Циферщик (СИ) - Пихтиенко Андрей Николаевич - Страница 67

Девушка всё-таки решилась поднять взгляд на убийцу. Тот смотрел выжидающе, глаза не выдавали и искорки прежнего безумия. Лишь заинтересованность, лишь желание услышать то, что Андрей хотел услышать.

«Ему, действительно, нужно знать всё обо мне. Это мой шанс… Пора отбросить все страхи, нужно подыграть ему. Пожалуйста, пусть у меня получится, пожалуйста, ещё всего лишь пару часов!»

— Я видела вас, я видела тебя над трупом девушки. Это… не пугало, не отталкивало, а скорее наоборот — зачаровывало. Всё, что я сделала, я сделала ради тебя, — прошептала Катя, понимая, что говорит правду. И эту правду так необходимо было услышать Андрею.

Он сделал шаг навстречу девушке, поднял руки, чтобы её обнять. Та, инстинктивно, ещё сильнее вжалась в стену, стараясь укрыться от него, боясь прикосновения человека, который всего сутки назад делил с ней постель. Андрей заметил это и на полушаге, полу действии отошёл назад, лишь выдохнув:

— Почему?

— Не знаю.

— Ты видела меня, моё лицо, ты сделала то фото. Что ещё ты видела в тот день?

— Я не знаю. Не помню.

— Почему ты никому не сказала? Не сказала ведь?

— Как видишь, нет. И я слышала о новых жертвах, я чувствовала эту панику в городе, но всё равно я никому не выдала тебя.

Андрей молчал, продолжая сверлить взглядом девушку. Приступ тьмы, голос в его голове, не принадлежавший ему, вновь начал шептать что-то. На этот раз едва слышное и неразборчивое. Невероятным усилием воли Андрею удалось заглушить этот шёпот, сбросить безумное оцепенение и продолжить свои раздумья. Он даже закрыл глаза.

Девушка всё чаще поглядывала на дверь, в надежде на скорое появление в них Виктора.

Тайфун из мыслей и образов бушевал в голове Андрея, но он смог выговорить лишь:

— Значит, ты тоже их видела. Слышала…

Раздался звонок в дверь.

УАУ УАУ УИИ

УАУ УАУ УИИ

Оба вздрогнули от этого звука. Катя закрыла лицо, ещё сильнее вжавшись в стену, которую она подпирала. Андрей прошёл вперёд, включил вид с камеры наблюдения, чуть-чуть приподнял в улыбке уголки губ, увидев у двери своего друга, и открыл дверь.

Виктор боязливо сделал шаг назад, услышав звуки отпираемого замка. Потом появилось улыбающиеся лицо Андрея, приглашавшее его скорее зайти внутрь. Переступив порог злосчастной квартиры, Виктор с чувством внутреннего удовлетворения взглянул на живую и здоровую Катю, и бездыханное тело её брата, уже одетого и лежавшего на полу, создавая первое впечатление перебравшего и нечаянно заснувшего прямо в прихожей беспробудным сном гостя.

— Не помешал? — спросил Виктор, запирая дверь.

— Вообще-то мог и просто постучать. От этого звонка нас чуть инфаркт не схватил, — с ухмылкой пожурил его Андрей.

— Простите, не думал, что вы такие впечатлительные. Катя, а эта камера на двери, она записывает изображение?

— Не знаю. По-моему, нет. Я могу позвонить отцу, уточнить? — Катя стала упорно что-то выискивать в сумочке.

— Она серьёзно? — с издевательским кивком в сторону девушки спросил Андрей у Вити, потом указал на мешок с мусором. — Погляди здесь. Ты же сама его разгрохала. Что, забыла?

Катя прекратила свои тщетные поиски, но продолжала невидящим взглядом смотреть в бездну своей сумочки, тихонечко всхлипнула, но смогла удержаться от рыданий, что внезапно подобрались к её горлу.

— Знаешь, Витя, моё предчувствие подсказывает мне, что камера не пишет. Просто навороченный дверной глазок. В подобные моменты, мои предчувствия никогда меня не обманывали.

— Ладно, чёрт с ним. Давайте уже заканчивать со всем этим. Андрюха, помоги мне. Катя, возьмёшь мусор.

