Проводник (СИ) - Сидоров Леонид Владимирович - Страница 47

Не решаясь взглянуть в глаза, Мбисин застенчиво потеребил шорты.

— Помнить, ты давно говорить, когда мы придти в джунгли, дашь Грецию?

— Ну, и? — подбодрил Макс. — Помню, конечно.

— Мы в джунглях, — терпеливо пояснил Мбисин. — Вот.

— А-а-а, понимаю. Реальные тесаки для реальных мужиков. Для солидности, да? — усмехнулся Макс. — Один момент…

Вынес из каюты мачете и спустился вниз.

— На, держи. И ты Бонту…

Глаза аборигенов возбуждённо расширились. Мбисин благоговейно огладил лезвие.

— Греция. Какая большая Греция…

— Греция, Греция, — хмыкнул Макс. — Видите, масса Джон своё слово держит. Всё, не теряйте время. Дуйте к родственникам, — махнул в лес. — Жду здесь до утра.

— Спасибо, масса Джон! Большое спасибо! — наперебой благодарно голося, аборигены скрылись в лесу.

— Бегите-бегите…

Усмехнувшись, Макс втянул трап и включил малый ход. Раз придётся ночевать посреди воды, заякориться надо поосновательней. И засохшее дерево метрах в двухстах по течению как раз самое то. Якорь лучше не придумаешь. И обычный крокодил с воды не залезет, и двуногий тоже будет виден издалека.

Спугнув парочку сонных нахохлившихся цапель, ловко закинул трос и прижался левым бортом к густо заляпанной, пахнувшей рыбой и водорослями морёной древесине. Уважительно потыкав ножом, облегчённо вздохнул.

Вроде бы крепкая. Выдержит. Уж больно не хочется возиться с якорем. Чёртова раскоряка, вечно за всякий хлам на дне цепляется. А запасных всего два. Оторвётся, вот будет песня… Ладно, пока орлы ушли, можно и маленько подремать.

Густо обмазавшись репеллентом, накинул на лицо шляпу и безмятежно завалился в гамак, мстительно усмехаясь потугам надоедливых комаров. Предвкушая небывалый пир, очередной налетевший рой очумело шарахнулся, едва почуяв едкий камфорный запах. Спасибо пастору, подсказал, что и где покупать. Вот что значит бывалый человек…

— Масса Джон! Масса Джон! — с трудом пробилось сквозь сон. — Не спать!

Сонно зевнув, Макс обречённо сдвинул вверх шляпу и нехотя повернул голову. На берегу призывно махали руками знакомые щупловатые фигуры.

Глянув на часы, вполголоса чертыхнулся. Что-то быстро ребята управились. И двух часов не прошло.

— Что-то вы быстро. Я так понял, родственники вам не очень рады?

— Нет, рады, рады! Твоя сильно нужен!

— Я? — насторожился Макс. — С чего это вдруг?

— Сестра плачет. Дигу болеть сильно-сильно. Как огонь.

— Угу. Жар, значит. А Дигу это кто?

— Сын сестра. Маленький-маленький. Пять лет.

— Болеет это плохо. Так вы хотите, чтобы я отвёз его к врачу?

— Нет. Мы сильно просим тебя лечить.

— Меня? — опешил Макс. — Сдаётся мне, вы малость ошиблись, ребята. Тут доктор нужен.

— Да-да, ты доктор, — Мбисин с жаром нарисовал в воздухе что-то квадратное. — Тот белый ящик с красным крестом! Утром ты себе болеть голова лечить! Забыть?

— Так это же аптечка! — начал было Макс. — Да тьфу ты….

Похоже, что-то объяснять и доказывать бесполезно. Утром таблетку от головы выпил на их глазах. Всё, значит врач. Проще действительно самому съездить, и посмотреть на месте что там и как. Если что-то серьёзное, забрать мальца и отвезти к пастору. Денег дать на врача. Пусть присмотрит.

Проверив пистолет, перевалил через борт надувную лодку и бережно поставил на днище аптечку.

— Ладно, чёрт с вами! Доктор, так доктор. Ждите, плыву к вам!

Ловко лавируя между плывущим мусором, с разгону пробил высокую стену тростника и, гася скорость, мягко ткнулся в вязкую глину.

— А чего вы встали как неродные? Нос затащите, — махнул на берег. — Первый раз лодку увидели что ли?

Озадаченно сморгнув, Мбисин наконец переварил сказанное и обрадовано ухватился за короткий носовой канат. Молодецки хакнув, с недюжинной силой рванул на себя.

