Аврора (СИ) - Соловьев Михаил - Страница 22

На вопрос о «Раскине» Зубатов отмахнулся, мол, человек проверенный, много случаев убийств упредил, и, если позволят с ним сработать, будет только польза.

«Ладно хоть Михал Михайлович не такой зануда, — перевернулась в постели на спину Ирэн, — Как он там сказал? Секреты объединяют. Похоже, прав он».

За луковым супом и устрицами уединившаяся в кабинете парочка только и делала, что говорила. Оказалось, у каждого накопилась к другому уйма вопросов, и после первой секунды молчания они уже не останавливались.

Купец рассказывал, как вышел прямо с пистолетом в «Аврору» двадцать первого века.

— Хорошо, закрыт магазин был, — улыбался воспоминаниям Антоновский, — я как глянул на мебеля, так и понял — не наше время и технологии не наши. Это ж надо так лампы наизнанку вывернуть, а диваны, посуда? За окно смотреть вообще страшно. Автомобили кругом, да разные такие. Цвета-цвета… Люди одеты совсем по-другому — Жюль-Верн да и только. Потом смотрю, да это Ойск родной, только перестроено все. Ну, думаю, приехали, как обратно-то попадать будем, Мишка?

— А действительно, как обратно-то попали? — боролась с устрицей Ирэн. Непривычная еда крутилась в руках, брызгала соком и грозилась попасть на платье.

— Да полицейские ваши же помогли, — засмеялся купец, — Я пока этот синематограф через стекло смотрел, подъехали на серой такой машине в форме и давай окна осматривать. Понял я, что сейчас двери будут открывать, а тут один из них меня и приметил. Руками машет как оглашенный, а я и ходу в чулан. Все, думаю, надо повторить, только в обратную сторону. Пистоль достал, к голове его устроил и ну молиться.

Купец замолчал, прижав ко рту салфетку. Ирэн неожиданно почувствовала страх его перед неведомыми силами, что так запросто могут бросить из времени во время. Действительно, кому улыбнется попадаться в лапы слуг государевых, да еще и с оружием?

— Дальше понятно, — взяла его за руку Ирэн. Купец дрогнул, будто искра проскочила, — Голоса все ближе-ближе, а потом обратно, пока совсем не пропали.

— Хорошо, что вы здесь, Ирочка, — накрыл ее руку своей Антоновский, — Мне без вас совсем бы плохо было — ни поделиться, ни рассказать, а секреты, они же объединяют.

Неожиданное тепло голоса. Твердые мужские руки. Ах, если бы Антоновский был чуть решительнее!

«Ну, целуй же меня, — закрыла глаза и потянулась к нему Ирэн, — Нет же никого в кабинете… Целуй!»

Но пуританский девятнадцатый-двадцатый век оказался сильней скоростного двадцать первого, и ситуация так и осталась недосказанной. Зато каждый из них знал, что унесет сегодня частичку этого тепла и необычной сладости чувств той минуты.

Утро началось с проблем.

Мало того что насыщенный день одарил Ирэн во сне многосерийным кошмаром с погонями и перестрелками, так теперь она никак не могла найти в архиве выписки про убийство Уфимского губернатора.

Ирэн трижды перешарила бумаги из корзины вдоль-поперек, но тоненькую сшивку найти так и не смогла.

«Может, раньше потерялась? — грустила девушка, — Еще в студенчестве?»

Ситуация была вероятной. Хорошо хоть остальной архив уцелел.

— Ироида Семеновна, — заглянула в комнату Арина, — Проснулись? Умоемся и завтракать? А чего расстроенная такая?

— Да папку одна из корзинки найти не могу, — махнула рукой девушка, — Всё есть, а ее нет.

— А что такое папка? — удивлялась служанка.

— Ну, бумаги, книжкой сшитые.

— Ну-ка, ну-ка — скрылась за дверями Арина, — Эти что ли?

В руках ее действительно была скрученная трубочка, похожая на черновик курсовой.

«Точно она», — развернула Ирэн и подозрительно глянула на служанку — Где взяла-то?

— Так я когда домой приехала, торопилася, да и оступилась, на лестнице корзинка и развалилась, а потом гляжу, лежит книжка какая-то у порога. Как упала-то, вроде все собрала, вот и не подумала сразу, что ваша.

Искреннее раскаяние служанки прогнало у Ирэн появившиеся вдруг сомнения.

