Светлячок (СИ) - Тебнёва Елена - Страница 37

— Деррек рассказал? — усмехнулся он, поймав мой взгляд, и достал из ящика стола чашки.

— Я не напрашивалась, — смутилась я.

— Верю, — кивнул Вальдер, разливая благоухающий летним полднем чай. — Деррек склонен к излишней откровенности. К счастью, не со всеми. Уверен, что вы, Эмма, не из болтливых.

— Магическая клятва надежно избавляет от болтливости, — сухо обронила я.

— Что ж, племянник не так уж и беспечен, — удовлетворенно хмыкнул он. — Приятно знать.

Я обхватила ладонями горячую чашку и только тут осознала, что замерзла. Тело пробила крупная дрожь, и зубы громко клацнули о фарфор, когда я попыталась сделать глоток обжигающего напитка.

— Мне жаль, что вам пришлось это пережить, — мягко сказал Вальдер, неожиданно накрывая ладонью мои озябшие пальцы. — Наверняка вы не так представляли себе жизнь в нашей глуши…

Вспомнив, чем в прошлый раз обернулись прикосновения лорда, я отпрянула, едва не расплескав чай, и выдавила улыбку в ответ на недоумевающий взгляд. Ничего странного не случилось, зря только дергалась.

— Я плохо представляла, во что ввязываюсь. — В попытке сгладить неловкость я потянулась за пирожным и немедленно стала обладательницей всей тарелки. Щедрый какой. И, похоже, сладкое не особо любит. Привлекательная черта в любом мужчине для ведьмы-сладкоежки. — Но мне здесь нравится. Красиво, тихо… большую часть времени.

— Раньше так было всегда, — вздохнул Вальдер, задумчиво вертя в ладонях полупустую чашку.

Отщипнув кусочек пирожного, я поднесла угощение к розовому носу рыжика, за что удостоилась возмущенного фырканья. Еще один мужчина мечты, пусть даже и кошачьей наружности. Сказка.

— Что же произошло? — спросила больше для поддержания разговора, чем из любопытства. Влезать в чужие семейные тайны не хотелось, но я не сомневалась, что лорд сменит тему разговора.

Ошиблась.

— Мой отец был помешан на магии, — медленно, не сводя с меня прищуренных серых глаз, протянул Вальдер. — При всей его силе и таланте, ему всегда было мало. Это он отыскал замок, выкупил его у прежних владельцев и обустроил здесь родовое гнездышко. Вы ведь знаете об источнике?

Я кивнула, тоскливо подумав, что уже слишком много знаю о Грайвенах. Еще немного, и о крепком сне можно будет забыть. Но прерывать Вальдера посчитала невежливым, да и просто понадеялась, что по-настоящему важные секреты он открывать не собирается.

— Но и это перестало его устраивать, — продолжал лорд, обводя пальцем ободок чашки. — И он решился преступить черту.

Я затаила дыхание, молясь, чтобы сам лорд ничего не переступал и оставил бедную светлую ведьму в блаженном неведении относительно пороков своего предка. Но, увы, видимо, близость темного источника не позволяла Светлой паре услышать отчаянные воззвания.

— Дед принес темным богам жертву. Юную темную ведьмочку, полную жизни и силы. А потом еще одну. И еще… Пока не нарвался на ту, что, умирая, сумела проклясть и его самого, и наш род. Так в нашем распоряжении остались лишь артефакты.

Я тяжело сглотнула. Это было как раз то самое, чего мне знать не хотелось! И надо бы промолчать, сделать вид, что все тут же забыла, но вместо этого я прошептала:

— И его так и не наказали? За все его преступления?

— Его наказала сама жизнь, — невесело усмехнулся Вальдер. — Урока он не усвоил и в попытке снять проклятие нарвался на очередную ведьму, которая, вместо того чтобы покорно погибнуть на алтаре, сама вырезала ему сердце.

Я вздрогнула и едва не выронила из вмиг ослабших рук чашку. В глазах потемнело, дыхание сбилось, и показалось, что вот-вот рухну в обморок. Меня вовремя подхватили, невзирая на грозное шипение котика, усадили удобнее и напоили прохладной водой.

— Вы слишком светлая, Эмма, даже для светлой ведьмы, — с грустной улыбкой констатировал Вальдер, присев на корточки возле кресла, в котором полулежала я. — Простите за ужасные подробности, я не подумал, какое впечатление они могут произвести на вас.

