Циферщик (СИ) - Пихтиенко Андрей Николаевич - Страница 50

УАУ УАУ УИИ

УАУ УАУ УИИ

Тревожно раздавалось с другого конца квартиры. «Ну вот и всё» — зациклилась в мозгах единственная мысль, за которую Виктор усердно цеплялся, чтобы полностью не потерять самообладание. Как вдруг, одна из фотографий приковала его внимание.

На ней были Катя и Андрей. Это была очень пошлая фотография, явно непредназначенная для третьих глаз. Витя с Олей тоже делали нечто подобное, не столь откровенное, но схожее по задумке, правда, потом всегда незамедлительно всё удаляли — Оля настаивала. Но эта фотография переплёвывала их самые дерзкие и смелые фотосеты. Однако, Андрей не спрятал её…

Что же тогда должно быть на той фотографии, из-за которой они чуть не подрались?

17

УАУ УАУ УИИ

УАУ УАУ УИИ

Катя продолжала настойчиво зажимать кнопку дверного звонка, постепенно раздражаясь всё больше и больше. Ключом дверь не открыть — она закрыта на щеколду с внутренней стороны. Девушка была уверена, что Игорь всё ещё там, добрался до припрятанного алкоголя, нажрался как сволочь, накрутил громкость музыки на максимум и теперь не может прийти в себя и открыть ей дверь. «Зачем этот дебил закрыл на щеколду? Неужели он кому-то открывал, запускал кого-то в квартиру?»

Эта мысль и последующее её развитие в голове Екатерины заставили девушку поёжиться. Вдруг непоправимое уже случилось, когда она приводила свои мысли в порядок? Вдруг, ОНИ уже познакомились? Катя, не сдаваясь, раз за разом нажимала на кнопку звонка, чувствуя, как скребут кошки на душе в тревожном ожидании неизвестного. «Рано или поздно он ведь проснётся? Неужели Игорь думает, что я развернусь и уйду ночевать куда-то ещё?»

Со стороны закрытой двери послышалось слабое движение. Катя не была уверена в этом полностью, но чувство, что кто-то наблюдает за ней из квартиры, сразу завладело ей, не предоставив ни шанса на сомнения в подлинности этого чувства. Теперь явственно слышалось, как отпирается дверной замок с той стороны, и вот дверь резко распахнулась.

— Андрей! — едва успела охнуть девушка, как её стремительно потянули за плечо, одним резким движением втащив внутрь квартиры.

Андрей сразу прижал её к себе, одной рукой закрыв ей рот и откинув голову вверх, другой он приставил что-то холодное и, видимо, острое к её горлу.

— Будешь дёргаться — перережу глотку, — шепнул он ей на ухо.

Катя лишь неловко пискнула от внезапности нападения. Она даже не чувствовала страха, — всё случилось настолько быстро, что девушка не успела в полной мере осознать случившиеся.

Андрей, продолжая держать нож у её горла, — который был настолько сильно заточен, что даже лёгкое прикосновение рассекло кожу, заставив выступить каплю крови, — повёл её за собой в комнату, толкнул на диван.

— Катя! Сука, только попробуй ей что-то сделать, и я убью тебя, как ту шлюшку! Нет, мразь, я сожгу тебя, сожгу тебя заживо, ублюдок! Катя! Катя беги! Он долбанный маньяк! — увидев свою сестру, что есть мочи заверещал Игорь, безумно выпучив глаза.

Андрей со всей силы приложился ему в челюсть кулаком, в котором до сих пор был сжат нож. Удар оказался настолько сильным, что Игорь вместе со стулом упал набок и потерял сознание. Катя вскрикнула, но, встретившись взглядом с Андреем, тут же притихла и в буквальном смысле прикусила язык.

Казалось, что-то неестественное завладело телом Андрея и сейчас из его глаз смотрело на девушку. Она видела своего безумного брата в самые страшные моменты, но никогда, даже близко, он не казался ей настолько пугающим, как лицо Андрея сейчас. Это лицо выражало не сумасшествие, ярость или похоть, нет. Пугало отсутствие привычных для человека эмоций. Это было лицо мертвеца, с заполненными тьмой глазами. Лицо, которому было чуждо всё человеческое. Катя впервые в жизни буквально поняла выражение «смотреть смерти в глаза».

— Андрей, — в дверях появился Виктор и ошарашенно наблюдал за происходящим. — Опусти нож, слышишь?

