Пятый прыжок с кульбитом (СИ) - Сербский Владимир - Страница 36

-    Лопаты, садовый инвентарь. Летний душ сделаем, - Антон врал, как сивый мерин. - И еще хозяин собрался мотоцикл покупать.

-       Какой инвентарь, Антон? - капитан возмущенно загремел спичным коробком, прикуривая папиросу. - Какой, к чертям собачьим, мотоцикл? Да в этом ангаре парочку танков спрятать запросто!

Конечно, участковый был неправ. Точнее, полностью ошибался - на площади в тридцать квадратных метров можно поместить только один танк. Да и тот не весь. Пушка не влезет, ствол наружу торчать будет. Однако, уважая старость, Антон деликатно промолчал. Спорить и критиковать хилый размер чужого жилья он не собирался.

-    Ладно, друг мой. Где разрешение на строительство? - капитан перешел к конкретике.

-      На сарай проект не нужен, дядя Гриша, - вежливо осадил его Антон. - Мы в райисполкоме узнавали. Это временное сооружение.

Мне оставалось лишь головой покачать - никуда Антон не ходил, а воспользовался моей памятью. Там хранилось много разной полезной информации, и папка «Гражданский кодекс РФ» в наличии имелась. Детали он позже уточнил в интернете. Оттуда парень и почерпнул, что сооружение на подворье, вроде сарая, является движимым имуществом в том случае, если его можно разобрать, переместить и собрать снова. А то сооружение, которое нельзя разобрать без значительного ущерба, является недвижимым, и подлежит государственной регистрации.

Тема спорная. Но, слава богу, Антон не вступил на скользкий путь диспута. Промолчал, ничего такого вслух не сказал. Молодца, моя школа! Знает, что на допросе следует помалкивать. А если говорить, то убедительно и немногословно. Как говорится, у мудрого человека длинные уши и короткий язык.

-Ладно, сарай можно сколотить и без проекта, - добродушно хохотнул участковый, и тут же показал ментовский норов: - Допустим, допустим... А документы на стройматериалы имеются?

Выпустив воздух сквозь зубы, я жёлчно хмыкнул. К этому каверзному вопросу мы заранее приготовились. В ответ на стук молотков строителей, соседи должны были непременно настучать куда надо, что они и сделали. Но нас не догонишь! Накладные имелись не только на доски. И на гвозди были квитанции, и даже чеки на цемент.

Внезапно раскрылась внутренняя дверь, и на веранду из коридора вышагнула бабушка. Этому я несказанно удивился. Причем не моему старенькому бушлату и перчаткам на ней, а самому явлению.

-    Откуда вы здесь, Степанида Егоровна? - вырвалось из меня.

Говорил я негромко, тихим тоном, и бабушка понятливо приняла его:

-      И тебе доброе утро, Антоша, - она улыбнулась, подворачивая рукава бушлата. - Подумать страшно, сколько снега за ночь навалило! Вот иду во двор, надо же это убирать.

-    Мы с Антоном вроде управились, - отмахнулся я. - Но не об этом речь.

-    А, вот ты о чем! - снова усмехнулась она. - Так я из командировки вернулась, вчера вечером. Ну и зашла Верочку проведать. А тут унитаз прямо в доме! Беленький, гладенький, сидушка мягонькая... Это же чудо чудесное, я в него прямо влюбилась! Так что решила здесь ночевать. У вас хорошо, дома условия хуже. И ты же потом ванну поставишь, да?

Я кивнул, подтверждая это намерение. Конечно, поставлю. Я много чего задумал, и скрывать мне особенно нечего - еще биде пришпандорю рядом с унитазом. И душевую кабинку в другом углу. Само собой, электрический водонагреватель на стенку воткну. Подходящие варианты давно присмотрел, осталось всего лишь время найти. Честно говоря, дело не только в заботе о детях, Антоне и Вере. Я же здесь тоже живу, верно? И Нюся часто бывает. А зимой в дворовый сортир так просто не набегаешься - он у забора в конце сада. И прежде чем засесть в щелястом скворечнике, в позе горного орла, листающего газету «Правда», нужно тепло одеться. А потом вооружиться лопатой, чтобы дорожку расчистить, и дверь уборной от сугроба освободить.

Зимний туалет оставляет настолько яркие впечатления, что они сохраняются на всю последующую жизнь. Именно поэтому, первым делом, в пристройке появился ватерклозет. Пока без кафельной плитки, зато с нежной туалетной бумагой «Зева». Она такая мягкая, что ей можно доверить самое дорогое. Это очень важно, даже Степаниду Егоровну проняло...

