Форсу (СИ) - Виктим Дмитрий - Страница 34

Однако в самый первый месяц моего сексуального рабства мне приходилось полагаться исключительно на сёкаю, а потом щедро расплачиваться с ней за её неоценимые услуги.

Итак, Рам основательно присосалась к моему приятелю и, урча от жадности, стала транспортировать меня на небеса. Её пальчики оккупировали мои ягодицы, гладили и пощипывали их, наслаждаясь округлыми формами. Бог знает, может и кожа на моей попке была девушке приятной; я этого не знал. Просто чувствовал её удовольствие и страстный азарт. В какой-то момент она пробралась пальчиками между моих булочек, настолько нежно и деликатно и так приятно отвлекала меня ртом от диверсионной группы лазутчиков, что я ничего в первый момент не заметил и мог думать только: «Боже! Как мне хорошо!»

А потом Рам заглотила мой член до самого основания, плотно сжала его своим горлом, стала быстро сглатывать и одновременно с этим надавила пальцами на анальную дырочку. Господи! Это было как нажатие на красную кнопку для пуска ядерных ракет. Я едва не взорвался немедленно. И только рычание сёкаи дало мне во всей полноте понять, насколько сложно ей было сдержать моё семяизвержение. Я невольно захрипел и забился в захвате вероломной магессы, балансируя на краю пропасти, но та не оставляла попыток меня столкнуть. А ещё больше дровишек в моё горнило добавил взгляд другой сестрички, которая с упоением наблюдала за нашим поединком.

Я ощутил, как давление на мою дырочку усилилось, Рам явно намеревалась проникнуть глубже, и заверещал:

— Нельзя! Туда нельзя! Нельзя! Я ещё там девственник!

Розововласка тут же прекратила свои покушения, а потом и выпустила мою мужскую гордость изо рта.

— М-м-м, какая жалость, — проворковала она. — Надо будет обязательно сказать Марише, чтобы исправила поскорее это досадное недоразумение.

«Чёрт!» — мысленно выругался я, но вслух ничего не сказал. Моё тело до сих пор тряслось будто бы от остаточного электричества. Всё же я по самому краю ходил и последствия этого давали о себе знать такой вот мелкой вибрацией, да ещё учащённым дыханием и быстро колотящимся сердцем.

— Но ты здорово держался, — похвалила Рам. — Сестра-сестра, он выдержал, — обратилась она к своей подруге.

— Я вижу, Рам, — с улыбкой откликнулась лежащая на спине голубовласка. — Теперь моя очередь его испытать. Направь его мальчика ко мне в гости.

— Хе-хе, да, сестра. Ты уж постарайся его испробовать. А иначе в следующий раз я своего шанса не упущу!

А потом она наклонила мой член вниз, двигая его между податливо расступающихся пухленьких долек вагины, опустила его почти до самого входа в горячую пещерку и приподняла вверх, вращая ствол по спирали и надрачивая мягкой головкой киску своей подруги. И выглядело всё это настолько офигительно, что уже само по себе в комплексе с приятными ощущениями могло привести меня к оргазму. Но нет же ж! Выдержал я и теперь!

Но вот кончик моего члена коснулся входа во влагалище, пышущего жаром и истекающего соками. Рэм резко подалась бёдрами мне навстречу, восторженно рыкнув, насадилась киской на мой член и сразу же принялась засасывать его в себя.

— А-а-а-а! — закричал я, вновь балансируя на грани.

Но одна секунда шла за другой, а я стойко держался, несмотря на плавные вначале, а потом всё более ускоряющиеся фрикции.

— А он хорош! Хорош! — восторженно выдохнула Рэм, и похвала её будто бальзамом прошлась по моему исстрадавшемуся телу и наполнила душу самцовой гордостью, даже несмотря на то, что, увы, не я заслуживал этой хорошей оценки, но не сознаваться же, в самом деле, в своей несостоятельности.

— М-м-м, вот как? — радостно заулыбалась розововласка. — А мальчик-то наш не так уж и прост, как вначале казался. Тогда продолжим игру.

Она выцеловала дорожку от моего пупка к левому соску и стала офигенно облизывать его и покусывать. А когда взяла в рот и принялась обсасывать, я снова не сдержал стон.

— О да! Твой голосок как музыка! — возбуждённо пропела сёкая. — Как же здорово он звучит.

