Князь Угличский (СИ) - Уточкин Владимир Николаевич - Страница 37

— Мастера мои Савельев, Ефимов, Фролов здоровы, аль больные?

— Савельев три дня назад здоров был, Фролов тако же, бо Ефимов с семейством ужо два дни лежмя лежат.

— Откель ведаешь?

— Баженко кажный день, с того берега Мологи кричит вести о болезни. Он уж две седьмицы назад пришел со своими лечцами младыми. Ходит по дворам и беспримерно с болезнью ратиться. Не раз уж народ собирал возле церквей и им про болезнь зело страшные вести кричал. Бо побили его мужики, так ходит ныне сам за больными. Сказывал он, что придешь ты вскоре, да яз не поверил ему. — Снова заплакал Ждан.

— Ну, Ждан, хватит мокроту разводить. Не для того яз сюда пришел, чтоб люди мои сгинули. Отныне все хорошо будет. Сегодня к вечеру струги придут с солью и едой во многом числе, ты размести их по амбарам.

Я вышел к своим воинам.

— Вои, надобны мне собственным изъявлением три дворянина, чтоб нести волю мою посадским людям и болезнь одолеть. — Желающих не было, пока с конюшни не вышел Гушчепсе.

— Яз могу. — Объявился он.

— Ещё? Наградой не обижу! — Вопросил я.

В конце концов, нашлось еще два охотника.

Князь Иван Самсонович не отходил от меня ни на шаг.

— Григорий будешь за старшего. Взденете доспех и на ту сторону на челне перейдете. Там объявите всем посадским, что их князь царевич Дмитрий пришел на помощь к ним. Пусть с утра все, кто может, придут на берег Мологи, яз волю свою объявлю. Найди мне Баженко в городе, и коли кто из мастеров здоровы, пусть по домам сидят и ни в церковь, ни куда, ни шагу. Слушайте меня. — Я показал им книгу. — В сей книжке старого мастера-лечца, сказано, как бороться с напастью страшной. Никого не касайтесь руками, губами иль другой какой частью тела. Болезнь идет от вельми малых, не видимых оком червецов, попадая внутрь телесную с водою зараженной. Человек помирает от того, что из него вода исходит, и с нею силу он теряет до смерти. Потому надо пить много чистой кипяченой воды с солью. От огня червецы помирают. Бо чтоб яд от их погибели не вредил человеку, надобно глотать уголь березовый малыми кусочками, по четверти горсти и тогда за десять ден человек здоров деется.

Окольничий Туренин стоял рядом и молча, слушал.

— Точно ли сказывашь, бо болезнь сама изыдет? — Вопросил он.

— Уйдет, человеку требуется токмо силу сберечь.

— А по аеру верно ли не перепрыгнут сии червецы? — Опять вопросил окольничий.

— Точно. Они токмо в воде жить способны. — Уверенно ответил я.

— Бо яз твоих дворян обратно не пущу. Дабы оне заразу не принесли.

— Да это я запамятовал. Гушчепсе, воины. Вам придется остаться на той стороне. Возьмите с собой провизии. Не пейте сырой воды. Коли случится, что заболеете, не страшитесь, яз вам погибнуть не дам!

Через некоторое время на правый берег Мологи пришел Баженко. Так как ширина реки, хоть и обмелевшей, составляла около ста аршин, и долго кричать было трудно, я изъявил волю подать мне лодку.

— Не бывать тому. — Сразу же отказал мне Туренин.

— Князь я на тот берег не сойду. Подплыву только, чтоб говорить можно было и все.

— Со мною купно пойдешь, и яз решу, сколь оставить воды до берега.

— Хорошо, боярин. — Ответил я на эти условия окольничего.

Подплыв на тридцать аршин, с лодки я стал выкрикивать молодому врачу рекомендации по лечению и профилактике: повязки на рот и нос, обработку рук спиртом и мылом, прочие хитрости. Особо указал отрядить лучших учеников к моим больным мастерам, особенно семье Ефимова.

Наутро с колокольным звоном на правый берег Мологи высыпало все население Устюжны Железнопольской.

Я, одетый в богатые одежды, на большой ладье отошел от берега и направился к жителям своего города. Как и вчера, князь Туренин приказал бросить якорь в двух-трех дюжинах шагов от чумного берега.

— Здравствуйте молодцы-устюжане. — Поприветствовал я народ.

Разноголосый ответ слился в приветствия, жалобы, призывы и стенания. Кто-то вошел в воду собираясь плыть.

— А ну! Не балуй! — С угрозой прокричал старый окольничий. И указал на воинов, что сидели в челне с заряженными ружьями и обнаженными саблями в руках.

