Честь и предательство - Маккуин Дональд - Страница 53

Услышав его последние слова, Дерус заморгал и, судя по всему, хотел возразить, но сдержался и одобрительно кивнул. Разговор продолжался еще несколько минут, после чего, успокоившись, Дерус любезным тоном дал Лэннету понять, что аудиенция закончена.

Возвращаясь на электромобиле в лагерь, Лэннет думал лишь о том, что при всем своем желании не может разделить благодушие короля.

Радиоволны преодолевают пространство между переходами намного быстрее звездных кораблей, однако прошло больше месяца, прежде чем послание Деруса достигло императора. Командор Этасалоу и тиран Мандро Та в компании Солнцедарительницы возбужденно слушали сообщение, которое вслух читал Халиб. В нарушение этикета аудиенция была дана не в тронном зале, а в помещении имперской администрации.

Закончив, Халиб оторвал взгляд от радиограммы.

— Опять Паро, — сказал он. — Этот абсцесс никак не заживет. Что посоветуете?

Этасалоу развел руками и покачал головой:

— Большинство моих подразделений размещены на других планетах. Я не могу оставить Атик без гвардейцев.

— Есть другое решение, — сказала Солнцедарительница. Халиб заметил, как на виске Этасалоу вдруг запульсировала артерия. Халиб сделал вид, что не заметил этого, сосредоточив внимание на словах жрицы. — Тиран Мандро Та предлагает послать на Паро своих людей. В сущности, мы собрались именно для того, чтобы наметить пути использования военной силы Донии на благо империи и императора.

— Поддержание порядка — обязанность Изначальной Гвардии, — возразил Этасалоу, повысив голос. — Порой эту задачу возлагают на Стрелков. Но более ни на кого.

Солнцедарительница пропустила его слова мимо ушей и как ни в чем не бывало продолжала:

— Тому есть немало прецедентов. Если нужно, я могу привести примеры. Также я могу привести высказывания представителей иных миров Галактики; из двенадцати послов, с которыми я говорила, восемь одобряют применение донианских войск в миротворческих операциях. Помимо юридических соображений, нужно помнить и о психологическом аспекте. Дония и Паро расположены в примыкающих друг к другу звездных системах; мы могли бы подать этот случай как соседскую помощь. Предложение Мандро Та представляется весьма щедрым, Возвышенный, и он полагает, что империя не может позволить себе отвергнуть его.

Этасалоу продолжал упорствовать.

— Это обязанность Гвардии! — воскликнул он.

Солнцедарительница сохраняла ледяное спокойствие.

— Пять планет, на которых находятся гвардейцы, охвачены все более обостряющим неповиновением. Неужели мы допустим, чтобы на Паро произошло нечто подобное?

— Сколько человек вы можете выставить? — спросил Халиб, обращаясь к Мандро Та.

— Пятьсот великолепно обученных клинков, Возвышенный.

— Под чьим началом?

— Я сам буду командовать ими. — Тиран знал, что подобное заявление ошеломит императора. Несколько мгновений он молчал, наслаждаясь его изумлением, потом торопливо добавил: — Тем самым я продемонстрирую другим правителям политическую стабильность Донии. Я оставлю планету на попечение своего сына, нимало не сомневаясь в том, что покой и порядок в обществе останутся непоколебимыми. Я помогу соседу и заодно займусь любимым делом. Мы, донианцы, воинственный народ. Удовлетворить свои склонности и тем самым сослужить службу императору — мечта моей жизни.

— Мы не можем этого допустить, Возвышенный, — вновь запротестовал Этасалоу. — Король вправе рассчитывать, что миротворцы будут придерживаться непредвзятых взглядов и сохранять нейтралитет.

— Вы обвиняете меня в предвзятости? — гневно перебил Мандро Та. — Извольте выразиться прямо, командор!

Халиб поднял руку.

— Командор не хотел вас оскорбить. — Он опустился в кресло, внимательно рассматривая троицу. Что-то в их облике раздражало его, но он не мог понять, что именно. Император долго и терпеливо ждал, когда эти люди вступят в борьбу друг с другом, и, когда это наконец произошло, он почему-то усомнился в очевидном факте. «Неужели я утратил решительность?» — подумал Халиб.

