Когда вдруг решил... что уже... поздно (СИ) - Флёри Юлия - Страница 95

— Машина сопровождения вслед за Ритой во двор не въезжала. — Пояснил, не пытаясь при этом оправдаться. — Скажи, произошло что? — Плечом к стене прижался, место для эмоциональных манёвров Андрея освобождая, давая необходимый простор. Крестник с ответом медлил всего секунду, а потом резанул острым взглядом и к зеркалу отвернулся, вафельным полотенцем кожу высушивая.

— Я не знаю… — Головой качнул, а Литнер зубы сжал, неладное предчувствуя.

— Она встречаться с кем-то ходила? Ведь мне обещала дома быть… Ты где её сам нашёл?

Андрей безразлично пожал плечами, совершенно пустым взглядом по лицу Кости шарил.

— Документы для посещения врача забирать поехала. К себе на квартиру. А я… позвонил сказать, что Юлька родила. Из разговора понял, что одна и к ней направился. Подъезжаю, а она лежит.

— Видел кого? Может, машину?

— Нет. — Прохрипел Андрей и торопливо откашлялся. Под строгим взглядом нервно сглотнул, отводя потухший взгляд. — Нет, Кость, я растерялся. Даже сказать не могу точно, как долго просто стоял рядом с ней. Завис, отключился, понимать отказывался… Никого не видел… Почему ты её отпустил?.. — Теперь уже без обвинения, без претензии в голосе вопрос задал, а Литнер, не одобряя затронутую тему, отрицательно головой качнул.

— Езжай домой, переоденься, хорошо? Выспись, если сможешь, а как решиться что, я сам тебя наберу. Договорились? — Приблизившись, Андрея по плечу хлопнул, а тот улыбнулся как-то некрасиво… и голову набок склонил, теперь взглядом прицениваясь.

— А ты почему здесь… как вообще? — Неловко рукой взмахнул, будто сам точно не уверен, что в виду имеет. Костя задрал подбородок выше, давая понять, что вопросы Андрей задаёт не те, но ответить соизволил.

— Насчёт родов договариваться заехал. У Риты в телефоне маячок. Я знал, что она поблизости. Хотел забрать по дороге… Не успел. — Руками развёл. — В кабинете главного был, когда… кто это такая? — Прищурился, припоминая. — Юли твоей сестра, наверно… — Предположил и устало выдохнул. — Когда она прибежала и сказала, что мою жену после аварии везут. Я, если честно, и понял-то не сразу… Как и ты… растерялся…

— Кость, а ты считаешь, что сделал правильный выбор? Сейчас… когда этот приказ отдал? Ну, когда этот врач спросил, кого спасать, а ты…

— Я считаю, что принять это решение был должен. — Заявил Литнер, то ли договорить, то ли домучиться, вопрос формулируя, не позволяя. — Моё решение. Мне потом с ним жить. А ты забудь. Забудь, будто и не было, слышишь?

— И что ребёнок от тебя знал… — Будто в вине какой уличая, хмыкнул Андрей.

— Езжай, я прошу тебя.

— Ведь знал… Или соврал? — Прищурился, криво ухмыляясь.

— Андрей, повторю, наверно, в сотый раз: я не слепой и на дурака похож слабо. Вариантов просто не было. От меня беременна и точка.

— Откуда такая уверенность? Ведь был же у неё кто-то?

— Я знаю Риту, как никто другой. И что она за человек знаю. И что она морщит носик при слове «сперма», знаю тоже. И секс незащищённый она не воспринимает в принципе! Скажешь, у вас с ней не так было?

На прямой вопрос Андрей лишь взгляд опустил, что возразить не зная.

— И с тобой так? — Голос подал неуверенно, а Костя плечи расправил, будто к удару готовясь.

— Считай, что я одно маленькое исключение из её большого списка правил «как надо жить». Не знаю, какой светлой краской мой образ в своей голове нарисовала, но ни одно ограничение меня не коснулось. И, поверь, будь она не от меня беременна, зашилась бы так, что хоть с собаками ищи. А её ломало от одной только мысли, что я ребёнка нашего полюбить не смогу, что обвинить в чём-то посмею.

— А почему ты за всё это время ни разу с Ритой об этом не поговорил? Ведь знаешь, что ломало, значит, видел? Зачем молчал? Нравится, что она себя виноватой чувствует?

— С ней сложно, Андрюх. Очень сложно. И никогда нельзя предсказать заранее, какое знание для тебя фатальным станет. Я боялся её потерять. Человек она такой, понимаешь… которого нельзя торопить, заставлять. Не говорила мне, значит, не готова была морально. Значит, для себя ещё ничего не решила, не определилась, чего хочет.