— Слушайте меня. Яз пришел к вам своей волей, и царь и великий князь всея Руси Федор Иоаннович меня благословил на борьбу за жизни христианские, лучших людей своих. Государь помнит о ваших бедах, и не бросил вас на погибель. Наследка свово прислал. Отныне все будет хорошо! Уйдет болезнь вскоре! Никто боле не умрет. Баженко, где ты?

Закричал голос с задних рядов и расступившийся народ пропустил молодого лечца на берег.

— Сей молодец, не смотрите, что мал вельми летами, ведает, что за напасть случилась в Устюжне. Он знает, как спастись, и не сгинуть от животной немочи. Слушайтесь его, как меня и он вырвет ваши души из лап смерти. Яз приказал людям своим, дабы слали оне в Устюжну еды довольно, чтоб никто из людей моих не помер с голоду. На больших местах возле церквей и колодцев отныне будут стоять чаны великие с кипящей водой и супами да кашами мясными. Коли нет своей кипяченой воды и едова берите княжью, без оплаты. Не пейте сырой воды, не касайтесь никого, помогайте друг другу, покуда болезнь не уйдет и спасетесь. Господь с вами!

— Григорий! — позвал я старшего из дворян на чумном берегу. Тот немедленно объявился. — Григорий ты отныне воевода в Устюжне. Бери, кого хочешь из людей, город в осаде объявляю. Чаны великие, что стоят в бумагоделательной мануфактуре пусть люди растащат по городу попарно. Для воды и едова. Мясо, крупу, дрова, соль, уголь березовый для лечбы, все стругами будем давать к пристаням и выгружать. Вы, опосля не трогая людей с челнов, станете брать чего надобно. Возьмите белую вонючую глину хлорную, коей белят листы бумаги и в каждый колодец бросьте по куску в половину от твово шелома стального. Сия отрава убьет червецов в колодезных ямах. Всю ночь так пускай стоят, бо опосля мужики воду ядовитую от тель черпают покуда чиста не станет. Бо воду ту все равно кипятить надобно. Яз каждый вечер буду наезжать и ты станешь говорить как болезнь себя ведет.

— Хорошо государь. — Ответил, как всегда не многословный, Гушчепсе.

Подошедшее стрелецкое войско обложило город снаружи, дабы пресечь распространение болезни. Спустя месяц валовая зараза ушла из города, оставшись странным образом в монастыре и домах близких к церквям. Баженко, долгое время не мог понять причины. Оказалось, что молящиеся прикладывались к ликам икон и тем передавали друг другу болезнь снова и снова. Лишь жесткий запрет на касание святынь остановил этот смертельный хоровод. В семитысячном городе умерло около четырех сотен людей. В основном бедноты, стариков и детей. Мои мастера, слава Богу, уцелели. Спустя еще месяц карантин с города был снят. Я хотел остаться в Устюжне, но князь Иван Самсонович не согласился.

— Мне приказал твою голову хранить безоглядно Борис Федорович. Покуда яз тебя ему с рук на руки не сдам, служба моя не окончена.

Пришлось ехать в Москву. Зато можно, наконец, отвезти государю, тестю и любимой жене новые улучшенные версии телескопов, красиво блестящие снаружи и оснащенные двадцати вершковыми большими линзами. Иоганн Зилингер получивший в свои руки телескоп без линз, и поняв идею, весьма удивился сему открытию. Большие увеличительные стекла для инструментов столь великим людям Московского царства он шлифовал и доводил до совершенства собственноручно с утра до вечера, в ночь, устанавливая их на место и вновь снимая для устранения дефектов. Выпросив у меня еще один корпус, он сотворил телескоп и для себя. Мастер, благодаря своим хитрым умениям стал весьма популярным среди лучших людей города. Не удивлюсь, коль скоро окрутят его мастера Устюженские, либо торговые гости и женят на румяной красавице.

В Угличе тиун Федор похвалился тридцатью мешками картошки, которую ему сдали с урожая крестьяне. Можно по весне устроить новый конкурс по другим селам удела. Иль пустить подобное представление по другим анклавам моих вотчин: великой Твери, той же Устюжне, селу Боровичские Рядки с округой в Деревской пятине, Кацком стане, да Юхотской волости. Собранный в августе урожай льна позволил загрузить свеже устроенный работный дом льноткацкой мануфактуры, которую я все же решил основать в Угличе. Ткачих опытных уже много в сем городе, а ковали-умельцы имеют большие навыки в починке ткацких машин. Лен на высоких участках оказался коротковат, но для бумажных дел сойдет, а в низинах да возле берегов ручьев и рек уродился, весьма хорош. Он пойдет на льноткацкую мануфактуру.