Минзаг "Марти" (СИ) - Старицын Виктор Карлович - Страница 33

Затем, пешим порядком пошли к восточному орудию. До него было три километра.

— Придется, все же, завести лошадей, и научиться на них ездить, такие концы пешком отматывать, слишком много времени требуется, — поделился с Ягодиным возникшей мыслью Предсовнаркома.

— А я умею, — ответил Ягодин. — Но, для этого острова, лучше велосипеды. Их кормить не надо. А на велосипедах мы до дальней северной позиции за пятнадцать минут доехали бы.

— Идея хорошая. Но в ближайшее время все производственные мощности будут заняты вооружениями, а велосипед — штука не простая. Но, в будущем, конечно, сделаем.

На господствующей над восточной бухтой позиции стотридцатки артиллеристы монтировали орудие. Блиндаж был уже готов. Испанцы достраивали жилой дом.

— Черт побери, и тут они слишком много видят, — показав рукой на испанцев, сказал Мещерский.

— Ну, вряд ли они что-нибудь поймут про конструкцию орудия, — ответил Ягодин. — Но, на всякий случай, этих тоже в отдельный лагерь у кирпичного завода определим. А оттуда у них будет два выхода: или в граждане, или в лагерь пожизненно. Мы ж не фашисты какие-нибудь, — пошутил нарком внудел. — А несогласным — стрела при попытке к бегству.

— Надеюсь, удастся этого избежать, — проявил гуманизм Предсовнаркома.

На северную и южную позицию наркомы не пошли, поскольку далеко и смотреть там пока нечего.

После обеда Мещерский встретился с наркомом внешней торговли Игнатьевым, инициатором будущей социалистической революции.

Тот рассказал, что в порядке подготовки к торговой экспедиции в Европу начал выяснять у испанцев цены на основные виды сырья в Европе, а также размеры заработков работников.

— Ну, насчет сырья — это пока не срочно. Сначала научники и производственники должны перечни своих потребностей представить, а потом уже нужно будет ценами интересоваться. Кроме того, я думаю, еще попиратствовать на линии Испания — Сан-Хуан. Там мы много всякого сырья и материалов прихватим. А вот начет оплаты — это интересно. Рассказывай!

— Если усреднить все полученные от испанцев данные, получается такая картина. Подсобный рабочий у ремесленника получает 2–3 реала в месяц. Подмастерье — от 5 до 8 реалов в месяц. Сколько зарабатывает сам ремесленник, они точно не знают, но предполагают, что чистая прибыль небольшой ремесленной мастерской — от 1 до 5 песо в месяц, или от 8 до 40 реалов. Вот как-то так.

— Отсюда следует, что наемным работникам, равным подмастерьям, мы должны платить 16 реалов, или два песо в месяц, или пол реала в день. Чтобы они с охотой работали на нас и не стремились сбежать.

— Точно так, а если их еще на туземках поженить, да жилье в долг дать, то они будут наши с потрохами.

— Развешиваем "морковки" дальше. Если наемник сдаст экзамены на гражданина без права голоса, его доход возрастет вдвое: до 1 реала в день, или 4 песо в месяц. Если он переходит в мастера — аналогично.

Далее. Если за особые заслуги перед республикой он становится полноправным гражданином, то за ту же работу он будет получать уже 2 реала в день! А если станет еще и мастером — то 4 реала в день.

Идем дальше. Наши люди, по сравнению с испанцами, уже сейчас все поголовно мастера и полноправные граждане. Следовательно, наши рядовые краснофлотцы в море и на производстве должны сейчас зарабатывать те же 4 реала в день или 15 песо в месяц.

Соответственно, младший комсостав должен зарабатывать от 17 до 24 песо, средний комсостав — от 25 до 32 песо. Ну а высшие начальники типа командиров БЧ и наркомов — 34–40 песо. За совмещение должностей и работу в выборных органах будем приплачивать, скажем, 20 процентов. Согласен, с таким раскладом?

— Если нашим так платить, то по сравнению с Европой, все наши люди будут, скажем прямо, богачами.

— Так и должно быть. За гражданство республики или даже за работу внаем местные драться должны. Тогда победим.