-     Так что зимовать здесь буду, - заключила бабушка самым решительным образом, мимоходом погладив собачку по голове. - А что? Курочек сюда еще месяц назад переправила, а вещички перевезти - плевое дело. В деревенский дом смотрителя назначу, там желающих родственников много найдется... А за Нинкиной хатой отсюда пригляжу, тут же только огород перейти.

-    Хм... - я принялся переваривать неожиданное заявление.

-    А что за голос там во дворе, такой знакомый? - бабушка обратилась в слух. - Похоже на здешнего участкового, капитана Иванченко.

-      Он и есть, Степанида Егоровна, - вздохнул я. - Приперся, понимаешь, с утра пораньше, и к нашей пристройке докопался. Точно какая-то скотина кляузу накатала. Как бы этот Иванченко стройку рушить не заставил...

-    Да ладно?! - недоверчиво вскинулась она.

-    Ага, - я солидно кивнул. - Роет подкоп, как экскаватор на субботнике.

-      Ну, Гришка, чего удумал! Эх, дела... - бабушка блеснула возмущенным взглядом, совсем не старческим, и добавили непонятное: - Эх, дела, ночь была, их объекты разбомбили мы дотла...

-    Чего?

-      Ничего. Ирод окаянный, я вот ему порушу! Звиняй, Антоша, некогда мне болтать. Пойду на воздух, делом займусь.

Бодрой трусцой бабушка ринулась в смертельную схватку за унитаз, а Антон тем временем успел притаранить из летней кухни папку с документами. Большей частью в сером скоросшивателе была подшита липа, конечно. Чистая дезинформация, но качественная. Бланки, подписи, печати - красивые, не подкопаешься. Дело в том, что добротные материалы для ремонта в это время честно купить невозможно. Желающих много, а магазинов мало. Слава богу, бригадир шабашников свое дело знал туго, с рынком стройматериалов дружил. В общем, не первый год замужем, с филькиной грамотой справился.

Разговоры за окном поутихли, только участковый шуршал подшитыми документами.

-     Здоровеньки булы, Григорий Захарович, - послышался бабушкин голос. - Давненько не виделись.

-    Степанида Егоровна? - изумленно воскликнул капитан. - Вы ли это? Глазам своим не верю! Дай бог здоровья, конечно, но вас не узнать!

-      На свежем воздухе частенько бываю, сынок, - назидательно бросила бабушка. - Жизнь бьет ключом, некогда болеть. Ты вот тоже, я гляжу, ранние прогулки любишь. Или не спится? А может, дело какое к Тоше привело?

Бабушка, конечно, сильное оружие, и подавить своим авторитетом может не только позиции участкового. Почетная пенсионерка, депутат, орденоносец... Однако пускать на самотек это дело я не собирался. Выдохнув, собрался. Серьезно настроился, и принялся транслировать капитану умиротворение, сдобренное расслабленностью. Не сходя с места, прямо через занавеску и оконное стекло. Работал целую минуту, аж взопрел от напряга.

Однако первой на коварное излучение отреагировала овчарка - она широко зевнула, завалилась набок и мощно захрапела. Хм... Опять побочное явление. Но не страшное, нехай болезная поспит.

А за окном продолжался диспут.

-      Поступил сигнал о странной стройке, Степанида Егоровна, - извиняющим тоном сообщил капитан. - Обязан отреагировать.

-     Злые языки, - убежденно отрезала бабушка. - Наговаривают. Брешут что ни попадя, а ты веришь?

-     Да уж, не перевелись еще любители анонимок, - согласился участковый, но потом спохватился: - А как поживает Нина Ивановна? Здорова ли?

-    А что ей сделается, - хмыкнула бабушка. - У нее работа тихая, спокойная. Ну ты же знаешь. Только вот Нина в командировке немного застряла, а так все нормально.

Капитан недоверчиво нахмурился:

-    А когда домой вернется?

-    Это, милок, только ее начальству ведомо.

-    Ну да, ну да...

-     Слушай, Григорий Захарович, а чего это мы мерзнем на холоде? - сладким голосом вдруг вопросила бабушка. - Самое время выпить чайку! Да, Тоша? Приглашай гостя к столу, раз такое дело. В тепле и документы листать сподручнее.