Ошибка Ангелины (СИ) - "Elvira Mandra" - Страница 121

— Спасибо! — обрадовано воскликнула Ангелина и понеслась к лестнице, где налетела на собственного брата, спускающегося в компании нескольких приятелей.

— О! Ангелина! Хорошо, что я тебя нашёл! — подхватив её под локоть, Гоша отволок сестру в сторонку. Гелька фыркнула.

— Я, наверное, задержусь. Ты же доберёшься сама? — Он многозначительно задрал глаза к потолку.

Гелька снова фыркнула.

— Договорились!

Гоша отпустил Гельку и шагнул следом за друзьями.

— Да, скажи там… что я тут… — невразумительно крикнул он вдогонку сестре.

— Куда ты отослал такую милашку? — спросил кто-то.

— Руки прочь! Это моя сестра! — донеслось снизу до Ангелины, продолжившей подъём на пятый этаж. Сюда музыка долетала глухими ударами, и Гелька ощутила, как на неё снисходит умиротворение — сейчас она увидит Петю и дозвонится Борису Витальевичу.

Но по мере приближения к цели, отпустившее её тревожное напряжение накатило вновь. Пятьсот десятая, пятьсот двенадцатая, пятьсот четырнадцатая… Ангелина остановилась перед дверью, не решаясь постучать. Какой будет встреча? А что если Петька отмечает со всеми, и им вообще не суждено сегодня встретиться? Что за сумасшедший день!

Гелька выдохнула и негромко постучала. За то время, что комната отозвалась тишиной, её сердце успело пропустить удар. Но вдруг на неё нахлынуло осознание — в комнате кто-то есть, и она стукнула снова.

— Входите! Кто там такой робкий? — донеслось изнутри, и сияющая Ангелина распахнула дверь. В первый момент она не успела заметить ничего из окружающего — только Петино лицо, его синие глаза в привычной оправе очков.

Лицо, которое за короткое мгновение успело отразить целую гамму чувств: удивление при виде Ангелины, радость, озабоченность и, наконец, приняло обычное при их общении выражение ласкового спокойствия.

Поднявшись навстречу, парень нежно обнял гостью.

— Как ты здесь?.. — начал он и догадался. — Ты пришла с Гошей?

Ангелина кивнула.

— Но когда же ты выписалась? Я ничего не знал!

Гелька оторвала голову от Петиного плеча и с беспокойством посмотрела на него.

— Сегодня. И это очень странная история… Ты позволишь мне позвонить с твоего телефона?

— Да, конечно. Держи. — Петя сунул руку в карман, протянул ей мобильный и деликатно уткнулся в книжку.

— А где же номера? — удивилась Ангелина.

— Ой, прости, — Петя взял у неё из рук телефон. — Редик сегодня выдал мне другой аппарат. Здесь нет номеров "наших". Чей номер тебе нужен?

— Бориса, — невинно ответила Ангелина.

— Что-то случилось? Тебе нужен врач?

— Нет, мне врач не нужен. Но, по-моему, что-то случилось. Я чувствую!

— Вот как? — странно посмотрел на неё Петя.

— Как же ты с ними связываешься? Почему у тебя забрали другой телефон?

Петя предпочёл сразу ответить на второй вопрос.

— Я же работаю с главарём фидеров…

— С главаршей, — холодно поправила его Ангелина. Петя улыбнулся и положил руку ей на плечо.

— Ты ревнуешь? — он засмеялся и, схватив её в охапку, закружил по комнате.

Смеясь, они упали на кровать, отозвавшуюся скрипом панцирной сетки. И вдруг всё изменилось. Петя наклонился к ней и поцеловал долго и нежно. Гелька ответила на его мягкий влажный поцелуй, чувствуя, как от тяжести его тела у неё начинает кружиться голова, как поднимается жар откуда-то снизу, приливая к голове и отзываясь пульсацией в такт забившемуся сильнее сердцу. Не переставая целовать, Петя расстегнул её кофточку и обнажил плечи. Потом провёл рукой по её груди.

Одним махом он стянул с себя свитер, футболку и лёг сверху на Ангелину. Тепло его тела, прикосновение кожа к коже, пока он целовал её грудь и шею, погрузили девушку в странное сладостное оцепенение. Время как будто повисло над ними, сжалось мерцающим коконом, поглощающим удары их сердец и учащённое дыхание.

— Я сейчас, — шепнул ей Петя, вставая, взял со стола первую попавшуюся тетрадь и скрылся за шкафом.

