Вариант "Новгород-1470" (СИ) - Городков Станислав Евгеньевич - Страница 8

Помог же Дану встать на «путь истины» Семен, подмастерье Домаша. Семен любил посидеть вечером, перед тем, как идти домой, на завалинке, у сарая-мастерской, и поболтать о том, о сем. В один из таких вечеров Семен, держа в руке кувшин с хмельным квасом и усаживаясь, по привычке, на бревно-завалинку, завел разговор о чудной — на его взгляд — манере Дана мыться каждый вечер.

— Добро, — обронил Семен и осторожно, чтобы не пролить, поставил кувшин с квасом на землю, — что ты каждый день дубовую палочку жуешь, так многие новгородцы делают. Чтобы зубы крепкие были. Что руки перед трапезой моешь — тоже понятно, все так поступают. Но что обливаешься холодной водой каждый вечер и моешь ноги, мне странно. Ведь, можно и баньку затопить, зачем холодной-то обливаться?

— Ага, — сказал Дан… — хоть город Одесса еще и не появился на карте мира, но Дан уже заранее готовился к этому и отвечал вопросом на вопрос — … и сколько раз в неделю ты готов баньку затопить, чтобы помыться?

— Ну, это… Раза два можно затопить, — малость заплетающимся языком ответил Семен.

— Вот, — произнес Дан, — два раза. А я моюсь ежедневно. Теперь понятно?

— Понятно, — протянул Семен, однако было ясно, что ему ничего не понятно.

— Жаль, ты не любитель кваса, — помолчав, ни с того, ни с сего уронил он. И тоскливо добавил: — И Вавула домой пошел… — Неожиданно Семен вскинул голову и внимательно посмотрел на Дана. Потом абсолютно трезво произнес: — А, ведь, кувшины и корчаги, расписанные тобой, ганзейцы с руками отрывают. Клянусь Сварожичем!

После этого разговора Дан всю ночь проворочался на лежаке-лавке, размышляя над словами Семена. Нет, не над тем, что Семен поклялся языческим богом, хотя в Новгороде уже лет 400, по идее, господствовало христианство… И не над тем, что расписанные Даном кувшины покупают… А, над тем, что эти сосуды «с руками отрывают». И с утра пораньше стал расспрашивать работников Домаша — Семена и Вавулу, как, вообще, обстоят дела с керамикой в Новгороде. И получил сногсшибательный ответ — значительная часть керамики в Новгороде является привозной! В городе, где целый, если говорить языком 21 века, район назван Гончарным, значительная часть посуды — привозная!

По словам Семена выходило, что в Новгороде есть дешевая керамика и керамика подороже. Дешевую делают новгородские гончары, подороже привозят ганзейские купцы или купцы с низовых земель. Керамику местного производства, в основном покупают окрестные крестьяне и «черные люди новгородские», «житные же люди», то есть новгородцы побогаче, предпочитают привозные ендовы, братины, канопки и прочее. Они и расписаны красиво и по качеству, зачастую, лучше новгородских.

— Только Домашу не говори, — предупредил Семен Дана. — Для него это больной вопрос. Торговля в последнее время совсем захирела. Раньше Домаш с утра уходил на торг и уже к обеду возвращался пустым, а теперь торчит в гончарном ряду до темна и, все равно, и половины не продает.

— Семен, а кто мешает новгородцам самим делать красивые горшки, кринки и остальное? — спросил Дан.

— Никто не мешает, — ответил Семен, — да только нет у нас мастеров, чтобы расписывать так горшки. Ты первый.

— Ага, — стукнуло в голову Дана, — выходит я тут, своего рода, «открыл Америку». Интересно-интересно… А, ведь, судя по словам Семена, спрос на красиво расписанную посуду в Новгороде гарантирован… И дело выгодное… Сам Домаш сказал, что цена расписанных сосудов вдвое против нерасписных будет… — Теперь Дан точно знал, что не только отблагодарит Домаша, но и сам «приподнимется». — Будем ковать железо, пока горячо! — решил Дан. — И пошустрее! — И, тут же, мысленно, на скорую руку, набросал себе некое подобие бизнес-плана: — Для начала увеличим производство горшков. В разы! Естественно, для этого потребуются гончары типа Вавулы. То есть, те, кто лепит горшки. И, соответственно, гончарные круги для них. И место для кругов, иначе — сараи и обогреваемые, чтобы работать и зимой. Значит, все это тоже надо. Затем роспись… Она будет наше ноу-хау и потому очень важна! — Дан на секунду застыл. — М-да, тут необходимы художники. И не просто мазилы, а способные профессионально рисовать. Или научиться профессионально рисовать… Вряд ли такие валяются в Новгороде под каждым забором. Их придется искать. В любом случае, — уточнил для себя Дан, — в одиночку я все не разрисую. Не хватит здоровья. И обязательно, — развивая тему художников, мысленно добавил он, — придется делать курсы «ликбеза» для этих художников, чтобы они смогли рисовать, как я. Или, хотя бы, грамотно копировать… Ха, — забавная мысль пришла в голову Дана, — вот будет хохма, если с моей легкой руки в Новгороде возникнет целая школа художников, главным авторитетом в которой станет тоже художник, только бывший и притом недоучка. Правда, недоучка из будущего… Хотя, думаю, Москва школу, все равно, прикроет, — сразу похоронил свое начинание Дан. — Ведь, подобная роспись не по уставу московской жизни будет… Да, а «ликбез» придется вести «без отрыва от производства», — тут же вернулся он снова к своему бизнес-плану, — то есть, на ходу, ибо по-другому здесь не поймут. Кормить людей даром в Новгороде не принято. Слишком накладно для местной экономики…

