Шаромыжники (СИ) - Эбро Аллан - Страница 6

Так что встречать нас будут по одёжке: Арамяна как аристократа и богатенького буратину, а меня — как деревенщину у него в услужении, тем более, что, в отличие от моих начальников, с языками у меня туговато: в английском-то наблатыкался, спикаю практически бегло, а главное: натуральные амеры вполне понимали. Довелось общаться: Биг Босс с разными людьми встречался; случалось, и натуральные янки у него гостили. С теми гостями мне, конечно, болтать не по чину, но охрану-обслугу доверенную те буржуи с собой таскали, так что поговорить с носителями языка приходилось. Думаю, мой инглиш при выборе кандидатуры в охранники родного племянничка Биг Босс во внимание принял. А вот французский у меня в пролёте: "бонжур, мерси" — и больше не проси. Так что по бумагам значусь я Джорджем Майклом, австралийцем из Сидней-Коува. Сомнительно, что в здешних местах обитатели Нового Южного Уэльса табунами шастают, так что моё косноязычие можно списать на акцент страны кенгуру, коал и эвкалиптов. Хотя она пока что и не страна вовсе… Но кто тут об этом знает?

А что одет по моде времён Войны за независимость, только вместо синего мундира замшевая куртка с бахромой, как у Натти Бампо из кино "На берегах Онтарио", и трёхцветная кокарда с треуголки срезана — ну, так Джордж, то есть я, человек небогатый и за шмоточными новинками гоняться ему финансы не дозволяют и жаба не подписывает. Зато тесачина у мистера Майкла солидный: шведская абордажная сабля времён Крымской войны. Естественно, не оригинал, а реплика для тех же реставраторов или реконструкторов с лезвием тупым, как юмор Евгения Жидецкого, однако, как говорит наш летун, сталь гораздо лучше, чем у настоящей. Ну, а клинок и наточить можно… И нужно. Но попозже.

А вот самому Скакунову с одёжкой не повезло. Ну, не нашлось в магазине гражданского костюма на его размеры. А заказывать пошив индивидуально — это не на один день ожидания. Не было у нас такой роскоши со временем, очень уж суетливо готовился прыжок. А когда дёргаешься, то обязательно что-то, да пойдёт не так. Закон природы, неотвратимый и не обсуждаемый.

Так что пришлось нашему консультанту перелистывать десятки страниц с мундирами. Всё же подобрал что-то сине-французское, из максимально устаревших образцов, да и кивер с "римским" орлом сменял на треуголку вроде моей, только с серебряными галунами по краям полей. Ну, на первое время сойдёт. Тем более, что по тем же липовым бумагам — полиграфия двадцать первого века способна творить чудеса! — Владимирыч наш значится Мишелем де Шевалем, эмигрантом-роялистом, смывшемся из солнечной Франции через всю Атлантику, чтобы избежать неминуемого знакомства с мадам Гильотиной. Начальник наш, кстати говоря, того же поля ягодка, подвида "контра французская обыкновенная". Вот только фамилию его перевели замечтательно, причём не особо и извращались… Но результат… Давид д'Арамиц! Звучит? Покойный Игорь Старыгин, земля ему пухом, небось, в гробу переворачивается! Ну скажите на милость: где Арамис — и где наш Додик? Ото ж…

Скакунов, помнится, разъяснял в том духе, что, конечно, в Штатах дворянские титулы по Конституции не присваиваются, но и лишать этого статуса, подтверждённого документально, а главное, материально, никто не станет. Ведь большинство этих WASPов — прямые потомки европейских голодранцев, уплывших в Новый Свет за сытой жизнью (а то и попросту закованных в колодке каторжников, которых предпочли использовать в качестве белых рабов — что более рационально, чем просто вздёрнуть "высоко и коротко"). Так что некоторый пиетет перед титулованными особами у этих новоявленных республиканцев вполне себе присутствует. Разумеется, если у особ есть не только титулы, но и туго набитые кошельки. А лучше — счета с пятью-шестью нулями в банках.

