Циферщик (СИ) - Пихтиенко Андрей Николаевич - Страница 69

Коля лежал на снегу и, лишившись других альтернатив, кроме как пучить свои глаза на страшное лицо человека, который сейчас приставил ледяное острие ножа к его горлу, смог лишь сделать что-то похожее на утвердительный кивок.

Никогда ранее этот персонаж, всегда ощущавший себя хранителем района, всевластным обладателем земли, право на которую ему досталось от полумифических «смотрящих», не чувствовал себя таким слабым и беспомощным. Влага, сперва горячая, но моментально ставшая прохладной и морозящей ему ноги, предательски-подло и внезапно заструилась по ляжке, оставляя отвратительное пятно на штанах. Казавшееся ему всегда романтическим чувство, состояние, когда вся жизнь проносится перед глазами, застелила его взор. Так близко и явно угроза смерти ни разу не нависала над ним. Предательские слёзы страха выступили на глазах Коли. Твёрдое предчувствие возможной смерти стёрло всю его годами формировавшуюся личность, превратив его в жалкое животное, готовое сделать всё что угодно, без учёта каких-либо моральных принципов, лишь бы остаться в живых.

— Ты понял меня?! — рявкнул Андрей, хоть он и видел, что всё уже давно решилось.

Виктор, по началу ещё желавший вмешаться, теперь понял, что Андрей не собирается убивать паренька. Он держался у своей машины, якобы следя за тем, чтобы Катя не начала истертить, вопить и брыкаться, ещё больше привлекая к ним внимание.

Андрей, не убирая нож из рук, медленно поднялся, продолжая сверлить взглядом лежащего перед ним испуганного, жалкого человека.

Николай очень плавно, стараясь не вызывать ни малейшего повода для агрессии, поднялся на колени, собрал две купюры, промокающие на снегу, непрестанно кивая головой, прошептал:

— Я всё понял, я всё понял, спасибо-спасибо, ухожу, убегаю, извините, — и прочую малозначительную чушь. В полупоклоне он, как жалкий попрошайка из позапрошлого века, корячился назад, выискивая то расстояние, которое нельзя было бы покрыть самым огромным человеческим прыжком и, наконец найдя его, Коля резко развернулся и бросился наутёк так быстро, что ни Андрей, ни Витя, даже приложив максимум усилий, не смогли бы его догнать.

— Он запомнил наши лица! Чёрт, зачем мы просто так его отпустили?

— Ну, если хочешь, разворачивай машину, поехали его искать. Но ты понимаешь, что я сделаю, чтобы он ничего, никогда, никому не рассказал?

— Он трус, он не расскажет, успокойтесь!

Сквозь непрекращающуюся пелену крупных снежинок, бесконечной прихотью природы засыпающих город, «тойота» Виктора бесцельно неслась по пустынным ночным улицам. Виктор вёл гораздо менее уверенно, чем обычно. Даже не с первого раза смог тронуться, заглохнув. И сейчас чувствовал, что управляет своей машиной, словно на автомате. Ураган бушующих в нём эмоций не давал сосредоточиться ни на чём ином, как на этой ужасающей ситуации. «Он видел нас! Он видел, как мы тащили труп! Это он сегодня или завтра никому ничего не скажет, а потом? А если, кто-то ещё нас видел?»

— К тому же, он не любит ментов. Это явно не тот человек, кто сам побежит к ним, докладывать на кого-то, — стараясь подавить дрожь в голосе, собирая всю свою рассудительность, говорила Катя. Её слова были бы произнесены уверенней, если бы болтающаяся от движения машины туда-сюда голова Игоря в этот момент не упала на её плечо.

Андрей сидел по другую сторону от трупа, спрятав нож в рукаве, ощущая приятный холод металла на коже, он готов был в любую минуту пустить его в ход. Эта случайная встреча явно подняла настроение молодому человеку. Ощущение страха в чужих глазах заряжало энергией, придавало бодрости и сил. Но вместе с тем, притихший шёпот зла, почуявший близость крови, становился всё громче. «Нет! Нет! Я сделаю всё сам, я не поддамся. Не сейчас!»

— А что это ты его приглашала к нам? — вслух обращаясь к Кате, спросил Андрей. — Только не говори мне, что этот пьяный гопник выглядел для тебя защитой. Что, думала Колюня сейчас тебя спасёт, и ты покинешь нашу милую компанию?

