Истории Раймона Седьмого (СИ) - Портнова Татьяна Анатольевна - Страница 64

-Пора,- сказала хозяйка. Солнечный мир дал трещину, и я почувствовал, что лежу на чём-то мокром и холодном.

-Хозяин, хозяин,- плакала Дунька,- вставай!

Я с трудом разлепил глаза. Было уже темно, бедная Дунька, сколько же она тут проплакала! И куда дед девался? Я встал на четвереньки, потом кое-как сумел подняться.

-Дуня, Акулька-то как?

-Лежит, хозяин,- всхлипнула Дунька,- живая.

Я подошёл к Акульке, упал на колени. Слава богу, не было лягушачьей шкурки. Акулька лежала, неловко подвернув руку, но на вид была вполне себе ничего.

-А она тут?- подозрительно поинтересовался я.

-Тут,- Дунька улыбнулась сквозь слёзы,- она поспит и в порядке будет. Эта её швырнула только. А ты совсем упал, страшно! А дедушка пропал, вроде был всё рядом, а потом пропал.

-Надо выбираться, Дунь,- сказал я,- помоги-ка.

Я осторожно поднял Акульку. Она повисла у меня на руках, как тряпичная кукла. Дунька уцепилась за мою куртку, пыталась взять за руку.

-Не надо, я дойду. Ты лучше дорогу показывай, а то я чего- то совсем плох,- пожаловался я,- у меня топографический кретинизм прогрессирует.

Мы поплелись куда-то, не разбирая дороги. Я плохо помню, куда и зачем я шёл, периодически я выпадал из реальности, наверное, даже падал, но ношу свою не выронил. Дунька тянула меня, пыталась поднять, под конец просто обхватила за пояс и поволокла. Резинку я где-то потерял, и волосы противно липли к лицу, потом начала играть музыка…сначала «Nightmare», раз десять подряд, потом «Diablo», потом «Kuchizuke», потом ещё что-то бактиковское…не помню уже.

Наконец мы приплелись на станцию, и увидели электричку, готовую к отходу. Отлично понимая, что если мы не успеем на неё, то нам придётся ночевать на станции ( и это в лучшем случае, учитывая наш офигенно креативный вид), мы рванули к ней из последних сил, влетели в последнюю дверь, вползли из тамбура в вагон и наконец приземлились на ближайших сиденьях…

Я уже говорил, что сразу беру и обратный билет? Вот такой я предусмотрительный. Поэтому мы рухнули, и я провалился в темноту, абсолютно без снов.

-Пошли отсюда, тут бомжи какие-то!- услышал я сквозь сон. Приоткрыл один глаз – какая-то молодёжь, четверо человек , брезгливо обходят нашу компанию. Как бы ещё ментов по наши души не вызвали, подумалось мне, но как-то лениво -отстранённо.

-Ваши билеты, молодые люди!- меня трясли за плечо. Пришлось снова просыпаться. Вот же зараза, никакого покою героическому лангедокскому графу…

Я таки открыл глаза и увидел кондуктора - даму за сорок весьма внушительных габаритов. Полез в карман, вытащил наши билеты.

-Откуда едете-то такие грязные? И что за дети?- строго спросила она, возвращая мне пробитые билетики.

-Да ходили на болото, за клюквой,- похоже фантазия моя сегодня выходной взяла,- после заморозков-то она слаще. Да вот заблудились с сестрёнками, еле из болота вышли. Хорошо, хоть на электричку успели.

Она с сомненьем покачала головой.

-И корзинки потеряли,- посетовал я,- дома прибьют. Я-то выходной, а девчонки со школы сорвались, за компанию…

-Вот же бестолковые,- женщина покачала головой,- как вас мать только из дома отпустила.

-Ну, вот так,- я немного начинал въезжать в реальность,- мама она у нас клюкву любит.

У меня в кармане заиграл телефон. Я улыбнулся кондуктору и осторожно, чтоб не потревожить спящую Акульку вытянул его из кармана. Мама дорогая, чего я натворил-то! Куча пропущенных вызовов, от Маши, от Петровича…они ж там с ума сходят!

-Марусь,- виновато сказал я в трубку,- прости засранца , заблудились мы, всё в порядке, домой едем на электричке. Ты там Петровичу скажи, чтоб МЧС и прочие спецслужбы отозвал, ладно?

-Граф,- закричала Маша,- ты, скотина гадская, ты почему трубку не берёшь! Я ж с ума сошла, все чуть не чокнулись, мы ж вас искать хотели уже ехать!

-Мань, мы приедем минут через сорок, я всё расскажу, только не волнуйся, солнышко,- подхалимским тоном просил я. Она и плакала и смеялась, похоже одновременно.

