручью и подставив ладони под стекавшую с камней воду, долго и жадно пил. От ледяной воды заломило лоб, но на это было плевать — общее самочувствие намного улучшилось.

Вот теперь можно думать, что делать дальше. С острова надо выбираться — это понятно. Во-первых, здесь не выжить, во-вторых, дел много. Что стало с ребятами с «Недотроги» старался не думать. Чувство упоения виной за собственную глупость — это увлекательно, но на самобичевание сейчас времени нет. Надо возвращаться. Вот только как?! С этого острова действительно, по слухам никто живым не выбирался. Иначе имя такого счастливчика было бы давно известно.

Эрик мысленно представил себе карту Ганпагских островов. На северо-западе от Летнего тянулась целая цепочка островов поменьше. Рядом с самым северным проходят морские торговые пути. Высаживаются люди — на стоянку, на ремонт, пополнить запасы пресной воды. Все это зыбко, ненадежно, но другого выхода нет. До ближайшего к Летнему острова — пролив меньше морской полумили. Для такого пловца, как Эрик — это не расстояние. Дойти бы только до этого пролива. Это ж через весь остров.

Через Летний.

Прогулку он начал довольно бодро, только что не присвистывая. После того, как напился воды ситуация представлялась не такой уж безнадежной. Никто не выбирался, говорите?! Так и я вам не кто-нибудь! Эрик Бешеный — гроза Борейского моря, полосатых волчат и славный покоритель лесных веток.