Год перестройки (ЛП) - Харпер Кейдж - Страница 58

— Именно. И Кросби разволновался. Это не считается умышленным убийством, но он все равно был сопричастен. И по меньшей мере рисковал лишиться лицензии из-за незаконных опытов на людях. А в худшем случае — получить обвинение в непреднамеренном убийстве. Он уже задумывался о том, чтобы все свернуть, но не удержался и захотел испытать на Патрике еще одну формулу. Тем временем Кристин, соседка Элис по комнате, видимо, что-то заподозрила. Кросби решил, что она представляет угрозу.

— Возможно, Кристин просто пришла к Кросби и сказала, что волнуется о том, как препарат действует на Элис, — вставил детектив Фрэнсис. — Или же она попыталась его шантажировать, а может, пригрозила, что предаст его опыты огласке.

— Он ее убил? — спросил Джон.

— Мы не уверены. Не исключено, что это был несчастный случай, — сказала Карстэрс. — Она умерла от перелома костей черепа. Кросби мог как неудачно толкнуть ее, так и умышленно ударить по голове. Так или иначе, Кристин погибла. Он закопал ее, вынес из комнаты в общаге все вещи и оставил распечатанное сообщение о том, что она не справляется с нагрузкой и уезжает домой. Она была старше двадцати одного года, поэтому администрация колледжа не связалась с ее родными. К счастью для него.

— Вы уверены, что это дело рук Кросби? — спросил Райан.

— Мы нашли ее вещи в мусорных мешках у него в подвале, — ответил Фрэнсис. — Так что да, у нас почти нет сомнений.

— Кросби считал, что ему ничего не угрожает, — продолжила Карстэрс, — у него шел опыт на Патрике и нашлась новая лаборантка, Шарон. Но потом вы, Барретт, наткнулись на тело, а затем у Патрика появились симптомы наркотического воздействия. Новая формула Кросби тоже действовала не так, как нужно, а риск, что его обнаружат, рос. Кросби начал искать пути для отхода еще со смерти Элис. Он постепенно переводил деньги на оффшорный счет на Каймановых островах. Взял кредит под залог дома и эти средства тоже перевел. Если бы все обошлось, он мог бы просто вернуть деньги обратно, но если бы что-то пошло не так, он подготовился.

— Мы не думаем, что Патрик специально зашел лабораторию в тот же вечер, когда Кросби планировал сделать ноги, просто так совпало, — сказал Фрэнсис. — Но вполне возможно, что какие-то оброненные Кросби слова заставили его волноваться о том, где он потом будет доставать гель. Как бы то ни было, вчера вечером Кросби удалил файлы на домашнем компьютере, собрал чемоданы и поехал в лабораторию. Там он вырубил электричество и перекрыл воду в Смит-холле, отключил телефоны и пожарную сигнализацию. А затем поднялся наверх и начал поджигать все вокруг. Сперва на четвертом этаже, где находился его кабинет и администрация, а потом в лаборатории на шестом.

Там он столкнулся с Патриком, который обшаривал лабораторию в поисках препарата — корня всех проблем. На Кросби был зарегистрирован пистолет 22-го калибра, и, вероятно, именно из него он и стрелял. Из-за пожара у нас нет точных улик, но мы думаем, что одним выстрелом Патрика зацепило еще в лаборатории — тем, который задел ребра, а потом Патрик побежал вниз. Кросби нагнал его на площадке между третьим и четвертым этажами и выстрелил сверху, попав в живот. Патрик упал и выглядел мертвым, поэтому Кросби вернулся закончить начатое в лаборатории.

О Марке он, похоже, вообще не знал. Но тот факт, что Кросби стрелял в Патрика, а потом оставил его в горящем здании, уже классифицируется как попытка убийства. Мальчикам повезло, что вы двое оказались рядом.

— И слава богу, что есть сотовые, — пробормотал Райан.

— Именно. Мы проследили Кросби до аэропорта. Через пару часов после начала поисков он уже сел на рейс в Канкун. Мы связались с мексиканскими властями, но шанс, что он им попадется, невелик. Его где-то там ждет кругленькая сумма.

— То есть вы его не поймали, — подытожил Джон.

— Скорее всего, и не поймаем, — сказала Карстэрс. — Его не успели перехватить при посадке, никаких данных о его дальнейшем маршруте нет, и не думаю, что в Мексике бросят много сил на поиски.

