Форсу (СИ) - Виктим Дмитрий - Страница 65

— Эй, постой, не надо так.

— Не-не, это я случайно, — тут же ответила хозяйка. — Проникать внутрь не буду, пока сам не попросишь. Только потрусь немного снаружи, и всё. Сестричкам ведь ты позволял такое. И я тоже хочу.

— А… н…ну, — ответил я, слегка заикаясь. — Снаружи… м… можно.

— Хорошо-о-о, — промурлыкала Мариша и покрепче обняла меня, просунув руки под мышками и прижимая к себе за плечи. Она слегка прикусила мне ухо, а потом стала плавно тереться клитором между моих булочек.

Чё-о-орт! Он у неё был гораздо больше, чем у сестричек, и ощущения вызывал более яркие. Я так… так… Как бы мне выдержать это и не сдаться!

Слава богу, в этот момент что-то произошло между эльфийкой и парией. Мильтрель сладко простонала, раздался подозрительный треск, напоминающий шипение электричества, и Клара вскрикнула, выгибаясь в спине и похотливо отклячивая попу.

Мариша замерла, останавливая свою подрывную работу, и с беспокойством поинтересовалась:

— У вас там всё нормально, девочки? Светлену вызывать не надо?

— Хо-хо, прикольно! — радостно откликнулась Клара, но потом поспешно поправилась: — Да всё в порядке, госпожа, и со мной, и с миледи Мильтрель. Извините, что побеспокоила. И… я закончила. Дима, можешь меня сменить.

Мариша неохотно разжала свои объятия, а я поспешил от неё улизнуть, уж больно опасные желания она вызывала у меня, прижимаясь сзади. Причём касалось это весьма спорных усовершенствований женского храма, в котором один из малых идолов стал вдруг необычно большим и теперь развратно делал мне пугающие предложения.

Проходя мимо Клары, я получил от неё дружеский шлепок по ягодицам и завистливый комментарий: «Счастливчик».

«И чего это она?» — удивился я, но потом увидел томно разлёгшуюся на топчанчике эльфийку, её обалденно притягательную фигуру, гладкую кожу с перламутровым отливом и невольно облизнулся. Однако пробежавшая по внутренней стороне бедра девушки веточка голубого разряда меня как-то разом насторожила. Я замер в нерешительности и тут же почувствовал лёгкий толчок сзади и тихий ойк Мариши.

— Что такое? — спросил я, оборачиваясь, и увидел похотливые карие глаза, посверкивающие весьма плотоядно.

— Хочу полюбоваться, как любимый парий ублажает мою лучшую подругу, — ответила магесса, невинно улыбаясь. — Будучи твоей полноправной хозяйкой, имею на это законное право. А вот ты чего остановился, обормот?

— Да, Димочкин, не томи, — капризно простонала эльфийка. — Моя девочка уже вся слюнками истекает, в предвкушении твоего язычка.

«Эх, если бы только слюнками, — подумал я, с опаской глядя на электричекую веточку, пробежавшую по второй ноге. — Ой, мама, да на ней табличку вешать надо: "Не влезай, убьёт!"».

Но делать было нечего, поэтому я мысленно перекрестился и направился к электрической девушке. И знаете, не зря я опасался, хотя опасался, правда, совсем не того, чего следовало. Когда Миль обняла меня и бесцеремонно прижала ртом к своей киске… Вернее, нет. Когда лишь коснулась, я просто (а-а-а-а!!!) чуть не задохнулся от пронзившего меня наслаждения. Всё тело буквально спазмом сжало — не вздохнуть, не вскрикнуть. А потом накатила сладкая расслабленность, и я на несколько секунд превратился в кисель, замешанный на блаженстве.

Это её электричество буквально сводило меня с ума! То ли зелье Клары на Милу так подействовало, то ли сам я более чувствительным стал, но ощущения, переживаемые мною на источниках, весьма серьёзно отличались от тех, что я вчера испытывал в лесу. Мне, кстати, до сих пор не верится, что между этими эпизодами прошло чуть больше суток: настолько много событий со мной случилось на второй день пребывания в Маришином имении.

Но так или иначе, постепенно я притерпелся и стал соображать, что к чему. Мила крепко прижимала меня к себе ножками за шею и энергично двигала бёдрами, насаживаясь киской на мой рот. Возвращаясь в строй, я тоже стал инициативу проявлять, мобилизуя язык, рот, губы, с удовольствием ощущал вкус эльфийки и увлекался ощущениями.