— Ладно, иди, — махнула она рукой, — Минут через пять мыться будем, а потом завтракать.

Открыла и бегло перечитала черновики. Сильно не терпелось ей вникнуть в обстоятельства дела и познакомиться с будущим убийцей.

«Егор Дулебов, родился в крестьянской семье и работал с юношеских лет в железнодорожной мастерской г. Уфа, где и вошел в 1901 году в революционный кружок.

Дальше шли фамилии организаторов, ксерокопии фотографий и роковая дата акции — 6 мая 1903 г.

Сильно заинтересовала Ирэн фигура Евно Азефа — одного из организаторов акции, что впоследствии возглавит «Боевую организацию» после ареста нынешней верхушки.

«Гладко получается, — рассуждала девушка за завтраком, обдумывая прочитанное, — Азеф уже много лет состоит секретным сотрудником Департамента полиции и для устранения Богдановича предлагает двух проверенных бойцов, находящихся в розыске. Нынешний же руководитель «Боевой Организации» Гершуни настаивает на кандидатуре Егора Дулебова. Азеф не против, но позже и почти сразу Гершуни арестован в Киеве, и Евно Азеф возглавляет организацию вместо него. Богдановича так и так убили бы, — поняла девушка, — он разменная карта, но такой же картой оказался и Гершуни, которую удачно разыграл Азеф, чтобы возглавить движение. Двурушник, — негодовала она, — Играет и на левых, и на правых. Обманщик! Что это за оперативная работа такая с убийствами? Нужно будет поискать еще материала про этого Азефа, — допивала девушка чай.

Казалось, сюрпризов сегодня больше не будет. Арина поймала для Ирэн экипаж, и та решила ехать в департамент полиции через Хитровановский рынок в надежде увидеть Ефейку или Антоху. Однако, как девушка ни вглядывалась в разноречивое-цветастое месиво покупателей-продавцов, никак не могла обнаружить хотя бы одного знакомого взгляда-жеста.

Тем не менее ее видели. Она просто кожей ощущала упорные взгляды, забирающиеся в самую душу, но никак не могла их перехватить. Только перед самым выездом с рынка девушка вдруг увидела знакомую фигурку Ефейки, вприпрыжку несущуюся вдоль мостовой.

— Эй! — привстала в крике Ирэн, — Ефейка, — но та лишь глянула мимолетом и сразу нырнула в рыночную сутолоку, — «Не узнала? — в расстроенных чувствах катилась в экипаже Ирэн, — Нет, не в том дело, — поняла она, — Охранка! Я теперь для них бельмо, — поняла она, — Что же теперь делать, что делать?»

Девушке повезло, неожиданно на подъезде к жандармскому управлению она увидела знакомую квадратную фигуру Лопотуши с метлой. С того места, где он изображал дворника, хорошо просматривались все подъезды к управлению.

«Ладно, — решилась девушка, — Территория нейтральная. Рискнем».

— Стой! — ткнула она извозчика, — Я прогуляюсь немного, а ты следом езжай.

Темноволосый мужик с лихим чубом понятливо кивнул и притормозил лошадь, вовсе не удивившись. Видимо, причуды нанимателей могли быть разными.

Ирэн уверенно шла по мостовой и откуда-то вдруг поняла: все будет сейчас хорошо.

Три метра до огромной фигуры, лениво помахивающей метлой по брусчатке. Два. Один.

— Не меня ли высматриваешь, Лопотуша? — обыденным голосом и очень по-приятельски спросила девушка.

Тот повернулся не разом. Сначала глянул краем глаза, не переставая мести. Потом остановился и попытался изобразить удивление нечаянной встрече.

Ирэн видела: хищный взгляд внешне простоватого вора успел оценить извозчика, замершего от них за несколько метров, и её, представшую перед ним в абсолютно новом обличье.

— Шли бы вы, барышня, — гукнул вор, — Какой я вам лопотуша, обознались, наверное?

— Главное, что ты не обознался, — сделала еще один шаг Ирэн, — Я Ирка, которой вы помогли, и у меня до Хитрована есть разговор, — вор ошарашено молчал, — Ну рассуди сам, — наступала девушка, — Хотела бы я вас сдать, где бы вы уже были?

— Не взяли бы нас, — поднял тот глаза-буравчики, — С хаты воры в тот же день съехали, так что голый атас бы вышел на всю управу вашу, — и руки лже-дворника вдруг сжались на черенке метлы, так что ногти побелели.