— Готовьте своих людей, тиран, — сказал он. — Отправляйтесь в путь как можно быстрее. Я не хочу, чтобы мой учебный взвод оставался без поддержки.

Этасалоу не желал сдаваться. Он взял себя в руки и заговорил, скрывая гнев под маской холодной рассудительности:

— Солдаты Мандро Та — лучшие бойцы миров империи. Однако пятисот человек недостаточно, чтобы удержать Паро под контролем.

Не давая Халибу ответить, Солнцедарительница сказала:

— У короля Деруса немало верных войск, командор. Однако я хотела бы предложить компромиссное решение, которое позволило бы Изначальной Гвардии принять участие в акции и тем самым выполнить возложенную на нее миссию.

Скрытый смысл ее замечания едва не вывел Этасалоу из себя. Он вздрогнул всем телом, но промолчал.

— Что вы имеете в виду? — спросил Халиб.

— На Гекторе размещено подразделение Гвардии, Возвышенный. Полагаю, его можно перебросить на Паро.

— Будь посему, — отозвался Этасалоу, сдерживая ярость. — Мы не позволим покушаться на наши права. Двести человек, Возвышенный. Они нужны мне на Гекторе, но я готов пожертвовать ими. Этого требуют мои честь и достоинство.

Отпустив посетителей, Халиб смотрел им вслед. Мандро Та и Этасалоу шагали, гордо выпрямившись и бросая друг на друга убийственные взгляды. Только Солнцедарительница, казалось, была довольна. Она держалась с откровенным торжеством.

Они готовы рвать друг друга на части. Великолепно. Наступила пора для решительных действий.

Глава 25

▼▼▼

Подняв белоснежные паруса, длинный изящный клипер рассекал спокойные воды океана. Во флотилии было еще семь похожих судов — некоторые крупнее, другие чуть поменьше. Они плыли, оставляя за кормой серебристые буруны, но поверхность воды тут же вновь становилась гладкой.

Лэннет стоял на палубе, облокотившись о поручень и предаваясь мечтам. Туго надутые паруса и плеск воды за бортом будили в его душе незнакомые доселе чувства. Краски окружающего мира казались необычайно чистыми; над лазурным океаном раскинулся бирюзовый купол неба с яркими белыми комочками облаков. Даже серый корпус судна выглядел нарядно — изящество его обводов заставляло забыть о тусклой блеклой окраске. Лэннет глубоко вздохнул, наслаждаясь свежестью соленого воздуха и ожиданием приключений, которые сулили переменчивая погода и далекий горизонт.

Плавание под парусами по океану планеты, обитатели которой уже давно покорили галактические просторы, казалось ему восхитительным анахронизмом. Объясняя Лэннету его задачу, король Дерус сказал: «Мои предки брали пример с императора. Император ведает межзвездными перевозками. Я ведаю кораблями, курсирующими между нашими островами».

На самом же деле государство осуществляло контроль над всеми видами транспорта. Каждое средство передвижения, наземное или антигравитационное, было снабжено автоответчиком, приваренным к корпусу. Все они двигались в строго определенных границах и находились под непрерывным наблюдением радаров, которые фиксировали любой механизм, оказавшийся в запретной зоне или не реагировавший на вызовы. Получив тревожный сигнал, Центральная транспортная станция автоматически посылала нарушителю запрос, включавший сирену бортового автоответчика. Если машина медлила с поправкой курса, очередной сигнал Центральной станции обездвиживал ее.

Лэннет получил в свое распоряжение специалистов, задачей которых было оснастить электромобили Стрелков необходимым оборудованием. «Неорадаренные» машины, как их называли местные механики, оставались мертвым грузом и не могли самостоятельно перемещаться в зоне действия недремлющего ока Центральной.

Изменение курса заставило Лэннета вернуться мыслями к кораблю. Оказавшись в трудных природных условиях, паровианцы использовали их в полной мере. Если им приходилось ходить под парусами, они вкладывали в корабли все свое искусство. Корпус судна был изготовлен из тонкой, но чрезвычайно прочной и упругой стали. Парусник рассекал воду, словно нож масло. Такелаж чуть слышно поскрипывал, издавая звуки, наводившие на мысль об экзотических странах.