Тень города (СИ) - Уткин Андрей - Страница 26

И в Серёгу полетела голова.

Это произошло для Сергея так неожиданно, что он невольно почувствовал себя, будто бы находится на уроке физкультуры, играет в баскетбол и в него летит мяч. Если он не проявит реакцию, то мяч достанется противнику, который крутится неподалёку и ждёт, что Серёга «косякнёт»; тогда он сумеет отобрать у него мяч. И Серый тут же схватил на лету несущуюся в его сторону голову.

Когда посмотрел на то, что поймал… О, да, это был не баскетбольный мяч!.. В общем, оттого, что он увидел, у Серого закружилась голова, он покачнулся и чуть не упал. Но этот «мясник» за одну секунду как-то переместился вперёд на двадцать метров и успел этого мальчика подхватить. При этом пробурчав что-то вроде: «пол же грязный».

И, мало того, у него тут же нашёлся нашатырный спирт. В общем, Серый очень быстро вернулся в чувства.

Над ним склонялась образина чудовища. Подбородок был весь в крови, с лица капало… Короче, чисто внешне этот тип напоминал собой людоеда, застигнутого за трапезой. И ещё этот тесак: он нависал над Серёгиным лицом, как замерший маятник.

— Ты что сделал, идиот! — завыл Серый. Дело в том, что он на секунду забыл всё то, о чём думал перед тем как войти в дом. В памяти Серёгиной сохранилось только продолжительное, а не сиюминутное. — А ну-ка сейчас же верни всё назад! Сядь на свою грёбанную машину времени и возвратись в самое начало!

— Да нету никакой машины времени, — пожал плечами этот монстр. — Прилетел же ведь ТЫ из моего детства, а не я тебя привёз? То есть, я хочу сказать, что это была твоя инициатива. Принадлежащая исключительно тебе. Так же, как и сраная сумка! Понимаешь, тупица? Я здесь совершенно не причём. Я просто — живу один. У меня никогда не было родителей (у тебя кстати тоже), потому что в один прекрасный день я понял, что они все до единого фальшивые и ненастоящие. Такие же, как и твои деньги!

— И ты их всех поперерубал, что ли?

— Чем? Пальцем?

— Нет, вот этим тесаком, — ответил Серёга. Он и сам не понял, как тесак переместился из руки увальня в Серёгину руку.

— А это твой тесак! — отскочил заверещавший возмущённый псих. — Это ты их всех порубил: и твоих и моих! Ты со мной поменялся телами, гадёныш!

— Что-что?! — начал освирепевать и Серый. — Ты хочешь сказать, что я взрослый, а ты ребёнок?!

— Складно излагает, собака! — хохотнул дегенерат, зачем-то процитировав Ильфа и Петрова.

— Дак, значит, призрак, пришедший из детства, не я, а ты?!

— Ну да! Какой ты находчивый: так быстро решил эту простую загадку! Хи-хи-хи-хи… А вот хочешь, разыграем сценку с загадкой посложнее?

Сергей не выдержал издевательской дряни, которую несёт этот чокнутый, замахнулся и вонзил мясницкий нож ему в голову.

* * *

Всё наваждение немедленно кануло в Лету. Сергея больше не окружали стены коридора, обрызганные кровью, летевшей от головы, отгрызенной злым гением. Вернее говоря, стены-то его окружали, но они были чистыми. Потому, что Серый склонялся над открытым ящиком из-под картошки… Видимо, Свинцов каким-то образом вернулся в то время, когда он копался в этом ящике и ему казалось, что наполненный деньгами школьный портфель «свиснул» тот псих, который ему всё время названивал на сотовый. Должно быть, именно в этот момент он, при помощи телекинеза, подменил Серёгину сумку. То есть, хорошие деньги вытащил, и подбросил ему сумку с «куклами». Именно после этого момента жизнь Серого начала походить на кошмарный сон.

