Второй прыжок с кульбитом и пистолетом (СИ) - Сербский Владимир - Страница 39

Охраной прикрыли надежно. По центральной аллее парка Максима Горького милицейский старшина ледоколом шел спереди, тыл закрывал Денис, а двух сторон Антона плотно подпирали девичьи тела. Одеты они были неброско: летние брючки, кроссовки, футболки. Впрочем, при минимальном макияже это оказалось «неброским» только на мой взгляд — встречные парни оглядывались и, кажется, облизывались.

Блин, да что ж вы пялитесь, а?! Впору о парандже задуматься, как новом сценическом образе… Антон, пожелав вывиха шеи всем встречным парням, со мной согласился.

Придерживая косую рыжую челку, Анюта наклонилась к уху парня.

— Для поправки здоровья вам обязательно надо погулять по Приморскому парку, Антон Михалыч. Недавно там была, воздух в Гаграх невероятно целебный. Чертовка говорила тихо, с невозмутимым лицом — но так, чтобы Вера услышала.

— Тоша, после вступительных экзаменов съездим в Кисловодск? — на цыпочках Вера потянулась к другому уху парня. — Минеральная водичка тебе не повредит. И природа там сказочная…

За крайним столиком кафе «Зеленая горка» нас уже поджидали контрагенты, Федот с Котом. Странно, но «центровых» более не наблюдалось. Впрочем, это ничего не значило. Скорее всего, рассредоточились и гуляют вокруг. В парке народу всегда было полно — и все лавочки оккупированы, и к аттракционам длинные очереди. Старшина, стоя неподалеку, принялся смаковать мороженое в стаканчике, а Антон сразу приступил к делу.

— Итак, коллеги, кто старое помянет, тому глаз вон, — начал он мягко, строго придерживаясь главного правила переговоров, когда партнера следует гладить по шерстке.

На что Анюта себе под нос хмыкнула:

— Кто старое помянет, тому глаз вон. А кто старое забудет, тому два.

Пришлось ее шлепнуть по попке рукой Антона.

— Ну Антон Михалыч! — независимо улыбаясь, прошептала Анюта.

— Антон, прекрати! — Вера тоже отреагировала, но не капризным, а ревнивым тоном.

Глава тридцатая, в которой будни музыкантов продолжаются

— Присаживайтесь, пожалуйста, — солидно пробасил Кот, облизывая ложечку. Приветствие он обозначил кивком, как и не проронивший ни слова Федот. — Пломбир, лимонад?

— Тоша, тебе с вишневым вареньем, или с малиновым? Впрочем, возьму оба, — задрав очки на лоб, Вера направилась к раздаче.

Анюта присела, выложив на стол немалые кулаки. Парней она разглядывала оценивающим взглядом, через желтые стекла «авиаторов». Так на толпу врагов посматривал Илья Муромец с мыслью «где ж мы вас хоронить будем?». Рыжая челка слегка закрывала один глаз, но такую диспозицию требовал образ.

— Говори, что хотел, — Федот оторвал, наконец, взгляд от уходящей Веры, — Наше слово крепкое: сделаем, раз обещали.

Короткие волосы девчонки, торчащие в разные стороны, своим порядком в хаосе ошеломили не только его, люди тоже оглядывались. А может быть, виной тому были ладные брючки?

— Как уже говорил, наша музыкальная группа начинает репетиции в Музпеде, — Антон не стал тянуть с брифингом. — Ваша задача: обеспечение порядка на подходах. И однозначно отсечь пьяных, местных хулиганов и шантрапу.

— Как это? — Кот, видимо, представил себя с казачьей шашкой в руках.

— Мирным образом, — прервал я его мечтания. — Вам выдадут красные повязки дружинников. Кроме того, будет пара человек из комсомольского патруля. Помогут. В крайнем случае, кликните милицию, автомобиль будет дежурить неподалеку.

— Круто у вас схвачено, — вступил в разговор Федот. — А что за музыка?

— Джаз.

— Класс! — у Федота изменился тон — с пренебрежительного на заинтересованный. — А разве это не под запретом? Нам в школе на факультативе говорили, что Максим Горький джаз отвергнул. Ну, как музыкальный стиль.