И судя по улыбкам Рам и Рэм, те разделяли её мнение. Голубовласка, крепко обвив меня ногами за талию, резкими рывками бёдер насаживалась на мой член, не переставая сладко его рассасывать; Рам, покончив с моей грудью, поднялась выше и вставила мне в рот твёрдый сосок своей упругой титечки.

Боже! Какие же классные были у неё груди! Но ещё круче стонала она сама. В особенности когда я добрался пальцами до её гладенькой киски. С трудом сделав усилие над собой, розововласка оторвала меня от своего бюста и, горячо дыша мне в лицо, сказала:

— Для твоего рта у меня есть ещё одна титька, которая находится пониже. Как следует её ублажи.

Рам поднялась с колен на ноги и встала с левого боку, пропуская моё плечо между ног. Мокрая киска её ткнулась мне в щеку, а потом пропустила раковину уха между своих влажных долечек, основательно смазывая его тёплым соком.

Снова застонав от балдёжных ощущений, я повернулся лицом к животу девушки и нежно поцеловал её упругие складочки, которые уже́ набухли от возбуждения и приоткрылись в ожидании моего язычка. А интимная причёска у Рам оказалась такой же, как и у её подруги. Тот же коротко выстриженный перевёрнутый треугольник с вершиной, указывающей на клитор. Ох! Да! Я и сам хотел поскорее попробовать эту конфетку. Тем более что он так соблазнительно напрягался и вытягивал свою шейку вперёд.

Обалденный кисленький вкус, пульсирующее упругое тело во рту, до боли стиснутые волосы на голове и крепкие женские бёдра, сжимающие мои щёки. И это ещё только сверху, а снизу были другие бёдра, обвившие мою талию, и сладостный плен соития, пронзающего моё тело острым ритмичным удовольствием.

— Тише, не спеши, — снова предупредила Мара. — А то ведь они так увлекутся и кончат. Рано им ещё.

«Я помру!» — мысленно простонал я.

— Терпи, Петька, терпи [1], - похихикала сёкая. — А лучше замри. Не двигай ни ртом, ни бёдрами.

Я послушался и замер, прекратив вонзаться в Рэм, которая лежала передо мной на спине, широко разведя коленки в стороны, стопы прижимала к моим ягодицам и с радостной улыбкой на лице принимала меня в свою полыхающую жаром киску, порыкивая от удовольствия и крепко стискивая моего приятеля стенками своей пещерки. Перестал я сосать и основательно выросший эрегированный клитор Рам. Продолжая лишь слегка щекотать его языком снизу, я собирал смазку, вытекающую из влагалища.

Девушки тоже замерли на пару секунд, переводя дыхание, а потом заулыбались, очень довольные своими ощущениями. Рэм возобновила плавные движения и усилила внутренние сжатия, до лёгкой боли стискивая мой многострадальный орган. Зелёное зарево в её животе уже основательно накалилось, и к нему стало быстро добавляться оранжевое, разрастаясь жидким пятном, которое колебалось в такт движений бёдрами и разрасталось, будто внутреннюю полость наполняла светящаяся жидкость.

— От хотелки у женщин обычно ускоряется обмен веществ и мочевой пузырь наполняется просто махом, — хихикнула Мара. — Очень скоро эта дама захочет пи-пи. Но ещё раньше она захочет кончить от твоего язычка. Очень скоро захочет.

А Рам тем временем водила кончиком своего большого клитора по моим губам. Парочку раз она вошла в приоткрытый рот, потёрлась головкой об язык и отстыковалась. Но похотливый стручочек её ещё секунд пять танцевал перед моими глазами, то напрягая, то расслабляя своё эрегированное тельце. Он был чертовски крупненьким у неё: около четырёх с половиной или даже пяти сантиметров в длину, имел примерно пятимиллиметровую головку и сантиметр в основании. Так что был он для меня просто невероятно аппетитным и соблазнительным. Да ещё зелёное зарево у розововласки тоже стало разгораться в животе, а потому мне больших трудов стоило не взять эту конфетку в рот и не продолжить её рассасывать.

Но вот, подразнив меня как следует, Рам зашла мне за спину и в этот раз прижалась киской к моей шее.

— А-а-а! — застонал я, чувствуя табун восхитительных мурашек, с топотом бегущих вдоль позвоночника вниз. Шея моя очень быстро увлажнилась от смазки, и по ней стал скользить упругое тельце клитора.