Князь Угличский (СИ) - Уточкин Владимир Николаевич - Страница 63

— Мой государь великий султан Ахмет-хан, да продлит Аллах его годы, печалуется об негодных казаках с Дона, что грабят корабли достойных купцов в море Ак Дениз возле крепости Азак, и нападают кроваво на Азакских казаков и Ногайский улус, которые суть подданные турские. Поскольку сии воры служат московскому государю, султан вопрошает, не по велению ли царя Дмитрия Иоанновича ведут они разбой?

— Государь не помышлял николижды приказывать подданным своим воевать турских людей. Сии бездельные казаки суть беглые ото всих мест и в государевой власти не состоят. — Ответил Борис Федорович.

— Государь Московский должен побить сих воров, дабы была меж нашими державами дружба.

— Сии людишки бытуют на ничьей земле от того правды там нет. Государю непосильно держать в узде негодных казаков, ибо только примется наводить порядок, как набегают люди крымскаго хана, татары, али ногаи, все суть слуги турского султана и русских голов побивают. — Ответил в свою очередь Щелкалов.

— Мой султан ведает о продаже шаху Персии, врагу нашего государя, лживому Шах-Аббасу лучших пушек и пищалей ручных в зело большом числе. От того множество воинов Высокой Порты было убито и земель мнозих временно лишилась держава наша. Султан желает, дабы русский царь боле огневым боем с Персией и другими подвластными нам землями не торговал.

— Мы готовы прекратить торговлю оружием с Персией, для дружбы нашей, бо от сего предприятия идет большая выгода государевой казне. Готов ли турский султан взамен платить моему государю царю Дмитрию Иоанновичу поминки в пятьдесят тысяч золотых угорских в год?

Турецкий мурза, неприятно удивленный, вскинулся:

— Яз ослышался верно? Не бывало николе доселе, дабы турский султан дань платил кому-либо!

— Уважаемый Махмуд Али-Паша. Ежели великий султан желает лишить нашего государя больших доходов, он должен дать чего-то взамен. Властитель персов Шах-Аббас допустил в свое государство русских купцов во множестве, оказывает им почести небывалые и пошлин с них не берет вовсе. Русские купцы повсюду окружены почетом и уважением в персидской державе. Або в турецких землях их облагают непомерными поборами и обирают и позорят в городах торговых Кефе и Азове и Константинополе. Об том мы прежде много раз султанам турским печаловались.

— Коли царь Московский добром не станет слушать друга своего султана Ахмет-хана, то крымский хан может сызнова набег сотворить и с помощью Аллаха пожечь города в Московском царстве и Москву тож. — Пригрозил посол.

— Уважаемый посол, стоит ли грозиться впусте? Остатние походы Давлет-Гирая и Газы-Герая тако встречены были на русских землях, або взад из воинов не вернулся никто вовсе. Не хочет мой государь ссоры с великим султаном Ахмет-ханом, ано вкруг царства Московского повсюду врази презлые. Свеи, в железо одетые с головы до ног, польские воины вельми многочисленные, конницей тяжелой страшные, и храбрые воины крымского царя тож грозят землям нашим. Желаем мы мира и торговли богатой меж нашими людьми. Для общего спокойствия государь предлагает любимому другу и величайшему султану турскому подарить нам крепость Азов с близкими землями и позволить вольное плавание по Сурожскому и Русскому морям и торговлю беспошлинную. От того умаления достатка от торговли персидской пропадут, коли великий государь откажет продажу оружия в Персию. С того русский царь обязуется взять под руку свою ничейные пустые земли и казаков Донских окоротить, и ответ держать и нападения на подданных турских прекратить вовсе!

— Как так? Крепость подарить? Да в своем ли уме ты боярин? — Возмутился посол.