Свинцов, не теряя ни секунды, чтобы злой гений не успел «передёрнуть» (подтасовать не фальшивые денежки, подменив их на «куклы»), сунул руку в гору картофеля, пошарился-пошарился…

— Вот она! — нащупал он лямку, чуть не взвизгнув от неописуемой радости. Потянул и извлёк на поверхность злосчастный школьный портфель. Сергей тут же вскрыл целлофановую обёртку упакованной пачки… Он всё ещё находился в беспамятстве и не помнил тот последний короткий эпизод, который длился после момента расставания со злым гением, с которым Серый трепался в лесу и до того, как он разъярённый поднимался по лестнице, входил в коридор, и в него (в Серого) полетела человеческая голова, после чего паренёк потерял сознание и, частично, память. То есть, Свинцов не помнил, что пачка, если её распаковать, может взорваться, поэтому распаковывал её без страха и упрёка. Он вытащил из пачки случайно выбранную купюру и протянул её на свет.

— Святое дерьмо! — провопил Серый. Водяные знаки очень хорошо просвечивались.

Он так сильно ошалел от счастья, что даже не заметил ту вторую сумку, которая висит у него на плече.

Часть II Тень города

1

Поскольку у Свинцова теперь было две сумки и ко второй он боялся притрагиваться, чтобы та не взорвалась, то пойти на кладбище и закопать там все деньги он решил только в отношении первого из двух своих школьных портфелей.

Он уже заканчивал свои делишки и выбирался из небольшого склепа в форме башенки. В нём не было дверей, которые должны были закрываться на ключ, на улице было темно, поэтому Серёга ничего такого особенного не опасался. Например, что его увидит какая-нибудь пожилая тётушка, как он ползком выбирается из-под «башенки», и непременно свалится в обморок. Что ей делать на кладбище среди ночи?

Только после того как Серый перелез через оградку, боящийся быть замеченным кладбищенским сторожем (или кто у них там следит за порядком?) и начал стремительно удаляться с территории кладбища, он впервые заметил всё то, чего больше всех опасался. Поскольку глаза постепенно привыкают к темноте, если очень долго в ней находиться, то Серый успел разглядеть этих странных субъектов. Несколько человек, которые внешне напоминали собой бригаду грузчиков, разгружающих вагоны. Они передавали друг другу ящики продолговатой формы, переносили их через ограду, обрамляющую территорию кладбища и укладывали в распахнутые створки огромного длинного «дальнобойщика». Причём, если бы Серый присмотрелся более внимательно к тому пространству, в которое «грузчики» дружненько заносят похищенные гробы, то он бы заметил, что внутри прицепа дальнобойщика всё покрыто инеем. То есть, выглядит точно так же, как в морозильнике, у них на кухне.

Но Серый не успел приглядеться. Ему в голову пришла мысль — сделать анонимный звонок. Ведь полицейские должны патрулировать на кладбище? Если он сейчас пойдёт и начнёт искать охранника, то, даже если таковой существует, Серому сперва придётся очень долго объяснять, кто он такой и что здесь (на кладбище) делает. Просто, чтобы вызвать доверие. Но на это уйдёт дьявольски много времени — на объяснение с дубиной-охранником.

И вот, Серёга не просчитался. Патрульные действительно находились где-то очень рядом с кладбищем, им оставалось только сюда подрулить и… Как-нибудь мягко и вежливо поинтересоваться у этих типов… Ну, например, о содержимом ящиков. Поскольку выглядят они более, чем подозрительно, в ящиках не покойники — тут даже к бабке не ходи: по ним видно, что ящики до краёв набиты «герычем». Иначе типы элементарно бы постеснялись приезжать на городское кладбище и устраивать здесь целый конвейер с перемещением гробов — с территории в фуру. То есть, тут надо не «ментов» вызывать, а целое подкрепление — омоновцев. Потому что подозрительные типы наверняка начнут перестрелку, или возьмут патрульных в заложники и свяжутся по рации с дежурной частью. А, если спросить, для чего свяжутся, то, скорее всего для того, чтобы высказать свои требования типа «Не присылайте больше сюда легавых! Даже если целую армию пригоните, вы всё равно нас не победите». То есть, именно о таком наборе слов можно было судить по той странной реакции, которую «грузчики» проявили, заметив приближающихся патрульных. Кто-то из «грузчиков» вытащил ружьё, дуло которого поднял в небо и начал часто нажимать на курок, поскольку при каждом «выстреле» ружьё давало осечку. Наконец ему (горе-грузчику) удалось выстрелить из своей «пукалки». Выстрел получился такой же нелепый, как лопается шарик у маленького ребёнка, который какой-то мерзкий тип неаккуратно задел своим обслюнявленным окурком.