— Ты слышал его? — указывая ножом на поверженного и не подающего признаков жизни Игоря, спросил Андрей. — Ты слышал, что он сказал?

Андрей отвернулся от Кати. Та, пользуясь моментом, с ногами забралась на диван и отползла к его дальнему краю. Судорожно оглядываясь по сторонам, она искала пути к спасению. Только в это мгновение она резко осознала происходящее и безумная паника смертельным ядом растеклась по телу. Катя с абсолютной ясностью поняла, что может умереть прямо здесь и сейчас. Струйка крови, стекающая от головы её брата на пол, была явным подтверждением этого.

«Соберись! Думай, думай! Он не убил меня сразу, значит шансы есть, главное сейчас — собраться!» — как заклинание, крутила она эти слова в голове, отгоняя наступавшую на глаза темную пелену спасительного забытья. Сердце билось, как после марафона, руки дрожали, дыхание участилось, всё тело будто налилось свинцом. В данный момент ей оставалось только ждать и бороться со своим страхом смерти, в надежде на призрачный шанс озарения, который позволит придумать способ спастись…

Виктор переводил взгляд с лица Андрея на зажатый в его кулаке нож и обратно. Видел лежащего на полу Игоря и перепуганную, обнимавшую себя за колени и трясущуюся Катю. Мозг, казалось, превратился в кисель, в густую медленно текущую жидкость, которая мешала мыслить так же ясно, как обычно. А в телевизоре в это время надрывался Рома Зверь со своими «Дождями-пистолетами».

— Ты слышал, что он сказал? Он признался! Витя, это они убили Олю! Почему ты мне не веришь, твою мать, — я же твой сраный лучший друг! — повторил Андрей. Впервые, на последнем слове, его голос дрогнул. Он бросил нож под ноги Виктора и теперь в ожидании ответа смотрел на него.

— Я слышал только, что он кричал… — не сводя взгляда с брошенного ножа начал Виктор. — Из-за этой чёртовой музыки я не разобрал ни слова.

— Ни слова… — эхом повторил за ним Андрей, а после бросился к своему рюкзаку, уверенным движением выхватил киянку и в ту же секунду оказался у телевизора. Замахнулся, ударил. Экран разбился вдребезги, под фонтан вылетевших из него искр. Следующие удары прошлись по аудиосистеме, колонкам и стеклянному столику, на котором они располагалась.

Разбитый телевизор ещё недолго издавал потрескивание и шипение, а после наконец окончательно затих. Звенело стекло разбитого стола. Всё замерло. Никто не издал ни звука, не сделал ни единого движения. Тишина, разбавляемая тяжёлым дыханием.

Андрей разжал руку, державшую молоток. Тот с глухим стуком упал на паркет. Андрей заметил, что осколки впились ему в руку, рассмотрел кровоточащую рану и с усилием вырвал самый большой осколок, издав при этом звук, похожий на рычание. Громко ругнулся, затем взглянул на Виктора и сказал:

— Нахуй музыку! — потом что-то поменялось в его лице. По нему пробежали судороги, выступил угрожающий оскал. Андрей закрыл лицо руками, пригнулся, шёпотом повторяя «нет, нет, нет» и мотая головой из стороны в сторону.

— Андрюха, что с тобой? — Виктор неуверенно направился к нему и, когда оставалось сделать пару шагов, уже протягивал руку, чтобы прикоснуться к другу, но тот резко отстранился от него.

— Мне нужно в ванную. Постарайся тут всё не испортить! — хрипло проговорил Андрей и, пошатываясь, вышел из комнаты.

Виктор проводил его взглядом. Глянул на Игоря, заметив, что тот пришёл в себя, но по-прежнему неподвижно лежал на полу с открытыми глазами. Катя вся дрожала, но похоже уже начинала брать себя в руки. Она сидела на диване с неестественно выпрямленной, напряжённой спиной и бегала глазами по комнате. Но едва они встретились взглядами, как она тотчас крепко зажмурилась. Напряжённая, звенящая тишина воцарилась в комнате.

— Почему ты не кричишь? — спросил у неё Виктор первое, что пришло в голову. Спросил, лишь бы развеять напряжение, услышать голос девушки. Он до сих пор слабо надеялся, что Катя сейчас рассмеётся и воскликнет: «Розыгрыш!»

— А смысл? На этом этаже живём только мы, — дрожащим, тихим голосом ответила девушка.