Патологоанатом (СИ) - Васильченко Сергей Сергеевич - Страница 8

Морг, где предстояло работать Кравцову, представлял из себя угрюмое двухэтажное здание. Алекс не знал, где тут вход для персонала и поэтому пошел вдоль здания по кругу. Его внимание привлекла дверь с табличкой «Прием тел». У этой двери стоймя стояли несколько гробов, прислоненных к стене. Чтобы не привлекать к себе излишнего внимания, Алекс решил войти в морг через эту дверь, благо, дернув ее, он обнаружил, что она не на замке. Пройдя немного по пустому коридору, юноша попал в холодильную камеру, где измеряют трупы, чтобы сделать гроб и где стоял гранитный стол, на котором трупы обмывали. На этом столе как раз лежал какой-то мертвый голый мужчина.

— Эй, парень, ты что тут потерял? — обратился к Алексу санитар — взрослый крупный мужчина.

Помимо этого санитара в помещении был еще и молоденький санитар, который с любопытством уставился на Кравцова. Алекс объяснил санитарам, кто он, и они рассказали ему, где дверь для персонала, а также объяснили, как найти доктора Журовича.

— Так ты будешь работать со «Жмуровичем»? — добродушно усмехнулся молоденький санитар, которого Алекс по возрасту определил, как своего ровесника или может даже моложе него.

— Ну да, — ответил Алекс, немного расслабившись после того, как взрослый санитар потерял к нему всякий интерес.

— А почему Жмурович? — спросил Алекс. — Меня направили к Журовичу Валентину Сергеевичу или я что-то напутал?

— Да нет, ничего ты не напутал, — попытался успокоить Алекса молоденький санитар, — это просто я его так называю — Жмуровичем. Только ты не говори об этом Валентину Сергеевичу, ладно.

— Ладно, — пообещал Алекс. — Ну, я пойду, а то нехорошо как-то опаздывать в первый рабочий день.

— Давай, — сказал молоденький санитар, — увидимся еще.

Кравцов поднялся на второй этаж и нашел кабинет с дверью, на которой висела табличка «Патологоанатом Журович Валентин Сергеевич». Ну вот, теперь назад хода нет. Алекс постучал в дверь.

— Да-да, войдите, — услышал парень из-за двери.

Алекс вошел в кабинет.

— Здравствуйте, — начал Алекс, всматриваясь в сидевшего за столом мужчину. — Меня к вам направили из отдела кадров, вот бумага.

— Да-да, меня уже предупредили, — сказал Журович, добродушно улыбаясь. — Очень рад, что молодые специалисты не боятся идти работать патологоанатомами.

Валентин Сергеевич начал читать какую-то лекцию о преимуществах работы патологоанатомом, но Алекс сейчас ничего не воспринимал, потому что впечатлений за утро и так уже было предостаточно. Алекс немного иначе представлял себе доктора Журовича. Он думал, что его наставником будет старенький нудный ботаник с огромными очками на носу. Но доктор Журович оказался хорошо одетым подтянутым приятным мужчиной, которому на вид было не больше сорока лет. На правой руке на среднем пальце у патологоанатома была огромная золотая печатка, а на левой руке из под дорогого пиджака выглядывали дорогие часы. Также Алекс отметил, что у Валентина Сергеевича телефоном был айфон последней модели. Неужели патологоанатомом можно заработать большие деньги? Судя по зарплате, которую обещали Кравцову — это было нереально. Откуда же тогда у Журовича деньги на такие дорогие аксессуары? Хотя этот доктор пишет какие-то там научные работы, так может быть, за них ему хорошо платят? Еще больше Алекс удивился, когда увидел, на какой машине ездит врач — это был дорогой японский седан приятного синего цвета. Конечно, это был не мерседес, но будь у Алекса такая машина, он чувствовал бы себя намного увереннее в этой жизни.

Парень пытался вслушиваться, что ему говорит Валентин Сергеевич, но мысли все равно текли не в том направлении. Может, помимо зарплаты патологоанатомы могут еще как-то зарабатывать? Если это так, то это было бы здорово! Тогда через несколько лет, может, и Алекс будет в полном порядке, как это было сейчас с доктором Журовичем. Главное сейчас понравиться патологоанатому, чтобы надолго задержаться на этой работе.