— По-вашему, он когда-нибудь вернется? — осторожно спросил Марк.

— Сомневаюсь, — ответил ему Фрэнсис. — Что Кросби здесь делать? Там он на свободе и явно не бедствует, тут его ничего не ждет, кроме риска попасть за решетку. Он же не маньяк и действовал только ради денег. Ну, может, еще и престижа, но в основном ради денег.

— А если все-таки поймаете, — спросил Райан, — то сможете посадить?

— Доказательств много, но для самых серьезных обвинений их недостаточно, — ответила Карстэрс. — Особенно если Марк не сможет его опознать. Адвокат скажет, что показания Патрика не имеют веса в суде, поскольку тот был под воздействием галлюциногена. Отпечатков пальцев на рубильнике и перекрывающем воду кране мы не нашли. Да, есть вещи Кристин из его дома, но ничего, прямо указывающего на Кросби на самом трупе, и никаких отпечатков на мешках. Думаю, за что-то мы его упечем, но многое зависит от адвоката и присяжных.

— А знаете, что самое смешное? — заметил Фрэнсис. — Мы связались с фармацевтической компанией для уточнения информации, и они заинтересовались гелем и перспективами его применения. Так что не исключено, что они заберут данные исследований Кросби и его наработки еще окупятся.

— Даже несмотря на смерть Элис и Кристин?

— Ну слушайте, — сказала Карстэрс, — эффективное средство от прыщей может принести миллионы. Пара трупов — не та вещь, что удержит фармацевтического гиганта от изучения такого потенциального источника прибыли.

— По-вашему, они в этом тоже замешаны? — спросил Райан. — И только делают вид, что не в курсе, а на деле с самого начала знали о незаконных опытах?

— Не скажу, что такой вариант невозможен, но нет, — ответила Карстэрс. — Мне бы очень хотелось хоть кого-то привлечь к ответственности, но в данном случае я думаю, что Кросби и правда действовал в одиночку и планировал вновь выйти на них на более поздней стадии для финансирования.

— Вы много всего узнали за такое короткое время, — протянул Джон.

Карстэрс устало улыбнулась.

— Просто я спец. К тому же Кросби разбирался в компьютерах куда хуже, чем в биологии. Ему, видимо, рассказали, что информацию на компьютерах нужно уничтожить, а не просто стереть файлы, отсюда и поджог. Из лаборатории и его кабинета в Смит-холле мы ничего не вытащили, но домашний компьютер он порубил топором, не зная, что нужно сделать. И убил корпус, монитор и платы, но сам жесткий диск остался лежать нетронутым посреди обломков. У наших спецов ушла пара часов на взлом паролей, а после у нас на руках оказались все его записи.

— Удачно.

— Очень.

— А Патрик? — спросил Марк. — С ним все будет хорошо?

— В данный момент его жизни ничего не угрожает. Раны брюшной полости нередко заживают плохо, и выздоровеет он нескоро, но мне сказали, что прогнозы хорошие. Хотя мы пока не смогли его опросить. Придется подождать еще пару дней, видимо. Сейчас уже можно не торопиться.

— Простите, что не смог опознать Кросби, — сказал Марк. — Просто там было темновато, а я еще прятался.

— Не переживай, парень, — успокоил его Фрэнсис. — Да, так бы мы получили готовое обвинение на блюдечке, но похоже, что дело все равно превращается в висяк. Ты правильно сделал, что не полез разглядывать Кросби. И что позвонил пожарным. Сэкономил колледжу пару миллионов, которые ушли бы на ремонт, если бы бригады появились позднее.

— Их вызвал Райан, а я просто позвонил папе.

— Неважно кто. Вы все быстро сориентировались.

— То есть вы больше не рассматриваете Джона в качестве подозреваемого? — уточнил Райан.

— Честно говоря, он им по-настоящему и не был. — Карстэрс повернулась к Джону. — С кем бы я ни говорила, все отвечали, что Джон Барретт прямо бойскаут: всегда поможет, никогда не врет, добрый, вежливый. Мне бы тошно стало от этих дифирамбов, не окажись вы на самом деле настолько приятным человеком. — Она улыбнулась ему и Райану. — Вот такие вот у нас дела. А мой рабочий день, начавшийся еще вчера утром, теперь наконец-то закончен. Сейчас одеяло и подушка зовут, а завтра рапорты, рапорты и еще немного рапортов. Хорошего вам дня.