Пятый прыжок с кульбитом (СИ) - Сербский Владимир - Страница 74

И хотя здоровяк веточкой не выглядел, он оказался падок на женское внимание - рухнул как подкошенный. Крупное еще тело падало, когда Ника пробила в горло второму бугаю согнутыми фалангами пальцев. И тоже навынос. Скорее всего, она продемонстрировала детине «удар леопарда». Третий мордоворот успел поднять руки, но это не спасло его от акцентированного тычка кулаком в низ живота. А ведь там мочевой пузырь... Неприятный удар, за которым следует опорожнение. И мигом потемневшие джинсы подтвердили мои опасения. Называется этот прием «драгоценная утка проплывает сквозь лотос», а последствия бывают именно такими. Я знаю это четко, потому что вьетнамцы, что с вещевого рынка «Темерник», как-то рассказывали и показывали. Мы тогда на рыбалке хорошо посидели, дело у костра дошло до охотничьих рассказов с демонстрацией приемов зрителю. Зрителю понравилось. И тогда, и сейчас.

Тем временем гопник Осинов развернулся для бегства, сделал шаг... Но не преуспел в этом начинании, ибо безо всякой паузы словил от Ники пинок ногой. Обидно получил, в промежность. Издав сдавленный вопль, Осинов взмахнул руками, и в сложном балетном «па» снова развернулся. Видимо для того, чтобы поймать еще один удар ботинком, теперь уже в грудь. Жаль, но название этого приема припомнить не удалось. Ну да ладно, все равно эффектно у Ники вышло - я только глазьями моргнул пару раз, а тут уже четыре кучки тел.

Надо заметить, неплохо полиция работает! Она даже не запыхалась, щечки только зарумянились. И четыре патрона сэкономил. Блин, о чем это я?! Всякая ерунда в голову полезла. Сам же мог остановить время! И решить мог все сам, без хрупких женских рук. Мочь-то мог, однако дошло до дурной головы это только сейчас. Во всем виновата интуиция. Спала, гадюка, как убитая. С ней так бывает иногда, когда опасности она не замечает. И еще поверх свежих мыслей вспыхнуло удивление:

-    Как же так, Ника? Ты же вроде мастер по шпаге...

-      Не только. Имею красный пояс по кунг-фу, - горделиво улыбнулась Ника. - Правда, недавно бросила это занятие.

-    Почему?

-    Другим увлеклась. В смысле, тайским боксом, - она стеснительно опустила глаза.

Да уж, современные женщины сложные существа, и увлечения их разнообразны. Где розовая лента на чепчике и пяльцы для вышивания? Кто видел вязальные спицы в их руках, люди добрые? Нет, элегия о беззащитности прекрасного пола уходит в прошлое. А чем дальше идет эмансипация, тем ближе полная дискриминация мужчин.

Вдруг, сменив тон, Ника властно отчеканила, глядя мне за спину:

-    А ну стоять!

В руках ее образовался черный пистолет, который она выхватила откуда-то из подмышки. Ну вот: еще один женский предмет, заменивший барышням мулине, пряжу и кружева.

Я обернулся, чтобы воскликнуть:

-    Ника, брейк! Это свои ребята.

-    Вы полагаете? - она сделала вид, будто удивлена.

-    Моя охрана.

-    Хм... Когда двое специально обученных людей целую минуту валяют трех несчастных быков, это не охрана. Это бурлеск в сонном царстве, - процедила Ника, блеснув фиолетовыми стрелами. - Хреновая у вас охрана, уважаемый босс. Но ничего, я займусь этим. Защита вашего тела вместо сексуальных услуг, так пойдет?

Ответить я не успел.

-      Что делать будем, Антон Михалыч? - один из охранников по прозвищу «Седьмой Шрам» приблизился, сторожко косясь в сторону Ники. В глазах его читалась зависть и обида. Тем временем Четвертая Борода докладывал начальству по телефону.

-    В смысле, «что делать»? - не понял я. - Кажется, все уже сделано.

-      В наше «Рено» столько не влезет, - пояснил Седьмой Шрам. - Автобус надо вызывать.

Да уж, эпическая вышла битва: четыре тела валялись спереди, еще три сзади. Ника осмотрела поле боя, затем взглянула на бойца охраны оценивающим взглядом. И приняла решение:

-      Нельзя вам их забирать. Слишком много зевак наблюдало этот цирк, возникнут лишние вопросы.