— Легче, легче, медведь! — Макс рефлекторно ухватился за борта, чтобы не свалиться.

Наскоро замаскировав лодку тростником, кивнул на джунгли.

— Ну, давайте, ведите.

Бодро шлёпая босыми ногами по мокрой глине, аборигены резво рванули по узкой тропинке, словно и вовсе не замечая многочисленные острые сучки и мелкие камушки.

Макс машинально покосился на собственные навороченные дышащие ботинки в специальном тропическом исполнении.

— Кхм. Вот ведь лесные эльфы, блин…

— Скорей, масса Джон!

— Да иду уже, иду! — Макс перешёл на лёгкую трусцу.

Минут через двадцать виляния по непроходимой чаще шагах в десяти впереди послышался грозный гортанный крик.

Мбисин что-то запальчиво выкрикнул в ответ и в сердцах смахнул мачете слишком низко нависающую ветку. Бонту скромно встал за спиной, нервно поигрывая лезвием.

Макс невольно отступил на шаг, как можно незаметнее расстегивая кобуру. Похоже, началось. Суп из клёцких…

Кусты бесшумно раздвинулись. На тропинку вышли двое худющих раскрашенных аборигенов с копьями. Кажущийся чуть поупитанней показал копьём на Макса и грозно рявкнул. Наверно что-то из серии вас-то мужики я давно знаю, а это что с вами за бледное чучело? Спалить всю нашу деревню и обесчестить всех наших женщин? Вы этого хотите?

Мбисин свирепо раздул ноздри и разразился длинной тирадой, показывая то на себя, то на мачете, и под конец гневно махнул рукой куда-то вдаль.

Стражники переглянулись и молча шагнули назад. Кусты чуть шелохнулись, словно никого и не было.

Мбисин горделиво повернулся.

— Пусть твоя не бояться, масса Джон. Я сказать им, ты большой друг Мбисина и Бонту. Пришёл лечить маленького Дигу.

— Вот спасибо, — улыбнулся Макс. — Но если честно, испугался я не особо. Потому как и у меня всегда наготове мой маленький друг, — ловко выхватил пистолет, и, по-ковбойски лихо крутанув в руке, быстро сунул в кобуру.

Так, ничего личного. Просто небольшая демонстрация силы. Чтобы перебить случайные мысли о супе.

Отшатнувшись при виде оружия, аборигены понимающе заулыбались.

— А-а-а, ты так шутить, масса Джон. Мы понимай.

— Вот и чудно, что понимаете. Так мы идём?

— Идём-идём, — опомнился Мбисин. — Мы уже идти близко-близко!

Деревня показалась как по волшебству. Кажущиеся непроходимыми джунгли вдруг сменились небольшим пятачком вытоптанной грязной глины с десятком хаотично разбросанных бамбуковых хижин, покрытых выгоревшим на жарком солнце тростником.

Спугнув копошащихся в грязи кур, Мбисин решительно обогнул первый хлипкий домишко и повёл куда-то на другой край.

Из хижин мгновенно высыпала любопытная чумазая ребятня, следом взрослые. Мбисин что-то односложно рявкнул, и толпа послушно пристроилась в хвост на почтительном расстоянии.

Провожаемые шушукающейся процессией, дошли до крайней хижины, окружённой редким бамбуковым частоколом с насаженными на острия звериными черепами. Судя по приличным клыкам, что-то из местных хищников.

Макс невольно напрягся. Если это местная больничка, то довольно странная. Человеческого черепа не хватает для коллекции.

Откинув занавеску, Мбисин приглашающе повёл рукой в полутьму, где мерцал робкий огонёк.

— Проходи, масса Джон. Дигу лежит там.

Макс невинно улыбнулся.

— После тебя, дружище. Темновато там для меня, так что показывай куда идти.

Знаем мы эти штучки. Вот так зайдёшь сдуру, сзади прилетит поленом по башке, и оградка украсится свежим трофеем.

— Темнота?

Мбисин озадаченно переглянулся с Бонту. Мол, что тут и вправду так темно, как он говорит? Младший лишь пожал плечами. Дескать, не бери в голову, брат. Белые, что с них взять…

— Хорошо. Я показать.

Мбисин сделал пару шагов, и остановился около огонька, скорбно глядя вниз.

— Бедный-бедный Дигу, так долго лежать и лежать… Ты ведь выгонишь злого духа, масса Джон?

— Что за бред? Какого ещё духа?

Придерживая правую руку около кобуры, Макс пригнулся и настороженно шагнул в низкий проём. Через секунду глаза адаптировались к полутьме.