— Рожденный ползать — летать не может, — подтвердил соображения классика Кот.

Спорить по поводу афоризма мы не стали. Горький много чего негативного в свое время сказал. Самая известная цитата: «джаз — музыка для толстых». А в послевоенное время джазовых музыкантов безжалостно критиковали за пошлость и распространение буржуазных ценностей. Аккордеон запрещали как фашистский инструмент, а саксофон — как американский. Под запрет попала и шестиструнная гитара, якобы связанная с западной музыкой. В историю советского джаза этот период вошел как «эпоха разгибания саксофонов». Товарищ Сталин тоже однажды высказался, сравнив джазменов с сектой трясунов.

До середины семидесятых годов в Советском Союзе вообще не преподавали игру на саксофоне, обучали только игре на кларнете. Тех, кто любил саксофон и слушал джаз, приравнивали к диверсантам, подрывающим культуру. «От саксофона до ножа — один только шаг» — сказал как-то Генеральный секретарь КПСС товарищ Хрущев. В советских журналах утверждали, что джаз — это музыка духовного порабощения.

А народ тем временем слушал «музыку на костях», отвратительного качества пластинки из рентгеновских снимков. Еще более удивительна история репрессий джаза в нацистской Германии. Достоин полного цитирования приказ Министерства культуры Третьего Рейха:

1. Произведения в ритме фокстрота (так называемый свинг) не могут превышать 20 процентов репертуара оркестров танцевальной и развлекательной музыки.

2. В репертуаре так называемого джазового типа должны преобладать мажорные пьесы, а также тексты, провозглашающие радость жизни («Сила через радость»), нежели минорные и еврейско-пессимистические.

3. Темп следует предпочитать быстрый, а не медленный (как, например, блюз). В то же время темп не должен превышать надлежащей степени allegro в соответствии с арийской умеренностью и чувством дисциплины. Ни в коем случае не следует допускать негроидальной распущенности в ритме так называемого хот-джаза или в сольных выступлениях (так называемых брейках).

4. Так называемая джазовая композиция может содержать не более 10 процентов синкоп, а остальное должна составлять музыка, связанная способом натуральным, плавно и без истеричных ритмических переходов, характерных для музыки варваров и возбуждающих низменные инстинкты, чуждые немецкому народу (так называемые риффы).

5. Строго запрещается применение инструментов, чуждых немецкому духу (так называемых каубеллз, флексатонов и щеток), всякого рода глушителей (сурдин), которые преобразуют благородное звучание духовых инструментов в жидомасонскую какофонию (так называемые уа-уа, ин-хэт и другие).

6. Запрещается исполнение сольных партий на ударных инструментах, превышающих 1/2 такта в размере четырех четвертей (за исключением стилизованных войсковых маршей).

7. В так называемых джазовых композициях разрешается игра на контрабасе при помощи смычка. Вместе с тем запрещается игра пальцами, от которой страдают и инструмент, и арийский музыкальный вкус. Если в соответствии с характером музыки необходимо так называемое пиццикато, то надлежит исключить возможность ударения струны о гриф инструмента, поскольку это строго запрещено.

8. Запрещается провокационное вставание при исполнении сольных партий.

9. Во время исполнения произведений запрещаются выкрики музыкантов.

10. Всем оркестрам развлекательной и танцевальной музыки рекомендуется ограничить применение всех видов саксофонов и заменить их виолончелями, альтами и соответствующими народными инструментами.

Это, конечно, фейк, но в каждой шутке, кроме доли шутки, полно печальной правды. Непросто в этом мире джаз пробивал себе дорогу. Но это все я только подумал, а вслух сказал коротко:

— Джаз в нашей стране критиковали все, кому не лень — и Горький, и Сталин, и Хрущев. Но недавно все изменилось, когда с гастролями в Советский Союз приехал оркестр самого Дюка Эллингтона.

— Я помню, — важно кивнул Федот. — Две недели джаза в Ленинграде. Жаль, не в нашем городе.

— Теперь в нашем городе будет собственная джазовая группа, — я перешел к сути встречи. — Кроме охранной функции, на вас возлагается рекламная задача.