— Да? — Спросил устало. — А она боялась, что не поверишь после всего, что было… — Своё знание Андрей представил и языком прищёлкнул, его элементарность подчёркивая, когда Костя лицо ладонями закрыл, защититься пытаясь. — Благими намерениями Костя… — Руками развёл, стороной крёстного обходя. В дверях обернулся, глядя, как Литнер неуверенно на кушетку опустился. — Ты позвони мне сразу, хорошо?

Кивка согласия дождавшись, Андрей ушёл, дверь за собой прикрывая, потому и не слышал, как тот отдаёт короткий приказ по телефону: «Найди мне эту тварь… Просто найди». На улице оказавшись, глубоко вздохнул, будто груз какой-то с себя сгоняя. Щурясь от жаркого майского солнца, номер на телефоне набрал, мужчине, что ответил, коротким приветствием отозвался.

— Беда у меня в семье, Толь. — Вздохнул, окончательное решение принимая, и в собственном сознании закрепляя. — Не с Юлей, нет… Человека одного найти надо. Поможешь? — Ладонью по голой груди провёл, к машине, что тут же, у приёмного так и стояла, подошёл, в распахнутую дверь на заднее сидение заглянул. — И… это… забери меня. Адрес скину. — Дверь с силой захлопнул и сигнализацию включил, чтобы багровые пятна на светлой коже сидений никто рассмотреть не смог.

В подъехавшей машине спереди устроился, парнишке, что покуривал сзади, ключи от своего авто вручил.

— В химчистку загонишь. — Попросил бесцветным голосом и дождался, пока тот с места тронется.

— Сейчас куда?

— Не знаю… — Через лобовое стекло посмотрел, едва ли что за ним примечая. — В магазин какой, может… Футболку купить, что ли… А потом в церковь. — Машина плавно тронулась, а Андрей лицо в ладони опустил, его с силой растирая. — Свечку поставить надо. За здравие. — Распрямился резко и как всё тело свинцовой тяжестью наливается почувствовал. А уже из церкви выйдя, плотоядно оскалился, от знакомого утвердительный кивок получив: нашли.

Андрей смотрел на огромный пустырь с девятого этажа заброшенной многоэтажки и лениво посвистывал. За его спиной были двое. Толя, друг детства, и Самарин. Сейчас он стоял на коленях и жалко поскуливал, раскаиваясь. И, скорее всего, если бы он мог открыть рот, то непременно попросил бы прощения. Но этих слов Андрей знать не хотел. Хмурился, в его сторону поглядывая. Вероятно, вовсе не с этим выражением лица тот мчал по подземной парковке, когда уже на преступление решился. Да и сам Андрей Косте соврал. Всё он видел, всё понял. И машину Самарина, с парковки вылетающую, его безумные глаза… и отсутствие тормозного пути взгляд уловил мгновенно. Уловил и всё понял. Наверно, тогда же и было единственно верное решение принято: кровные обиды не прощают. А Рита родная. По-другому и быть не может. Правильно всё крёстный сказал: маленькая и беззащитная. Отца, по сути-то и нет. У отца своя жизнь. Отдельная. Остаётся он только, да Костя…

— Мы ждём чего-то? — Прозвучал вопрос и Андрей развернулся, на друга с кривой ухмылкой поглядывая.

— Звонка ждём. — Согласно кивнул, и телефон из кармана извлёк, удостовериться желая, что пока его не пропустил.

Перед Самариным на корточки присел, без единой эмоции на лице застыл.

— И если мне скажут, что с ней всё в порядке… — Чтобы только тот понял, проговорил. — С ней и с ребёнком… — Посмотрел с углубляющейся в глазах грустью. — Тогда ты просто сдохнешь. — Страшно усмехнулся. — А если нет, то тоже сдохнешь, но получится у тебя это далеко не сразу.

Самарин протестующе замычал, задёргался, а Андрей его по плечу похлопал.

— Да ладно тебе, будь мужиком! — Ободряюще улыбнулся. — Хотя бы сейчас побудь им… — Воздух в себя сквозь сжатые зубы втянул.

А когда телефон о входящем вызове оповестил, оба, будто каменные изваяния застыли. Андрей опомнился первым, разогнулся, на звонок ответил. Выслушал молча и сосредоточенно. Потом с минуту ещё, не меньше, в пространство смотрел, о чём-то размышляя. А через пять минут заброшенное здание покинул. Он не успокоился. Душа внутри бунтовала, всё рвалась куда-то. Предчувствие, что долго и упорно таранило мозг, вдруг отступило, но облегчения не принесло.