— А потянет республика такие зарплаты?

— А давай прикинем! В среднем на одного нашего кладем 20 песо в месяц. Нас примерно 4 сотни. Всего 8 тысяч песо в месяц. В песо 24 грамма серебра. То есть, в месяц на зарплату расходуем примерно 200 килограмм серебра. Или в год 2400 килограмм. А у нас его 32 тонны! Уже имеем почти на 15 лет вперед. И еще у испанцев экспроприируем. А потом и добычу наладим. Карта месторождений у нас уже есть!

Так что, социализм вводить можно и нужно!

Остаток дня адмирал посвятил совещанию с командирами боевых частей по переоборудованию трех новых кораблей. Совещание происходило на борту только что введенного в строй фрегата, которому решением Совета было присвоено имя "Ленин". На испытаниях с двумя двухсот сильными двигателями фрегат показал скорость 8 узлов, лучшую в эскадре, что было не удивительно, при его тяговооруженности в 0,8 лошадиных сил на тонну водоизмещения — лучшую в парусной эскадре. Вместо кормовой мачты у него стояла трехдюймовка, а ближе к баку — две высокие трубы. Набор дополнительного оборудования был стандартным — электрогенератор, внутреннее освещение, радиостанция, прожектор, ратьер, помпа. Все запитано от двадцатисильного парового двигателя. Капитаном Ленина Мещерский назначил артиллериста лейтенанта Мякишева. С трехдюймовой пушкой и восьмью узлами хода быть Ленину флагманом парусной эскадры. С чем Адмирал и поздравил лейтенанта.

Оба новых галеона решили переоборудовать по образцу фрегата. Вопрос был в артиллерии. Свободных пушек больше не было. Решили дождаться испытаний опытных образцов орудий, а по их результатам принимать решение. Если с опытными пушками возникнут проблемы, то снять сорокапятки с Авроры и Кирова, поскольку галеонам предстояло идти в Европу, и задерживать их отправление было нежелательно.

На двухсоттонную каравеллу Мещерский тоже решил поставить два двухсотсильных двигателя. Это даст ей лучшую в парусной эскадре тяговооруженность аж в 2 лошадиных силы на тонну водоизмещения, что позволит рассчитывать на максимальную скорость в 11–12 узлов. В эскадре появится быстроходное разведывательное судно, со скоростью, немыслимой в это время.

Генеральный секретарь в это время напряженно работал над теорией введения социализма в республике. Проштудировал труды И. В. Сталина по экономическим вопросам за 1929–1939 годы из полного собрания сочинений, имевшегося в библиотеке. Пришел к выводу, что изобретать "велосипед" не стоит, и решил принять Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР в полном объеме. Корректировку его применительно к новым условиям провести непосредственно в процессе применения. Тоже самое, по Кодексу законов о труде и по Кодексу об административных правонарушениях. Пришлось, посоветовавшись с Ягодиным, писать дополнение к кодексам, касающееся их применимости к гражданам без права голоса, подданным не гражданам, наемным работникам и посторонним республике лицам.

Основная идея дополнений: в случае серьезных нарушений, дополнительно к предусмотренным законами санкциям, статус человека, не являющегося гражданином, понижался на ступень. То есть гражданин без права голоса становился просто подданным, а подданный переходил в наемные работники. За преступления против граждан, совершенные неполноправными гражданами, назначаются наказания по высшему предусмотренному пределу.

Кроме того, любые преступления, совершенные по отношению к гражданам республики посторонними лицами, карались одинаково — по высшей мере. За убийство гражданина посторонним лицом предусматривалась коллективная ответственность: высшей мере подвергались все члены семьи преступника, а также все, кто имел возможность предотвратить преступление, но не сделал этого.

О пролетарском интернационализме, фундаментальнейшей основе коммунизма, о братстве всех угнетенных, о равенстве всех трудящихся перед законом он как-то забыл. Революционная целесообразность для настоящих большевиков превыше всего! Великая цель — Мировая коммунистическая республика — оправдывает любые средства её достижения.

Вечером этого же дня теоретические основы построения социализма в республике, разработанные Генеральным секретарем, были одобрены Политбюро.