Второй прыжок с кульбитом и пистолетом (СИ) - Сербский Владимир - Страница 29

— Ладно, — согласился я. — Но малиновый пирог сделаешь как миленькая, должок помню.

— Конечно, Антон Михалыч. Испеку два!

— Ловлю тебя на слове, — я показал ей пирожок. — А вот этому точно не физкультура помогла. Давай рассказывай, как фокусам научилась.

— Недавно я так захотела «кока-колу»! В маленькой стеклянной бутылочке, холодненькую…У вас возле дома в уличном холодильнике такого полно. Закрыла глаза, протянула руку, и взяла.

— Как не стыдно! Где чудеса, там мало складу, — огорчился я. — Брать без денег — плохой тон. Надо будет потом оплатить! Больше так не делай. Вообще так не делай, хорошо?

— Как скажете, Антон Михалыч…

— Что еще изменилось? — я энергично жевал вкуснятину. — Чувства не обострились?

— Еще как обострились, — девчонка виновато понурила голову. — Особенно к вам сильно обострились. Одна спать не могу, сразу в дрожь кидает…

— А к другим людям? — я постарался побыстрей сменить разговор, увести от скользкой темы.

— Веркину ревность слышу. Она Антона крепко схватила двумя руками, и на вас глаз положила. Монополистка недоделанная! Догадывается о нас, и злится. Когда-то мне казалось, что влюблена в Антона, так она бесилась молча. А когда я поняла, что мой рыцарь — этовы, она протестовать затеяла. Блоха мелкая! Когда-нибудь допросится, хорошего леща у меня получит!

Да что же это такое? Любая новая тема поворачивает, в конце концов, к моей персоне. Так, из отчета это потом уберу. Начальнику-аналитику Коле Уварову подобное знать необязательно.

— Что еще, кроме пирожков, умеешь? — вернулся я к опроснику.

— Больше ничего! — Анюта раздосадовано топнула ногой. — Ваше черное одеяло вызываю, вызываю постоянно, а оно, вредина, не едет!

— Хм… — невнятно посочувствовал я.

— Но ничего, я терпеливая и упорная, — она прищурилась. — Буду дальше тренироваться. Если ничего не делать сегодня — завтра будет таким же, как и вчера.

Вот только этого мне не хватало. Какая настырная девчонка… Такими темпами дело пойдет — накроются медным тазом личные планы! А так все хорошо начиналось… Но додумать мысль Анюта мне не дала, огорошила предложением:

— Может, нам сходить в Кремль, к генеральному секретарю товарищу Брежневу? Все рассказать, дать ему совет, а?

— А в той жизни навестить президента Путина? — горько усмехнулся я.

— Познакомить их, и дать два совета? Эх, Нюся, если бы все было так просто… Для начала: кто нас к ним пустит? Там же отряд охраны вокруг тела, и куча клерков с помощниками рядом трется.

— Ну, давайте сходим пока к клеркам! — воскликнула Анюта. — Они умные, все поймут, во всем разберутся! Они же назначены заботиться о своей стране?

— Ага… Это тебе не куратора из ЦК КПСС воровать! — случайно проболтался я, и тут же спохватился: — Что ж, займемся ликбезом.

— Ничего не поняла, — призналась девчонка.

— Для начала пойдем к твоему телефону, — вздохнул я грустно.

Быстренько нашел в сети нужный файл:

— Вот, читай, к кому ты собралась идти.

«Дочка Дмитрия Пескова, пресс-секретаря президента России, живет в Париже. Нынешняя жена Пескова, Татьяна Навка, владеет собственной квартирой в Северной Америке, где с американским паспортом прожила пятнадцать лет. Медовый месяц у берегов Сардинии им обошелся по пять миллионов рублей — за каждый день. Первый вице-премьер Игорь Шувалов арендует дом в Австрии и квартиры в Великобритании. Вице-премьер Ольга Голодец в свободное время отдыхает на даче в Швейцарии или в итальянской квартире. Несколько объектов во Франции имеет министр по делам Северного Кавказа Лев Кузнецов: он задекларировал находящиеся в этой стране земельный участок, жилой дом, три гаража и квартиру. Министр образования Дмитрий Ливанов указал в составе семейного имущества дом в Испании. Вице-премьер Александр Хлопонин владеет земельным участком и домом в Италии. Министр по вопросам «Открытого правительства» Михаил Абызов пользуется недвижимостью в Италии и в Великобритании. Самым скромным в этой компании выглядит министр труда и социальной защиты Максим Топилин — он купил квартиру и гараж в Болгарии».