Доктор Журович после знакомства отвел Алекса в ординаторскую и выдал ему халат. После того как интерн облачился в белый халат, Валентин Сергеевич стал вводить его в курс дела. Работа в морге оказалось немного не такой, какой ее представлял себе Алекс. Патологоанатом занимался больше живыми пациентами, нежели мертвыми и поэтому он часто отлучался из морга в здание больницы. Большую часть времени Валентин Сергеевич делал гистологические лабораторные анализы из кусочков тканей тяжело-больных пациентов. Он долго всматривался в микроскоп, а потом что-то записывал. Ему важно было определить точный диагноз или уточнить уже поставленный диагноз. От выводов Журовича зависело дальнейшее лечение пациента, и доктор старался быть точным. На первых порах он часто забывал об интерне, но потом стал подзывать его к микроскопу.

К Валентину Сергеевичу постоянно приходили какие-то важные люди, которым доктор уделял львиную долю своего времени. Это были какие-то высокопоставленные чиновники, полицейские начальники, военные офицеры и разного рода бизнесмены. Алекс никак не мог понять, что всем этим вип персонам нужно было от Журовича, потому что тот старался разговаривать с ними без свидетелей. Алекс лишь слышал обрывки разговоров и поэтому он не мог никак сообразить, о чем идет речь. Но пока интерна это нисколько не беспокоило.

Алекс стал осваиваться в лабораториях морга, где уже работали разные врачи и лаборанты. На учебе в университете Алекс тоже много времени проводил над микроскопом, так что кое-что понимал. А чего не понимал, в том старался быстро разобраться. В первый рабочий день в морге вскрытий мертвых тел вообще не было, но потом они случались довольно часто.

Первым вскрытием для интерна стало вскрытие старухи. Делал вскрытие Журович, а Алекс лишь помогал. Первичный осмотр старухи показал, что смерть наступила от остановки сердца. Как пояснил Валентин Сергеевич, это было обычным делом для людей пожилого возраста. С самого начала им постоянно что-то мешало. То Журовича вызовут по телефону, то инструмент был не помыт, то растворы кончились. Но вскрытие все-таки начали. Старуха была очень худой, можно сказать даже несколько ссохшейся. Челюсть у нее была вставная, а на глазах имелись бельма. Она была слепой при жизни, по крайней мере, в последние годы перед смертью.

Как только патологоанатом склонился сделать надрез, вдруг в комнату вбежал сотрудник морга и попросил Журовича пройти к телефону. Валентин Сергеевич ушел, и интерн остался наедине со старухой. Страшно не было, но было несколько неприятно. А вдруг старуха сейчас встанет, вот будет корка, подумал Алекс. «Интересно, а я в обморок упаду, если старуха вдруг очнется?» — спросил себя Алекс. Набравшись смелости, парень дотронулся до руки старухи. Рука была холодной. Старуха без сомнения была мертва, и Алекс усмехнулся своему глупому предположению, что старуха сейчас может встать. Для пущей уверенности он решил взять старуху за палец на руке. Парень решил приподнять указательный палец, как вдруг рука старухи отдернулась. Внутри у Алекса похолодело. Да нет, не может быть — это просто остаточные рефлексы, подумал Алекс. Он опять решил взять руку старухи, как вдруг в комнату резко вошел Журович.

Собравшись с мыслями, Валентин Сергеевич сделал надрез, который довел до низа живота. Потом Журович раздвинул грудную клетку старухи и подозвал интерна. Неспешно патологоанатом стал объяснять, где какие органы находятся, а сам внимательно следил за Алексом. Алексу, конечно, было несколько противно, но до обморока было еще далеко. Он и сам знал, где что находится, но не мешал Журовичу учить его. Самым мерзким у старухи оказался кишечник полный кала вследствие старческой атонии кишечника.

Валентин Сергеевич достал сердце старухи и положил его на весы. Сердце было без отклонений по весу. Журович начал нарезать сердце ломтями для гистологов, как вдруг Алекс заметил, что у старухи открылись глаза. Увидеть вдруг открывшиеся глаза у вскрытой старухи, да еще и с бельмами, стало потрясением для интерна. Он резко побледнел, но патологоанатом обыденным тоном приказал Алексу прикрыть глаза старухи. Преодолевая себя, Алекс послушно прикрыл глаза старухе. Но как только он закрыл глаза, у старухи отвисла нижняя челюсть.