— Нет, ни о чём я не думала, — резко бросила в ответ Катя. — А от чего спасёт? Ты ведь не собираешься мне что-то делать? — вопрос прозвучал лишним, корявым и глупым. Почувствовав это, Катя непроизвольно прикусила губу. Она до сих пор не могла определиться с тем, зачем она окликнула своего туповатого соседа. Не переставая укорять себя за этот спонтанный приступ глупости, девушка всё же надеялась, что Коля пойдёт наперекор своим принципам — позвонит в полицию и обо всём им расскажет.

— Если ты перестанешь делать глупости, то скорее всего с тобой всё будет в порядке. Так что не вынуждай меня лишний раз. Кстати, по-моему, мы с тобой не договорили…

— Что вы несёте?! Этот гопник видел нас! Он спокойно может нас сдать, зачем вообще…

— … я оставил его в живых, ты это хотел спросить? — с улыбкой закончил за друга Андрей.

— Нет! Какого хрена ты заговорила с ним?! Зачем вы привлекаете к себе внимание?! Андрей, отдай мне нож! — протянув руку назад, приказным тоном обратился Виктор. Он всё ещё хотел ощущать себя хозяином ситуации.

— Нож? Ну уж нет.

— Отдай чёртов нож! Мне не нужно, чтобы ты прирезал кого-нибудь по дороге!

— Вообще-то, это ты сегодня показал себя любителем кого-то прирезать. Смотри за дорогой!

Виктор сумел вовремя заметить, что он случайно выехал на встречную полосу. Приближающаяся спереди машина осветила его дальнем светом, нарастающий звук сигнала вот-вот должен был встретить их. Резко и сильно, двумя руками повернув руль и вернувшись на свою полосу, Виктор продолжил ехать прямо, ощущая, как лихорадочно бьётся сердце. Машину от резкого манёвра тряхнуло, труп Игоря завалился на колени к Кате, та громко вскрикнула от неожиданного испуга. Андрей одним движением вернул бездыханное тело в прежнее положение, после чего плотно закрыл лицо покойника капюшоном.

— Чего ты, трупов никогда не видела, что ли? — со смешком укорил девушку Андрей. По всему его виду казалось, что он по-настоящему наслаждался происходящим.

— Бля! — вдруг громко ругнулся Виктор.

— Проезжай вперёд, не останавливайся! — пролезая ближе к передним сиденьям, махнул рукой Андрей, заметивший, что спровоцировало друга на ругань.

Катя из любопытства тоже вытянулась вперёд, чтобы узнать, чему были так не рады парни.

Бело-синяя машина ГИБДД притаилась на обочине. Одинокий сотрудник, едва различимый в белой завесе, становился всё ближе и ближе к ним. К широкому спектру испытанного сегодня девушкой страха прибавился ещё один. Но вместе со страхом, пришла и робкая надежда. Всё-таки, сотрудник полиции внушал чуть больше уверенности, чем едва знакомый пьяный сосед-гопник во дворе. Катя обернулась на Андрея, что-то яростно шептавшего на ухо Вите, потом на своего брата, который в это мгновение, и правда, вполне мог сойти за спящего мертвецки-пьяным сном.

— Он нас ещё не остановил, — сквозь зубы сказал Виктор, но едва он успел закончить фразу, как чёрно-белый жезл в руках гаишника повелительно указал сперва на приближающуюся «тойоту», потом на обочину.

— Если ты остановишься, ты ведь понимаешь, что я вынужден буду идти до конца? — в глазах Андрея вновь появились танцующие огоньки безумия, а по движениям его руки становилось ясно, что на этот раз он не сможет удержаться, чтобы не обагрить свой нож невинной кровью.

«Тойота» начала замедляться, будто в раздумьях: останавливаться или нет. Виктор ощущал, как его левый глаз нервно подёргивался. Однако, не остановившись, он наверняка лишь отсрочивал неминуемую гибель. Тогда как, выполнив требование, можно было хотя бы попытаться решить всё быстро и на месте. Приняв решение, он свернул к обочине и остановился, отметив, что гаишнику придётся неплохо так пройтись до его машины.

Катя повернулась назад, стараясь через толщу налипшего на заднее стекло снега разглядеть, что происходит на улице.

— Он вроде в свою машину сел. Зачем, интересно? Так лень идти до нас? Решил подъехать? А нет, вышел. Ох, он, оказывается, автомат брал, — комментируя происходящее, в основном для себя, чем для парней, монотонно бубнила девушка.