— Информация о недвижимости достоверная, наши правители сами о ней заявили, — я вернул телефон на место.

— Да?! — задумчиво жуя, она протянула мне очередной пирожок.

— Таков порядок, декларацию заполнить обязаны. Что-то скрыли, конечно, но и этого достаточно для простого вывода, — я развел руками. — О себе они заботятся, Нюся. Это тебе не Сталин, после которого осталсяфренч и сапоги. Одного только Шувалова ждет квартирка в центре Лондона площадью пятьсот квадратов. И она не пустая там стоит…

— Квартирка?! — Анюта наморщила лобик, сопоставляя цифры.

Советский трехкомнатный стандарт в пятьдесят квадратных метров считался шикарным.

— Если без иронии, это царские апартаменты: обеденный зал с двумя каминами, шесть спален и гостиная с роялем. Путину впору посочувствовать, он стал заложником собственной элиты. Впрочем, это не его элита, раз она живет там. Сдадут на раз. На Западе президенту места нет, нигде его не ждут. И чтобы не повторить судьбу Каддафи, такую элитунадо зачищать. Иначе доберутся не только до него, но и до семьи.

— Зачем первому вице-премьеру Шувалову два камина в Лондоне? — пробормотала девчонка.

В ответ я пожал плечами.

— Сталина на них нет… И что делать?

— Сидеть тихо, вот что! — вспылил я. — Телефон вернуть на родину, к пирожкам ходить собственными ногами! Дядя Коля Уваров правильно сказал: сначала полный анализ ситуации. Подождем. И Родина немного обождет. Пока у неё есть что грабить, она не останется без внимания иностранных друзей.

— А потом? — согласно кивая, Аня пыталась все разложить по полочкам.

— Украина сегодня — это Россия завтра. Вернуть порядок в прежних границах Советского Союза может только диктатура. И на роль диктатора отлично подходит товарищ Путин.

— Почему? — Анюта распахнула серые глазищи.

— Он способен с этим справиться. Важно, что народ его поддерживает. И потом, преимущество диктатуры перед демократией очевидно — лучше иметь дело с одним плутом, чем со многими.

— Подожди, разве он жулик?

— Да нет, он-то как раз человек слова. Это цитата такая, — усмехнулся я. — Однако есть тонкость. Диктатор всем хорош, за одним исключением — он смертен. Ладно, хватит о грустном сегодня. Иди купайся, потом договорим.

Я улегся под зонт, Аня снова полезла в море. Подремать мне удалось недолго, грядущие неприятности кольнули сердце. Поднял голову. Вроде все спокойно: море тихое, ветерок ласковый, а неугомонная девчонка, подняв руки, загорает стоя. И хотя на диком пляже было пустынно, чуйка призывала к вниманию. Такую видную фигуру, выше памятника на площади, не заметить сложно — осы на мед лететь обязаны.

Однако накаркал: поклонники красоты не заставили себя долго ждать, явившись в количестве трех экземпляров. Были они мускулисты, кучерявы и волосаты.

— Ай, красивая, водичка хорошая сегодня? — приступил к увертюре курортного романа самый видный и наиболее мускулистый мачо.

— Ноги хорошие, — сообщил в пространство кавалер, стоящий позади оратора. — Вот я бы ей…

Анюта промолчала, продолжая принимать солнечные ванны. Неужели кучерявый сейчас спросит, «который час», «или как пройти в библиотеку»?

— Шли бы вы куда шли, ребята, — ласково предложил я. — Библиотека с часами на башне дальше по курсу.

— Ты лежишь, дядя? — поигрывая мышцами, лениво бросил кучерявый. — Вот и лежи.

Липкий взгляд от Анюты он не отвернул.

— А то что? — потихоньку зверея, поинтересовался я.

Веселая злость накатывала плавной волной. Заглянул в сумку — ничего тяжелого. И палочку, как назло, с собой не взял. Придется против троих с голыми руками выходить, хотя драться не хотелось вообще, ногу только вылечил. Да и Антона подставлять было жалко — если мне по башке прилетит, ему опять прицепом на орехи достанется. Несправедливо, однако. И так, что ни день, то новый синяк или дырка в теле у парня. Что обидно — без причины, за просто так. И хотя есть возможность бежать, такое делать неприлично.