Позволь мне выбрать - Казакова Светлана - Страница 69

Неудивительно, что Жаком эль Марни показался бедняжке лучом надежды. Он остановил ее, чтобы спросить дорогу, а затем решил поразвлечься с красивой девушкой. Однако женитьба на ней не входила в его планы, и известие о ее беременности оказалось для него вовсе не радостным.

Он мог бы попросту бросить ее или откупиться, но эль Марни решил избавиться от той, кого он соблазнил, раз и навсегда. Он назначил ей встречу в уединенном месте, сказав, что хочет сделать ей предложение в романтичной обстановке. Когда же Юханна пришла, столкнул ее со скалы.

Все время, пока дознаватели пересказывали признание убийцы, Ариан не сводил глаз с Ханны и почти физически ощущал ее боль. Ее губы побелели, руки были крепко сцеплены в замок. Наверное, помимо укрепляющего отвара ей сейчас не помешал бы и успокаивающий.

— Но при чем тут Джемма эль Рианит? — спросил император.

— Она слышала, как Жаком эль Марни назначал тэйсе эль Ландри время и место встречи на празднике в честь вступления в должность нового мэра, когда весь город веселился на площади. Просто узнала его не сразу, а только когда увидела в отблесках огней фейерверка. Возможно, она и не представляла опасности как свидетельница, но преступник запаниковал и убил ее, под каким-то предлогом заманив в замок, пока все любовались фейерверком. Кроме того, его сбивало с толку то, что Ханна эль Ландри выдавала себя за Юханну.

— И он отправил мне записку, — хрипло выговорила Ханна. — Мне следовало понять раньше… Юханна не могла сбежать. Она не поступила бы так со мной. Не бросила бы нас с Каем.

Она закрыла лицо руками. Дознаватели, переглянувшись между собой, вышли. Ариан приблизился к Ханне, желая утешить, согреть в своих объятиях, но она покачала головой.

— Пожалуйста, не сейчас. Я никуда не убегу, правда… Мне просто нужно побыть одной.

Император не стал настаивать. Он помнил, как сам переживал гибель сестры. Тогда ему тоже не хотелось, чтобы кто-то его беспокоил.

Пусть Ханна не видела кузину уже два года, по-настоящему отпустить ее придется только сейчас. Смириться с тем, что той больше нет. Сказать ей последнее «прости» и «прощай».

Ариан эль Кимри тихо вышел из комнаты, полный решимости вернуться к тому, от чего зависело главное.

Теперь он знал, что времени мало.

Несколько дней спустя

Я стояла на берегу острова, глядя на плещущие у ног волны. Думала о Юханне, для которой море стало могилой. Я вспоминала ее не печальной и потухшей, какой она стала после дядюшкиного разорения и смерти, а такой, как прежде, живой, смеющейся, самой лучшей в мире сестрой и подругой.

Почему она не доверилась мне, когда повстречалась с эль Марни? Неужели из-за того, что я не говорила ей, кто отец Ариана? Или собиралась рассказать все лишь после свадьбы, которую этот негодяй ей пообещал?

Я стиснула кулаки. Боль немного притупилась. Не настолько, чтобы не чувствовать ее совсем, и все же у меня оставалось кое-что, что помогало держаться.

Ректор академии сказал, что оружие, которое появляется у боевого мага в моменты опасности для жизни, соткано из света его души и душ тех, кто любил его при жизни. Когда меч появился снова, он стал ярче, чем в первый раз. Это означало, что к его свету присоединились души моих покинувших мир близких.

Теперь я знала, что за порогом смерти ничего не заканчивается. Те, кто его перешагнул, по-прежнему нас любят и защищают. Мои родители и дядя, Юханна и Конрад… Их заботу я ощущала как ласковый солнечный свет. Все они навсегда продолжат жить в моем сердце.

А еще я верила, что однажды встречусь с ними снова — может быть, в ином мире, а может, в другом воплощении.

Преступника с острова уже увезли. Участницы отбора, кроме меня и Лианы, тоже разъехались по домам. Тело Джеммы эль Рианит отправили в Дорсуль. Я надеялась, что в родной земле она будет покоиться с миром, и жалела ее, несмотря на ее спесивость и нежелание играть честно, участвуя в отборе. Ведь теперь у нее не осталось шанса осознать и исправить собственные ошибки. Эль Марни даже это у нее отобрал.