— Тем великий владыка покажет силу свою. Азов городок ничтожный, огромной турской державе ненадобный вовсе. И никто не может те земли в порядке блюсти. Султану Ахмет-хану до донских степей дела нет, раз самолично не желает с казаками гулящими возиться, мы не можем, ибо опереться нам в пустых землях не дают крымские людишки. Коли султан покажет благоволение к русскому царству, и пожалует на вечные времена крепость Азов, мы перестанем торговать огненное оружие в Персию. Пищали у персов со временем поломаются и султан возвернет свои многие обширные утерянные земли, взамен малого городка. А подданные султана в Крымском ханстве станут ведать, або дружба и любовь у нас с Блистательной Портой, и беш-башами ходить в наши земли перестанут. А коли придет нужда ратиться супротив польской державы, мы можем союзно выступить, паки под польской дланью наши исконные земли лежат, и те безбожные поляки притесняют православие на землях дедовских. — Щелкалов не зря четыре десятка лет ел хлеб на посольской государевой службе.

Посол повозмущался еще, решил небольшие вопросы и переговоры были окончены. Пробыв в столице еще неделю, посланец султана Ахмет-хана был удостоен последнего приема в кремле. Я попрощался с османским чином, пожелал ему доброго пути, передал поклон великому султану, вручил ответную грамоту, щедро одарил мехами и султану меховой казны отвалил так, что соболиные связки, укладываемые к ногам, укрыли дипломата до пояса. Также султану был подарен телескоп, подзорная труба и прочие лучшие изделия моих заводов, кроме оружейных.

Наступила весна, сошел с рек лед, зазеленела трава. Казенный приказ, занимающийся умножением государевых заводов, приступил к строительству новых предприятий. В соответствии со спецификой суконные заводы ставились ближе к степям, источникам овечьей шерсти, в Казани и Царицыне, полотняные мануфактуры устраивались в Москве, Ярославле, Костроме, при Владимирской крепости, там, где культивировали лен. Как показала практика создание множества мелких предприятий, не имеет большого смысла. А вот строительство с последующим укрупнением давало взрывной эффект. Набирался опыт, мастерство копилось и тут же распространялось по растущему предприятию, улучшая качество, не смотря на увеличение выработки.

Возрождение Юрьева дня крайне положительно сказалось на жизни подавляющей части населения Московской державы. Крестьянин, уплачивая выход, шел к более рачительному хозяину, на лучшие земли. От того пришлось часть служилых помещиков с оставшимися у них крестьянами, перевести на Поволжье, и другие жирные земли. Большой исход пахарей пошел с церковных земель на царские и помещичьи в бывшем Диком поле. Для плодородной целины пригодились тяжелые плуги, кованные когда-то в Угличе. Не смотря на дороговизну и потребность в большем количестве тягловой скотины, глубокая вспашка давала стабильный богатый урожай, возмещая затраты. Недовольство церковников исходом оратаев я не воспринял, выплативший выход мог идти по закону к новому землевладельцу более рачительному, православный крестьянин не мог стать рабом. Вольные крестьяне также шли на расширяющиеся царские мануфактуры рабочими.

Недовольство церковников смягчалось передачей им многих технологий и устройством собственных и совместных с государем мануфактур. Например, совместная большая стекольная мануфактура на реке Гусь, выдавала продукции на многие тысячи рублей.

Из нанесенных на карты Каменного пояса немецкими мастерами рудознатцами названий всплыло в памяти название реки Миас, что там было каменный уголь, или железо или золото, но Миасское месторождение само сходит с языка. Посему в тот район была направлена новая экспедиция, с наказом, покуда чего нужного не найдут не возвращаться.

В июне родилась дочь, назвали Ольгой. При дворе давно не было ни одного немца лекаря, экзамен на профессию ни один не выдержал. Всех выгнал. При себе держал Баженковских лечцов, они хоть и говорили на латыни даже хуже меня, зато в медицине соображали много лучше зашоренных немецких докторов. Также постепенно по мере возможности натаскивал их по медицинской части. Внутриполостные операции уже не были редкостью. Аппендициты и грыжи случались и у бояр и у высших церковных служителей. А когда тебе спасают жизнь, трудно обвинять человека в богохульстве и "чаво он живого человека режет"? Здесь пригодилась и хлорка и хлороформ для наркоза. На операции простых посадских, приглашались медики из воинских частей. Война неизбежна и к ней надо готовиться в мирное время.