Кажется, меня приняли за нежную даму, лишающуюся чувств по любому поводу. И ведь не объяснишь, что это вовсе не так. В отличие от лорда своими секретами я делиться не хотела.

Чай допивали в молчании. Так же молча вышли из кабинета. Даже рыжик лежал смирно, не пытаясь цапнуть лорда, который провел меня совсем другим путем, так что я совершенно неожиданно оказалась перед дверью в свою комнату.

— Берегите себя, Эмма, — поклонившись и пожав кончики моих по-прежнему холодных пальцев, сказал Вальдер, прежде чем покинуть нас с сонным котенком.

Я немного постояла, бездумно пялясь в стену, зашла к себе и, сгрузив рыжика на кровать, строго на него посмотрела:

— Не знаю, кто ты, но веди себя хорошо. И, пожалуйста, не съешь никого, пока меня не будет!

С этими словами я вышла из комнаты и закрыла дверь. Подергала за ручку, оценила толщину створки, припомнила второй облик котика… и с поразительной ясностью поняла, что при желании такая преграда его не остановит.

— И это непременно обсудим, — буркнула едва слышно и решительно зашагала по коридору.

Взламывать замки я умела. Жизнь в нашем доме, полном коварных темных ведьм, и не такому научит. Другое дело, что применять свои криминальные знания вне родных стен до сих пор не приходилось. Но все когда-нибудь бывает впервые, и вот уже я, вздрагивая от малейшего шороха, вскрываю дверь в чужую комнату, не испытывая ни малейших угрызений совести. Не грабить же я пришла! Просто сомневалась, что никуда больше не влипну до того, как сумею поделиться всем, что накопилось на душе.

Наконец замок тихонько щелкнул, и я мышкой скользнула внутрь. Осмотрелась, припомнила прошлую ночь и резко выдохнула, отгоняя ненужные мысли. Кресло было занято какими-то бумагами, и я не решилась их сдвинуть, но после получаса бесплодного ожидания ноги запросили пощады, и я, посомневавшись, все же присела на кровать.

Подожду его здесь. И плевать, что он может подумать! Хуже все равно уже не будет.

Измученная ночными потрясениями, плавно перешедшими в утренние, я прикорнула на краешке кровати и даже успела задремать, когда дверь едва слышно скрипнула, пропуская в залитую солнечным светом спальню ее хозяина.

— Кай… хм, Эмма? — удивился он, увидев встрепенувшуюся меня.

Я бы тоже удивилась, расположись на моей кровати посторонняя девица. И от неожиданности бы оговорилась…

— Вы прекрасно знаете, кто я, — без обиняков сказала я, торопливо вставая. — Наверное, нужно объяснить, как случилось, что…

— Не нужно, — перебил Атон, оказываясь совсем близко, и я, рискнув поднять голову, обнаружила, что он улыбается. — Ты все же сбежала из дома. Признаться, поражен, что ты не сделала этого раньше.

Я открыла и закрыла рот, не зная, что сказать. Все так просто? Стоило лишь прийти к нему и признаться в том, что он и без того уже знал?

— Я выдала себя за другого человека, обманула вашего кузена, — упрямо пробормотала я, не веря, что грозы не будет.

— Невелико преступление, — тихо рассмеялся Атон, осторожно подцепил мой подбородок и, заглянув в глаза, посерьезнел. — Что случилось, Кая? — спросил мягко, но настойчиво, и слова все-таки нашлись. Полились ручьем, и я захлебывалась ими, сбивалась и перескакивала с одного на другое, но маг слушал внимательно, не перебивая, давая выговориться. И про террейское кладбище, и про странные сны о вырванных сердцах, и о встрече с Эваном, выдающим себя за поверенного, и о минувшей ночи… Обо всем, что камнем лежало на душе, и с каждым мигом становилось легче — от осознания, что больше не нужно держать все в себе и бояться в одиночку.

— Значит, Эван где-то поблизости, — кивнул Атон, когда я замолчала.

— Ты совсем не удивлен, — сказала я и поспешно исправилась: — Вы…

— Ты, — качнул головой маг и сжал мою ладонь, невесть когда оказавшуюся в его руках. А еще выяснилось, что мы уже не стояли, а сидели на краешке кровати — я так погрузилась в рассказ, что совершенно ничего не заметила. — Так проще. И да, я не удивлен. Здесь творится что-то неладное, и он не смог бы уйти, не разобравшись. Даже невзирая на страх быть пойманным и отправленным домой. — Атон вздохнул и совсем растерянно добавил: — Мама там с ума сходит, а этот герой…