— Теперь финансы, — продолжил масштабно думать-обмусоливать «бизнес — план» Дан. — Для расширения производства, перевода его на промышленные рельсы, потребуются деньги, вполне вероятно — большие первоначальные вложения. Основным спонсором выступит, должен выступить, разумеется, Домаш. Главное растолковать ему все правильно, мужик он хваткий, поймет. Только, вот, переход с кустарного производства на промышленное, он, все равно, вряд ли потянет. Даже, если у него есть, где-то запрятанная, кубышка с золотом. Тут надо быть реалистом. Поэтому необходима будет помощь со стороны… Эх, жаль, банков в Новгороде нет, чтобы взять ссуду, — пожалел, на минуту, что «здесь не там», что он не в 21 веке, Дан. — Хотя, идея неплохая, насчет банков, стоит обмозговать на досуге… Может, одолжиться у кого-либо? — задумался Дан… — Нет, слишком рискованно. Судя по Семену, в недалеком прошлом самостоятельным хозяином, а ныне наемным работником, сия мысль неудачна. Займы тут явно кабальные. Можно и без штанов остаться, не заикаясь уже о прибыли… Остается… Остается одно. Использовать опыт истории и украсть у будущих капиталистов, вернее, у их предков, идею рассеянной мануфактуры. Это когда кто-то ходит по деревне или по деревням, по домам в деревне, и раздает желающим подработать, допустим, мотки шерсти. При этом договаривается, что к такому-то сроку, они из шерсти сделают полотно. В положенное время этот кто-то забирает готовый товар — полотно и продает его в городе на рынке. После чего часть денег берет себе, а часть раздает крестьянам за работу. Разумеется, себе он берет большую часть… Или можно расплатится с крестьянами еще до продажи полотна и по заранее оговоренной цене, оставляя уже всю прибыль себе. Или… В общем, вариантов много. Но, так или иначе, именно с этого Западная Европа начинала свой капитализм… Чем мы хуже их? Мы тоже начнем с этого. Договоримся с местными гончарами о сбыте их продукции, потом соберем у них уже готовые — побывавшие в печи или только высушенные изделия и применим наше ноу-хау в росписи. После чего продаем все и получаем прибыль. Минус и неудобство — нужно ходить и договариваться с новгородскими гончарами, зависеть от их сволочности… — еще в 21 веке Дан понял, что, когда дело доходит до денег, люди, зачастую, из добряков становятся ба-альшими сволочами… — или от их доброжелательности, да еще делиться с ними прибылью. Плюс же и существенный — не надо вкладывать много денег, которых много и не имеется… В смысле, вкладывать в оборудование и рабочие места. И можно сосредоточиться на подготовке нужных людей. В нашем случае — художников. Ведь, гончаров, если что, набрать не сложно, а, вот, способных рисовать нужно искать, а затем еще и учить… Но другого выхода нет. Пока нет! И в плане лепки горшков, и в плане подготовки художников! Зато, когда объявятся подражатели и конкуренты, а они обязательно объявятся, и, хочешь-не хочешь, придется переходить на собственную лепку горшков и прочего — чтобы удешевить производство и уцелеть в конкурентной борьбе — у нас уже будут свои готовые кадры. Впрочем, мы и сейчас, наряду с использованием чужих корчаг, кувшинов, братин и так далее, не станем отказываться от собственной керамики. Ну, а потом… Кхм, вообще-то, лучше успеть до этого «потом». То есть, «подняться» до этого «потом». Ибо «потом» может и не быть, так как, скорее всего, появится Москва… И… И я уже в другом месте займусь чем-нибудь иным — возможно, тем же стеклом. Поскольку толком его еще нигде не делают, а спрос на него огромный… Главное, что Семен подсказал мне стезю, по которой нужно двигаться, — завершил, мысленно, свой бизнес-план и обзор своих перспектив на ближайшее средневековое будущее Дан. И, уже совсем подводя итог, подумал: — Да, и керамика, какую-никакую деньгу, всегда и везде будет приносить. Спрос на нее и в 21 веке не исчез… Однако, стоп, что-то я сильно разогнался, — притормозил сам себя Дан, — план, конечно, планом, но сначала нужно, все-таки, поговорить с Домашем. И, по возможности, сразу определиться с долевым участием.