Четвёртый прыжок с кульбитом и портфелем (СИ) - Сербский Владимир - Страница 66

- Президент Никсон считает, что надо ускорять программу «Союз-Аполлон». У нас есть еще несколько предложений по мирному освоению космоса. Как вы смотрите на совместный полет наших космонавтов в самое ближайшее

время?

- Закончите войну - будем ускорять, - буркнул Брежнев.

Хелмс понял, что затеял разговор несколько преждевременный, перешел к следующему пункту:

- Недавно президент Никсон сделал заявление по поводу изменения валютной политики...

-      Это когда вы золото убрали из доллара? - хмыкнул Леонид Ильич. - Я в курсе. Ваш Киссинджер сделал нам несколько предложений. Мы на них рассчитываем.

-      То есть договоренности в силе?

-      Если вы будете держать слово... Тогда мы продолжаем работать с долларом. Но в первую очередь нам нужно зерно! По ценам, ниже мировых в два раза, как договаривались. И еще. Киссинджер обещал, что нефть подорожает на мировых рынках в пять раз. Для нас это важно.

-      Да, сэр. Именно так и будет.

-      Третье: вы поставляете нам ряд фабрик химической промышленности. На мировом уровне, конечно.

-      Да, сэр.

-      Про группу заводов «КАМАЗ» говорить не будем, вы там работаете. Но надо увеличить обороты на стройке, - Брежнев махнул рукой. - Как у нас говорят, пятилетку за четыре года. Сделаете?

-      Да, сэр, - директор согласно кивнул. - Кроме того,

компания «Пепси-кола» готова развернуть в СССР производство лучшего в мире напитка. И еще мы предлагаем совместный      советско-американский      проект

животноводческого комплекса на Кубани. Самое современное оборудование поступит из США.

-      Хорошо, - Брежнев повернул голову, и рюмки вновь наполнились. - За это стоит выпить.

Поняв, что аудиенция подходит к концу, Хелмс выложил на стол коробочку:

-      Вот, господин Генеральный секретарь, примите подарок от президента Никсона.

-      Что это? - Брежнев заинтересованно протянул руку.

-      Американские электронные часы, - с треском раскрыв упаковку, директор вложил ее в руку Леонида Ильича. - Новинка, в продаже такого нет. Товар только готовится к выходу на рынок. Корпус золотой, экран на жидких кристаллах.

-      Красиво выглядит штучка, - восхищенно протянул Брежнев. - И циферки смешные. Спасибо. Ну что, еще по рюмочке?

-      Давайте, - директор ЦРУ пил из низкого хрустального стакана, который поставили на стол специально для дорогого гостя. - Скажите, что за напиток мы пьем? Какой-то особенный сорт русской водки? Похоже на виски, но вкус специфический.

-      Не нравится? - нахмурил густые брови Брежнев.

-      Почему же, - возразил Ричард. - Оригинальный необычный вкус.

Брежнев расхохотался:

-      Это кубинская самогонка. Фидель Кастро недавно приезжал, подарил. Хорошая вещь, забористая. Скажите?

Переводчик директора ЦРУ закашлялся. Весь вечер Майкл с наслаждением цедил эту гадость золотистого цвета, думая, что к столу Генерального секретаря в хрустальном графине подали какой-то элитный виски. Черт, так облажаться...

Тем временем хмельной Брежнев хитро прищурился, глядя на руку директора:

-      А вы что за часики носите, Ричард?

-      Наручные часы «Улис Нардин», - с готовностью ответил Хелмс. - Штучная работа, Швейцария. Друг подарил.

-      Хорошие часики. Вы знаете, мои часы тоже подарочные. Махнем не глядя? - ладонью Леонид Ильич прикрыл левое запястье.

-      Что такое «махнем не глядя»? - спросил директор своего переводчика.

Но Майкл сам не понял. Брежнев пояснил:

-      На фронте так было принято между друзьями - меняться вещами на долгую память. Или не воевал?

-      Я в штабе служил, - директор пожал плечами.

-      Понятно. Так что, махнем не глядя?

-      А почему нет? - Хелмс расстегнул кожаный ремешок в полной уверенности, что Генеральный секретарь ЦК КПСС плохих вещей не держит.