Кондуктор отошла от нас и пошла в другой вагон, а я снова заснул.

Наконец мы приехали. Я кое-как растолкал сначала себя, потом девчонок. Акулька, к моей радости проснулась и шла практически самостоятельно. На выходе из вокзала я увидел группу полицейских, около них стояли те четверо из электрички, и показывали на нас. Блина, подумалось мне, а мы ничего сделать не можем , сил не было совершенно. Полиция направилась к нам, но тут перед зданием тормознула до боли знакомая жёлтая «Газель», из неё выскочила Маша, за ней Петрович , Лариса, Игорь выбрался с шофёрского места…все кинулись к нам, обнимать, целовать и жалеть. Мне вдобавок прилетело ещё пару раз по затылку. Чтоб мозги уже включать.

-Владька очнулся,- сообщила мне Маша, когда мы уже подъезжали к дому, и я подробно рассказал всю нашу скорбную повесть.

-Да мы поняли,- улыбнулся я,- мы вообще-то догадливые!

-Поняли они,- проворчал Петрович,- кстати, нам тут какой-то Водяницын из Шишигина звонил, говорит- встречайте своих, на последней электричке приедут.

-Дедушка,- сказала Дунька,- он, наверное, нас до станции проводил.

-А давайте больше никуда не встревать, а?- жалобно попросила Маша.

А что я? Я только «за»! И почему на меня все так смотрят? Чистую правду же сказал!

И, кстати… резинку мою никто не видел, а?

Арка четвёртая. Здрассьте, .опа, Новый Год!

История первая. Корочун.

-Граф, - сказала Маша, - а ты в курсе, какой месяц на дворе?

Я посмотрел в окно. Ничего утешительного - ветер гнал снег с дождём, голые деревья, промокшая чёрная ёлка под окном… грязь и слякоть.

-Вроде декабрь,- осторожно предположил я,- а что? Я, конечно, могу ошибаться, но вроде бы уже зима, не?

-Именно, что декабрь!- с пафосом воскликнула Маша, - Новый год скоро. Ты как во сне живёшь, честное слово! Во всех магазинах уже украшения продают, и ёлки стоят!

-Вон оно что…- протянул я,- а я- то думаю, чего они! Ну, до нового года ещё дожить надо, там сначала корочун идёт, потом Самхейн…а вот если их переживём, то и про Новый год можно подумать. Хотя это всё извращения буржуазные.

Девчонки воззрились на меня с каким-то труднопередаваемым выражением, типа - умный ты хозяин, и вещи правильные говоришь, а всё ж таки дурак.

-Раймон,- Маша тоже уставилась на меня, как на чудо невиданное,- ты свои замашки неформальные брось. Детям праздник нужен, а ты со своим корочуном!

-Хозяин,- робко встряла Дунька,- так корочун-то он разве тут бывает? Мы думали, про него только у нас и помнят! А тут, в городе только Новый год.

-Наивные,- проворчал я, - ещё как бывает! И такое попадается, что лучше и не вспоминать! Был у меня один случай, брр… даже рассказывать не буду!

-Что за случай?- подозрительно поинтересовалась Маша,- ну-ка, излагай!

-Марусь, не проси,- я вздохнул,- самому страшно до сих пор. Три года прошло, а страшно.

Девчонки придвинулись поближе, глаза у них так и засверкали, они, как все дети, страшные истории любили.

-Знаешь, граф,- Маша нахмурилась, - отвечать надо за свои слова! Тебя никто за язык не тянул, а если проболтался, то говори всё, как есть. А мы уж сами решим, бояться или нет.

-Ну, Мань, помнишь, как я под машину попал?- спросил я,- потом ещё с мужиком расплачивался?

-Помню, кто ж не помнит,- она внимательно на меня посмотрела,- и что? Мужик что ли корочун был? Или у тебя тогда сотрясение cлишком сильное приключилось?

-Да нет, Марусь, - я понял, что отвертеться не выйдет,- я тому мужику по гроб жизни обязан, вообще-то. Если бы он тогда мимо не ехал, хрен бы я ушёл.

-От кого?- выдохнула в предвкушении Акулька.

-От монстра,- я собрался с духом и начал рассказывать. История была страшная, несмотря на то, что дурацкая, при воспоминании у меня снова мороз по коже пробежал.

-Я с работы ехал, я всегда в автобусе сплю,- начал я,- а тогда ещё и учёба, и работа, и всё разом свалилось, спать некогда было, вот только в транспорте. Ну, я и заспался. А потом как шёл с конечной через лес домой, там он меня и поймал… почти поймал,- поправился я.