С того дня, когда открылась правда, мы с Арианом так по-настоящему и не поговорили. Он почти все время пропадал в библиотеке. Я не знала, что он там делал. О своем предложении он тоже больше не заговаривал. Может, назвал меня своей будущей женой лишь для того, чтобы у дознавателей не было ко мне лишних вопросов?

Мне отчаянно хотелось вернуться к сыну, но Дорана эль Юланн настаивала на том, что нужно еще немного подождать. Я не могла понять, чего именно. Есть ли вероятность отыскать способ снять проклятие? Или меня попросту водили за нос? Поверить до конца матери императора я боялась, и лишь присутствие Лианы эль Делли поддерживало меня.

Ей я рассказала о себе не все — лишь о том, что мы с Арианом эль Кимри уже встречались в академии, и еще назвала свое настоящее имя. Впрочем, излишним любопытством она не отличалась. Это мне в ней тоже нравилось — наряду с ее серьезностью, миролюбивым нравом и врожденным благородством, которым могли похвастаться далеко не все аристократы.

— Ханна…

Обернувшись, я увидела императора. Он был один. Должно быть, ему передали, что я попросила свозить меня к морю.

Сердце забилось быстрее. Я все еще не знала, могу ли до конца верить Ариану и его матери, но от своих чувств к нему убежать не могла. Так же как когда-то в академии.

— Я должен тебе кое-что рассказать. Есть одна старая книга… Летопись. Она хранилась здесь, в библиотеке. В ней говорится о том, с чего началось проклятие рода эль Кимри. Но текст зашифрован, и мне понадобилось время на то, чтобы его прочесть.

Я вскинула на него взгляд. Неужели для Кая появилась надежда? Сейчас лицо императора не выглядело непроницаемым, как обычно. Я чувствовала — он тоже волновался. Под его глазами залегли круги — похоже, он действительно проводил дни и ночи над рукописными страницами.

— Пожалуйста, не торопи, дослушай меня до конца. Я нашел ее всего лишь несколько месяцев назад. Тогда мне все чаще стали говорить о свадьбе — якобы не пристало императору быть холостяком, нужно жениться и обзавестись наследником. Однако я не мог обречь еще одну ни в чем не повинную женщину на потерю ребенка, а его самого на гибель. Почему-то мне хотелось верить, что в летописи найдется способ снять проклятие. А отбор невест… Он был лишь возможностью потянуть время, пока записи не расшифрованы.

— Но все считали, что это просто возвращение к старым традициям, — заметила я.

— Я ведь еще не знал, что произошло в академии…

Опустив взор, я почувствовала, как лицо заливает краска. Пусть я так больше ничего не вспомнила о той ночи и Ариан эль Кимри наверняка тоже, упоминания о ней смущали, и, кажется, не одну меня.

— Ты простишь мне мое прежнее легкомыслие?

— Ты был тогда мальчишкой. Надменным и своевольным. Впрочем, я тоже не всегда поступала правильно, — созналась я.

— Но больше всех виновата Ина эль Юнти.

Я помолчала, вспоминая бывшую приятельницу. Тэйса эль Юланн сказала, что сейчас она в тюрьме. Ею займутся дознаватели, чтобы выяснить, причастна ли она к пожару на постоялом дворе.

— Мне не хочется о ней говорить. Но, выходит, когда ты вернулся на остров вместе с гостями, то уже подозревал, что я это я? Ты… ты меня проверял?! И тогда, ночью, и на балконе…

— А ты бы ответила, если бы я спросил напрямую? Назвала бы свое настоящее имя? Нет ведь, отпиралась бы до последнего!

Я закусила губу, признавая его правоту.

— Ты хочешь стать императрицей, Ханна?

Мне вспомнились видения под вуалью иллюзии. Фальшивые улыбки придворных, их навязчивый интерес к самым интимным подробностям жизни правящей семьи. А придворные дамы? Впрочем, даже без них я не могла представить столичный дворец своим домом. Там не место для меня — привыкшей к простой жизни, любящей ходить босиком по пляжу, и чтобы никаких платьев со шлейфом.

В дворцовых стенах мне будет тесно и душно. Но супруге императора непозволительно жить отдельно от него. Она должна всегда быть рядом — быть спутницей мужа.