Приобретение сунул в карман. И какое было удивление наутро, когда он разглядел его - часы главы СССР оказались обычной «Ракетой» в стальном корпусе. Единственным утешением было понимание того, что это носил сам Брежнев. В любой компании можно будет похвастать, и все станут завидовать.

На подмосковном аэродроме тайную делегацию ожидал «Ту-154» болгарской авиакомпании. Желающих проводить гостей прибыло немного, оркестра и флагов не было. Все как один в серых костюмах и шляпах, провожающие стояли

тесной группой. К трапу самолета подошел только генерал Ивашутин.

-      Генерал, один вопрос на прощание, - директор ЦРУ понизил голос, хотя прогреваемые турбины свистели прилично. - Президент Никсон готовит господину Брежневу сюрприз. Он знает его страсть к автомобилям, но находится в затруднении. Есть серьезный вариант, вроде «Линкольна». Или, может быть, взять новенький «Кадиллак» с кузовом купе?

-      К сожалению, я плохо разбираюсь в марках американских автомобилей, уж простите невежу, - глядя на переводчика, генерал голос не понижал. - Зато я неплохо изучил диверсии против Фиделя Кастро. Мы со счета сбились, честно говоря... Ядовитые пилюли и сигары, носовые платки, взрывчатка, отравленная пища и смертельное вино. Если чего- то забыл, напомните.

Директор ЦРУ молчал, улыбка сползла с его лица.

-      Бесчисленных стрелков ловить там просто устали. Вчера на Кубе нейтрализована группа террористов, заброшенных с Майами. Пять человек - снайпер, второй номер, пулеметчик и два разведчика-наводчика. Они дали признательные показания и расстреляны. Предупреждаю, у кубинских товарищей терпение лопнуло. В следующий раз возмездие настигнет инструкторов вместе с наставниками.

-      Вы мне угрожаете? - поднял брови Хелмс.

-      Нет, взываю к вашему благоразумию. В ближайшее время в адрес правительства США будет направлена кинопленка с последними интервью нескольких диверсантов. Есть там признания и бывших сотрудников ЦРУ Мы надеемся, что после этого ваше правительство запретит спецслужбам США организовывать политические убийства или строить планы покушений. У меня все, счастливого пути.

Ивашутин собрался идти, но вдруг спохватился:

-      Да, чуть не забыл, зачем приезжал: Леонид Ильич просил передать господину Никсону большой привет и наилучшие пожелания.

Глава сорок шестая, в которой книга заканчивается

На кухне собственной квартиры я готовил ужин, когда позвонил Николай Уваров.

-      У меня есть разговор, - сообщил он. - А у тебя коньяк есть?

-      В Греции все есть, - солидно кивнул я. - Даже самогон от Нюсиного деда. На таких травах - закачаешься!

-      Мне уже нравится ход твоих мыслей, - хмыкнул он. - И дед Анечки.

-      Фаина Раневская в подобной ситуации советует стучать ногами, - вкрадчиво уточнил я.

-      Почему ногами?

-      Ну не с пустыми же руками ты припрешься!

-      Ладно, - согласился Коля, - высылай черное одеяло.

А почему нет? Мне оставалось лишь руки полотенцем вытереть, и транспортная услуга была оказана мгновенно.

-      Вкусно пахнет, - оглянувшись, Коля цапнул с тарелки тонкий слайсик окорока. - Знакомый запах хамона...

-      Мне сегодня везет. Этот аромат Нюся тоже притащила от деда, - подтвердил я его догадку.

-      Еще есть?

-      На столе все, что осталось, - я развел руками. - Вот колбаски немного. А кабанчика дед будет резать только осенью.

-      Так-так, - пробормотал он свою присказку. - Кстати, где хозяйка?

-      На работу пошла, - я развел руками. - У них там репетиция перед выступлением.

Цапнув кусочек колбаски, Коля решительно заявил:

-      Передай Анечке, что осень уже наступила.

-      Думаешь?

-      Уверен, - бросив на стол спортивную сумку, он уселся. - У меня скоро новоселье, у Антоновых родителей тоже. Скажи ей: нечего тянуть. Пора.

Спорить я не стал. Правильная колбаса в холодильнике мне самому не помешает. Кивнул на сумку: