Пятый прыжок с кульбитом (СИ) - Сербский Владимир - Страница 42

-       Товарищи студенты, разрешите вопрос? - подал голос неизвестный мужчина, представитель министерства культуры. Баритон оказался таким же безликим, как и он сам.

-    Германские студенты захотят пообщаться, у них это запросто. Кто-нибудь знает немецкий язык?

В оркестре поднялось несколько рук.

-    Очень мало, - огорчился представитель. - Почему так?

-    У нас в основном инглиш, - пояснил Антон. - Еще френч. А дойча совсем мало.

-     А ты немецкий хоть немного знаешь? - опытный товарищ моментально вычислил в Антоне реального руководителя оркестра.

-     Несколько слов вроде «Хальт», «Хенде хох» и «Шнеллер». Это все дети знают. И еще пару фраз, - сказал Антон. А затем быстро пролаял по-немецки: - Есть закурить? фамилия? Номер части? Кто командир? Отвечать, засранец!

-     Если это была шутка, - представитель поджал губы, - то не надо ее повторять при иностранных студентах. Хорошо? А что надо говорить, мы вам отдельно расскажем.

-     Мы можем разучить немецкую песню, - Антон попробовал съехать с темы. - Я по радио слышал.

Он взял в руки гитару

Мы все живём в Америке. Америка замечательная страна. Мы все живём в Америке, Америка, Америка.

Все танцуют как угодно, Выбирают стиль свободно Но контроль и чуткий глаз Нужен каждому из нас.

То, что композицию «Америка» группы «Рамштайн» он слушал не по радио, а по интернету, Антон говорить не стал. И автора песни Тилля Линдерманна, в настоящее время первоклассника из ГДР упоминать ни к чему. Не поймут.

Представитель министерства культуры оживился:

-       Текст хороший, ирония понятная. Но почему по-русски? Ты же сказал, песня немецкая?

-    Так мне это приятель перевел потом, с магнитофона. Все равно я в дойче ни бельмеса. Тут есть еще несколько куплетов, но антивоенная направленность ясна:

Всем приятно, все довольны, Всем народам танец сольный, Стоит свобода как стена И только иногда война.

Весь наш мир уже Америка, Америка, Америка.

Антон уставился в зал:

-    Ну как?

-    Гм... сказал проректор. - Ох уж этот ваш рок...

-    Здесь найдется работа и для струнной группы, и для хора. А на немецкий мы обратно переведем, попросим преподавателя с кафедры иностранных языков, - Антон повернул голову. - Да, Наталья Николаевна?

О том, что оригинальный текст можно качнуть из интернета, я Антону напоминать не стал. Пусть переводят, может у них лучше выйдет?

-    Песня на немецком языке для заграничных студентов - это политически правильно, - важно сообщил представитель. - Вы работайте, потом на худсовете посмотрим.

Глава двадцать третья, в которой

вольному

воля -

спасенному рай

В вестибюле, прямо на выходе, нас перехватили братья Сиротины.

Федот и Кот вырядились по последней моде - в югославские дубленки, норковые шапки и монгольские кожаные штаны. Пижоны, блин. Шарфы на них красовались, конечно же, мохеровые, а ботинки немецкой фабрики «Саламандер» прямо-таки бросались в глаза. В магазинном ценнике импортные дубленки именовались «цигейковое пальто», но простой народ этого не знал. Вместе с модными шапками и мягкими «монгольскими джинсами», до торгового зала хитрые пальто не доходили, растворялись в нетях бесследно.

-    Чего надо? - мрачно буркнула Анюта, выдвигаясь вперед и закрывая собой Антона.

Сбоку нарисовался Денис. С безразличным видом он крутил в руке ключи с волговским оленем на брелке. Характерный жест бывалого таксиста... Другая его рука затаилась в кармане.

-    Анечка, солнце мое! - дурачась. Кот поднял руки вверх. - С каждым разом ты все краше и все выше! Мы тоже рады тебя видеть.

-    Вот, - сказал Федот, протягивая огромный конус, обернутый в газеты. - Розы для Веры. Беременные женщины любят, когда перед ними извиняются и просят не держать зла.

Ошарашенный Антон принял пакет, а у меня вырвалось:

-    Откуда знаешь?

-     Тоха, мы живем в большой деревне, - хмыкнул Федот. - И еще наш друг учится в мединституте вместе с Верой. Шила в мешке не утаишь - как говорится, факт не только на лице.

Тем временем Кот поднял с пола две тяжелые авоськи. Содержимое их было непонятно, поскольку тоже оказалось упрятано в газеты. Но Кот тянуть не стал, позволил себе пояснения:

-     Здесь редкие заморские фрукты. Апельсины, мандарины, бананы. Вере понравится, девушки в положении такое любят.

Да уж, накачанный боксер угадал: Вера метала мандарины как семечки. Анюта уже замучалась бегать в Гагру на местный рынок, ее там стали узнавать и здороваться. Остальное я приносил из нашего времени, но ничего не залеживалось.

-    А во втором пакете наши поздравления молодым: крымское вино и коньяк. Все коллекционное, к новогоднему столу в самый раз.

-     И что за это? - ехидно улыбнулась Нюся. - Билеты в Малый зал на новогодний концерт?

-    Пригласительные билеты нужны, - солидно кивнул Федот. - Десять штук. Но за это отблагодарим потом. Кстати, Анечка, для твоей мамы там отдельно завернута пара бутылок финского ликера, из черники и брусники. Заметьте, качественная штука, весьма пикантный вкус.

Лицо Нюси разгладилось, но улыбку она сдержала:

-   Ладно, будут вам билеты. Говори, чего хотел.

Федот немедленно перешел к делу

-      Скоро у вас в институте нарисуются студенты из немецкой консерватории. И некоторых будут селить в русских семьях - тех, кто пожелает. Оказывается, на Западе это в порядке вещей. Вот адрес, сделайте нам студентку из Германии.

-    Можно две, - быстро добавил Кот.

-   А три не хотите? - Нюся скривила яркие губы в язвительной улыбке.

-   Да хоть четыре, - Кот повел мощными плечами. - Нас трудностями не напугать.

Антон мысленно вспыхнул:

-   Дед, как послать человека нафиг, чтобы он не обиделся?

-    Просто скажи ему «Иди ты нафиг, и не обижайся», - машинально ответил я старой шуткой.

И хотя диалог проходил по внутренней связи, Анюта смысл нашего разговора почуяла. Она собралась возразить своим образом, однако я ее осадил:

-    Погоди, милая. Тут надо все обдумать. А пока, ребята, слушайте анекдот на эту тему.

Пациент спрашивает у доктора:

-    Если я буду в презервативе, то могу подхватить венерическое заболевание?

-   Гэрантии дать не могу, - отвечает доктор.

-   А если я надену два?

-    Не знаю, не знаю... Неуверен.

-   А если я надену три?

-   Знаете что, надевайте четыре, и сидите дома!

Парни заржали, даже Денис сбоку хмыкнул. А Нюся поджала губы. Анекдоты ниже пояса она считала неприличными.

Я добавил в голос строгости:

-    Значит, вам квартиранток? Парни, а кто в теремочке живет?

-    Мышка-норушка и бабушка-старушка, - серьезно ответил Федот. - Бабушка родная, не переживай. Но когда надо будет, ее там не будет. Квартира хорошая, трехкомнатная. Цветной телевизор, ванная комната со стиралкой, большая кухня, холодильник «Розенлев». Посуда и хрусталь тоже есть, примем гостей по высшему разряду! Мирным занятиям студентов никто не помешает.

-   Так-так, - задумался я. - А теперь колитесь, ребята. Откуда дровишки? И пожалуйста, без шуток, давайте все детали и подробности.

-    Так никакой тайны нет! - Федот пожал плечами. - В обкоме партии прошло большое совещание, и уже не первое. Обсуждали, как будем брататься с немецким городом Дортмунд.

Из его рассказа вытекало, что решение отцов нашего города стать побратимами одобрено на самом верху давно. Впрочем, Федот не догадывается, но могло быть и наоборот: наверху сами решили, а отцам города довели сей факт. Так что речь на совещании в основном шла о программе визита немецкой делегации - встречи с трудовыми коллективами и культурная программа. Ипподром уже ремонтируют, театр Максима Горького красят, музей русско-армянской дружбы реставрируют.