Гелька услышала, как он приоткрыл дверь, потом захлопнул и закрыл на задвижку. Щёлкнул выключатель. Теперь комнату освещала только настольная лампа.

"Что я делаю?" — подумала Ангелина, закрывая глаза и облизывая пересохшие губы. Чтобы успокоиться, она положила ладонь на гулко стучащее сердце. "А почему нет?" — отозвалась другая мысль.

Послышался звон пряжки ремня — Петя снимал джинсы. Ангелина приоткрыла глаза, ощутив его взгляд, и почувствовала, что краснеет. Петя, не отрывая от неё глаз, провёл руками по её бёдрам, ногам, снимая сапоги и гетры.

Гелька, решившись, расстегнула пуговицу на юбке и одним движением вытащила её из-под себя,

кинув на пол. Она дрожала от страха и возбуждения. Тысячи горячих иголок кололи её "где-то там", когда Петя целовал ей живот, стягивая с неё трусики. Сонм мыслей и полная пустота звоном отзывались у неё в голове. Казалось, она смотрит на себя со стороны, как холодный наблюдатель, и от этого взгляда ей становилось неуютно. "Послезавтра в школу… вдруг узнает мама?.. надо ей позвонить…»

Всё разом прервалось, когда Петя вошёл в неё. Словно тугой обруч стянул ей голову и отпустил, постепенно слабея. Головокружение перешло в кружение комнаты. Горячо, очень горячо, мокро, больно, сладко… Ангелина со стоном изогнулась, когда её настиг экстаз. Голова Пети упала рядом на подушку. Они оба тяжело дышали. Парень немного сдвинулся в сторону и, обняв Гельку, притиснул её к себе.

— Я люблю тебя, — прошептал он и поцеловал её устало в губы.

Гелька словно парила в невесомости. Не хотелось двигаться, разговаривать, думать, даже дышать и моргать было лень. Она расслабленно нежилась в сладкой истоме.

В дверь негромко постучали, и Петя поднял голову.

— Какого!.. я же повесил…

У Ангелины ёкнуло сердце при мысли, что это может быть её брат. Но волноваться по-настоящему она была не в силах. За дверью заскреблись, и вкрадчиво-обволакивающий Ларисин голосок негромко позвал:

— Петя… Петюша…

Гелька с Петей переглянулись и одновременно прыснули со смеху. Лариса не унималась.

— Петя, Петя-петушок, выгляни в окошко — дам тебе горошка…

Парень со скорбной миной откинулся на подушку, но сразу подскочил, потому что Гелька решительно поднялась и голышом направилась к двери. Открыв скрипучий шкаф, она набросила на себя первую попавшуюся мужскую рубашку, отперла дверь и, опершись на косяк, выжидательно уставилась на Ларису.

Стоило это сделать ради того, чтобы увидеть, как сползает с Лориного лица выражение игривого оживления.

— О! — оскорблёно пробормотала подруга, мельком окидывая взглядом её наряд. — Ты здесь?

— А ты? — невозмутимо поинтересовалась Ангелина. — Опять потеряла Сергея? Его здесь нет.

Лариса надулась.

— Извини, мы немного заняты, — оповестила Ангелина и закрыла перед носом у новоявленной

соперницы дверь. Когда она вернулась, Петя смотрел на неё с насмешливой улыбкой.

— Иди ко мне, — протянул он руку, и Гелька запрыгнула к нему на постель. Петя расстегнул на ней рубашку и стал гладить её тело, жадно впитывая глазами каждый его изгиб. Внезапно он остановился.

— Тебе было хорошо со мной? — его взгляд выражал такое беспокойство, что Гелька не удержалась и фыркнула.

— Да, — ответила она просто, и парень не успел обидеться. Он потянулся к ней губами и стал целовать её всю, сантиметр за сантиметром, щекотно и возбуждающе. Ангелина засмеялась и задрыгала ногами. А потом Петя вдруг осторожно дотронулся пальцами до следа выше груди.

— Это оно? — спросил он с тревогой, а Гелька прикрыла шрам ладонью.

— Послушай, уже, наверное, жутко поздно. Мне надо сочинить что-то для родителей.

— Ты останешься? — со скрытой надеждой спросил Петя.

— А твои товарищи? — Гелька удивлённо кивнула на пустую двухярусную кровать. В этой комнате проблему места решили радикально, поставив одну кровать на другую. У нижней кровати имелось даже что-то вроде полога, сделанного из общежитского покрывала. Петина же кровать стояла вдоль задней стены шкафа, который, как у девчонок, делил комнату на две неравные части.