И получаюсь я в нашей троице самый, что ни на есть, голодранец по всем внешним данным: одежда простая, хотя и наиболее удобная из имеющейся в наличии, по бумагам — мигрант понаехавший, уже не люмпен, но ещё и не пролетарий, морда лица явно не с конкурса "Мистер Вселенная". На такого и не взглянут, в двух шагах пройдя. Если, конечно, угодили мы куда запланировано, а не к каким-нибудь рыцарям круглостоловским, или ещё к кому поэкстремальнее. Это только в кино в таких ситуациях неподготовленные пришельцы ухитряются на раз застроить всех Артуров-Ланселотов Позёрных и рулить политикой одним мизинцем. Или двумя максимум: левый внутренней рулит, а правый — внешней. А на деле такие вот Позёрные круглостоловские если сразу не сожгут как колдунов и нехристей, то точно в рабство определят, причём, по закону подлости, на особо неприятный трудовой фронт направят. В рудник свинцовый, например, или в ассенизаторы, дерьмо черпать, а после с соломой да глиной на саман перемешивать. Чтоб кирпичей на постройку нового Камелота как раз хватило. С полуторным запасом.

Так что не дай боже Иштван в своей перемещательной хреновине проводки перепутал… Точно прибью, заразу.

Ну, раз я голодранец, то, кое-как счистив прямо на пол палатки большую часть покрывающей грязи, принялся наряжаться, согласно статусу. Грязно-серая мешковатая рубаха — не хэбэ, погрубее, наверное, изо льна, быстро впитала сырость с тела. Это не хорошо: недолго и простыть в мокром, но полотенца в контейнер положить никто не догадался. Свободные штаны из серой же парусины, пошитые наподобие моряцких, то есть без нормальной ширинки, а с крючками-застёжками по бокам. Ткань плотная, джинсовка — не джинсовка, но нечто напоминающее. Натянул одну из трёх пар полосатых нитяных чулок, в процессе завязывания шнурков вокруг голеней подумав много нехороших, но смачных слов о тех извращенцах, что сочинили тутошнюю моду. Распотрошил свёрток с обуткой… Твою ж с перехлёстом! Деревянные подошвы, вроде тех, что на женских босоножках встречаются, кожаный верх с медными пряжками, вместо стелек — вкладыши из берёсты. Видимо, чтобы избежать судебных исков о применении пыток к покупателям, продавцы приложили в комплект пару нормальных, гигиенических, стелек, снабдив, однако, их ярлычком "фрагмент не является аутентичным". Эх, где мои восемнадцать лет и родные берцы с подошвой на микропорке…

Влез в сбрую с опер-кобурой, убрал туда машинку, опоясался. Проверил сумочки на ремне: всё в порядке. Огниво и коробочка с сухим трутом на месте, там же зажигалка и спички в водонепроницаемой упаковке на всякий случай. Повертел в руках короткую керамическую трубку, сунул обратно. Всё равно не курю, но, как говорится, "шоб було!". Так, а тут что? Карманный компас в медном корпусе — китайская сувенирка "под старину". Тоже, конечно, новодел, как и моя сабля, но я их никому не собираюсь давать на поглядушки, а со стороны никто странностей не заметит: до всеобщей стандартизации в это время ещё не додумались, и ремесленники извращаются каждый по-своему. Ага, а вот и пальчиковый светодиодный фонарик с двумя блистерами батареек про запас. Тоже на всякий случай: мало ли, когда свет понадобиться: и книжку под одеялом почитать, и врага внезапно ночью ослепить… Ага, мультитул… Тоже китайский. Да что ж они в Америке так на китайчатине помешаны? Понты на весь мир: "Мы такие, мы сякие, самые крутые", а понасовали всякой продукции фабрики "Линь Сунь-Вынь"! Или это по принципу "на и отвали", дескать, всё равно не вернёмся и морду не набьём? Ну-ну… Это мы ещё посмотрим. Если чё не так, я и детям-внукам в завещании отпишу, чтобы добрались до них кровь из носу и отмудохали паразитов со всей пролетарской обстоятельностью… А вот и собственно американское изделие круглая, напоминающая чем-то бочонок, фляга с широким горлышком, с натуральной пробковой затычкой. На плоском боку — выпуклые буквы "US". Увы, пустая. Снабжённый наплечной лямкой и шнурками по бокам суконный чехол прилагается отдельно. Надписей нет, зато имеется проштампованная типографской краской геральдическая лилия с мою ладонь. Делать нечего, принимаюсь запихивать туда фляжку, не тащить же в руках?