Андрей сперва прошёл в комнату, недолго там провозившись, он вышел со своим рюкзаком, затем надел куртку и обулся. Парни, подхватив Игоря за руки, с трудом подняли труп, закинув бездействующие руки себе за шею, выволокли его в подъезд. Виктор к своему удивлению понял, что испытывает совсем неуместное возбуждение, волоча мёртвое тело к лифту. Это возбуждение было схоже с тем забытым детским чувством, когда они с пацанами воровали старые аккумуляторы, дабы вытащить из них цветмет; или, когда они таскали фрукты и овощи из городских теплиц. Лишь ненароком взглянув на мёртвое лицо человека, которого он лично лишил жизни, Витя выкинул из головы эти сравнения из своего далёкого прошлого.

— По его лицу всё видно. Лучше будет его в багажник запихнуть, — пробурчал Витя, удивляясь, как же всё-таки опыт от современных фильмов сглаживает и придаёт логичности этой ситуации. Он, Виктор, со своим другом — по совместительству, серийным убийцей — несут тело убитого человека в салон его, Виктора, машины, чтобы куда-то увезти и выбросить. Но не сама чудовищная ситуация пугала парня, а то, что он сохранял при этом спокойствие и прагматичный расчёт.

— Думаешь, влезет? А если вдруг остановят и попросят багажник открыть?

— Кто остановит?

— Стражи ночи, бля. Гаишники, кто ещё? Лучше в салон. Какой им резон пассажиров осматривать?

— Сомневаюсь, что мы их встретим… Да похрен, не влезет он в багажник, ты прав. Там и без него барахла хватает.

В глубине души, в чём Виктор никогда бы не сознался, он заводил и прогревал машину, мечтая о том, как он наконец уедет отсюда. Нет, не прямо сейчас. Сначала нужно подняться, увидеть, что Андрей зверски убил Катю, захлопнуть дверь, сбежать вниз, прыгнуть в свою машины и умчаться прочь. Но нет, Катя была жива, Андрей помогал ему волочить труп, двери лифта открылись перед ними. Значит, ещё далеко не всё кончено. Бесконечная, снежная, страшная ночь продолжается.

— Вы езжайте без меня. Я закроюсь и спущусь тоже, — голосом, одновременно похожим на шёпот и всхлипывание отозвалась Катя, спровоцировав появление слабого, но почему-то пугающего сейчас подъездного эха.

— Ладно, — проворчал Виктор и потянулся было внутрь лифта, но Андрей был против.

— Нет, выйдем вместе. Давай, шевелись, и пойдём уже наконец. Проверь, всё ли в квартире в порядке, мы ничего не забыли?

Катя стояла на пороге своего дома. Её гости ожидающе смотрели на неё. Яркой вспышкой вдруг возникло решение: просто закрыть за ними дверь, спрятаться в квартире и вызвать полицию. Её дом — её крепость. Едва она протянула руку, чтобы исполнить свой замысел, как Андрей, оставив труп на плечах Вити, будто прочитав её мысли, в мгновение ока оказался рядом и придержал дверь

— Стой! Оставь дверь открытой, мы посторожим. И давай быстрее, Катюха.

Катя, ничего не отвечая, ушла вглубь квартиры. Окинула беглым взглядом комнаты, к сожалению для себя, не обнаружив в них ничего компрометирующего. Разбитый телевизор и стереосистему они с Андреем вынесли на балкон. Сердце тоскливо защемило, появилось явственное впечатление, будто она прошла по своему дому в последний раз.

Далеко не с первой попытки ей удалось попасть ключом в замок. Вся компания протиснулась в лифт. Мёртвое лицо Игоря оказалось прямо напротив её лица. Девушка закрыла глаза и монотонно, полностью заполняя свой разум этим действием, принялась считать про себя. «Один, два, три, четыре… десять… пятнадцать».

И вот, первый этаж. Парни вытащили тело её брата из лифта, она молчаливо шла следом. «Закричать сейчас? На первом этаже, как говорил папа, живёт генерал полиции. Или нет? Нет, нельзя, это слишком рискованно. Андрею я ещё интересна, значит, будем играть до конца. Я выживу, я уцелею. Обязательно!»

Катя вышла во двор. Тут же непрекращающийся снегопад ударил ей в лицо, снежинки норовили попасть в глаза. Темнота, отсвечивающаяся в свете фонарей, снежинок на сугробах, приобретающих желтоватый оттенок, и делая мир вокруг лишь смесью чёрного, белого и жёлтого цвета, предстала перед ней. Свежий, морозный, но ещё не полноправно-зимний воздух вошёл в неё через ноздри и окутал, казалось, всё естество девушки. В этом воздухе пахло тоской, одиночеством, безысходностью, угрозой и смертью.

— Нас могут по следам вычислить, — ни к кому конкретно не обращаясь, топая до своей машины, пропыхтел Витя. Труп оказался дьявольски тяжёлым.