А ведь девчонка права, подумал я. Пять минут назад тут было неслабое движение, это сейчас народ разбежался и попрятался. И жилой дом вон торчит через дорогу, зрителей там тоже проживает целая туча.

Тем временем из будки возле шлагбаума осторожно выглянул сторож местной охраны:

-     На кнопку я нажал, Антон Михалыч. Наши уже бегут, и сейчас полиция приедет. Или надо им позвонить?

Ника усмехнулась:

-      Вы пользуетесь популярностью, как я погляжу. Все-то вас знают, даже бандиты... Предлагаю, значит, такой вариант: я здесь шла одна. Ко мне пристали эти люди, оскорбили словом. Завязалась перебранка, потом конфликт перешел в потасовку. Вас тут не было.

-    А если свидетели найдутся, или какое видео в сети всплывет? - засомневался я.

Ника отмахнулась:

-     Это уже детали. Нападение на полицейского налицо, вина хулиганов очевидна. Дело будет вести следователь нашего райотдела, все вопросы я решу. В конце концов, если вас достанут, скажете: вы подошли, когда уже все кончилось. Предложили помощь, я отказалась. Понятно?

Главный богатырь замычал и начал шевелится. Ника пнула его носком ботинка в бок:

-    Сам ты жопа, понял? А у меня попочка!

Глава сороковая, в которой выясняется — все неприличные слова в давние времена назывались «нелепыми глаголами»

Перед шлагбаумом резко затормозил знакомый «Порше Кайен», в задний бампер ему почти уткнулся серый «Рено Логан». Из него полезли парни в черной форме охранного предприятия «Стена». Ощетинившись тупорылыми автоматами «Кедр», они заняли оборону вокруг кроссовера.

-    Чисто, - бросил себе в плечо один из бойцов.

Из бронированного нутра «Кайена» бодро вывернулся Артем Трубилин, огляделся внимательно.

-      Лесорубы, блин. Нас боится и пурга, и косматые медведи. Наша родина тайга, дед Морозу мы соседи... Ничего не перепутал? - пробормотал он негромко, ловким движением убирая пистолет в подмышечную кобуру. - Здорово, Михалыч.

-    Привет, Артем, - отозвался я. - Однако вы быстрее пули долетели.

Трубилин хмыкнул небрежно, продолжая оценивать обстановку:

-    Так получилось, звонок застал в пути. Мы как раз в больничку ехали, твоих пациентов проведать.

С докладом к нему поспешил Седьмой Шрам, и только потом из машины плавно вышел Коля Уваров. В стильном кашемировом полупальто, наглаженном костюме и блестящих штиблетах, он выглядел крайне импозантно.

-      Так-так, - пробурчал Коля свою любимую присказку. - Нет, Антон, я с вами тихой смертью не помру. Господи, как же вы мне надоели со своими приключениями... А это, значит, наш герой, лейтенант полиции Авдеева?

Ника была в гражданской одежде: синей куртке «Аляска» и просторных штанах «Шторм». Точно в таком же наряде здесь щеголяет Анюта. Тем не менее, Коля сразу узнал Нику. Хм... Безбожно стучит моя охрана обо всех контактах, и наверняка фотки шлет. Черт бы их побрал, этих барабанщиков.

Коля, видимо, уловил мои мысли.

-        Полковник Трубилин, охрана Бережного заслуживает осуждения и порицания. Мутанты-переростки, блин, - сухо сообщил он свой вердикт. — Здоровье им Антон поправил, но мозги при этом явно усохли. Но ничего не поделаешь, надо работать с тем человеческим материалом, который есть. Помнится, Господь как-то сказал Моисею: «Других евреев для тебя у меня нет».

На что Трубилин почтительно возразил:

-    Мне кажется, это сказал Сталин про писателей.

-      Неважно, - отмахнулся Коля. - А ты, Михалыч, поясни, будь ласка, в чем дело? Причина конфликта?

Я втянул живот и выкатил глаза:

-    Виноват! Больше не повторится, товарищ полковник!

-    Хм... Думаешь? Или ёрничаешь опять?

-    Сейчас приедет полиция, гавриков этих заберет, - доложил я не менее почтительным тоном.- А лейтенант Авдеева их допросит. Позже с нами инфой поделится. Да, Ника?

-     Нет, погодите, так не пойдет, - вмешался Трубилин. - А если их быстренько адвокат отмажет? Нам надо хотя бы одного языка!