Мила застонала, открываясь мне навстречу, и, раскинув согнутые коленки в стороны, сложила стопы мне на спину. Она почти в точности повторила позу Мариши, в которой та лежала пару минут назад. Прям какая-то универсальная поза удовольствия получалась у девушек, которая каждым движением и вздрагиванием красноречиво заявляла:

«Ох! Я та́ю! Та́ю! Как мне хорошо!»

В общем, равнодушным к такой форме проявления благодарности я остаться на мог. Наоборот, я и сам балдеть начал, вдохновляясь на новые подвиги, и с головой погрузился в увлекательное служение своей любимой богине плодородия, отдавая должное её восхитительным формам и вкусу. Но в особенности захватывали меня чудеса, происходящие во рту.

Клитор у Милы рос, становился длинней, толще и твёрже и при этом обретал какую-то фантастическую подвижность. Он не просто раздувался и вздрагивал, как у Мариши, — он будто танцевал. То влево загибался, то вправо, то слегка скручивал заострённый кончик, то пускал волну. Я настолько залип на восприятие этого изящного танца, что не сразу заметил то, что происходило у меня за спиной. Лишь оторвавшись от эльфийки, выпуская изо рта её игривый хоботок, я осознал всю серьёзность положения моего тыла.

Собственно, позы у нас были такие: Мила лежала на топчанчике лицом и другими сексапильными частями своего тела вверх, я расположился лёжа на животе между её ножек, приобняв её бёдра руками с боков, а Мариша стояла надо мной на четвереньках, слегка расставив коленки в стороны, и скользила своими твёрдыми сосочками по моей спине. Рот её касался моего уха и согревал его теплом дыхания, а длинный и тонкий, как указательный палец, и притом столь же твёрдый клитор толкался головкой между моих булочек и постепенно заглублялся, пользуясь тем, что путь его становился всё более и более мокрым.

Я невольно поразился, насколько функциональным оказался выбранный метод "бурения". Вагинальная смазка вытекала из влагалища и под действием сил тяготения опускалась вязкими струйками вниз между пушистыми дольками и далее по стволу клитора. Она достигала его головки, смачивала её и попадала мне между ягодиц. К тому моменту, как я обнаружил интервенцию, первые капельки тёплой смазки уже достигли анальной дырочки и вызвали весьма неоднозначные впечатления. А вслед за этим Мариша окончательно легла на меня сзади, создавая осторожное, но весьма ощутимое давление на мой чёрный вход.

— Ай, стой! — воскликнул я и сжал попу, на что магесса ответила хищным рычанием и возгласом:

— Да! Жми!

— Не-не-не! Мариша, не! — запричитал я. — Ты же обещала не проникать в меня!

— М-м-м, ну что за дела? Разве я проникла? Я просто пристроила своего крошку в тёплое местечко, чтобы он не зудел.

«Ничего себе крошку!» — подумал я, со страхом чувствуя, как нежный "бурчик" скользит между моих булок и тычется в дырочку, делая щель между ягодицами всё более и более мокрой. Моя проблема становилась ещё острей благодаря малому диаметру клитора при весьма несвойственной ему твёрдости. Подозреваю, что Марище совсем не сложно было без спроса преодолеть преграду и проникнуть на запретную территорию. Она не делала этого лишь по доброй воле.

— И чего ты боишься, никак не пойму? — продолжила свою мысль Мариша. — Ну проникну я в тебя своим тоненьким клитором на сантиметрик или полтора. Он же тоньше пальца, — добавила она и расположила перед моими глазами ладонь с оттопыренным мизинцем, который на величину одной фаланги торчал над согнутыми пальцами, как бы показывая, на какую длину планируется проникновение. — Ты даже не почувствуешь ничего, а мне приятно будет.

Рассказывая всё это, соблазнительница продолжала плавно скользить, ласкаясь головкой клитора об мою дырочку, словно нежным язычком лизала её, и у меня уже́ перед глазами стали искорки сверкать: настолько офигенно это ощущалось. А-а-а-а! Стоны рвались изо рта, талия предательски стремилась прогнуться, приподнимая зад и приглашая маленького ластёну в гости.