Путь на север (СИ) - Беренс Лилия - Страница 35

— Не совсем, — улыбнулся Дарий. — Просто я тогда только начинал свое обучение в храме и никак не мог променять его на работу в кузнице. Это мое творение, командир.

— Что? — брови охотника поползли наверх. — Хочешь сказать…

— Я ковал этот меч, — вернул Дарий клинок на его место. — Кажется, того охотника звали Ронор. Он приехал в Теснин года три назад, очень просил для себя оружие, золотом сыпал. Как клинок оказался у тебя?

— Ронор погиб, — с уважением произнес Кинаш. — Наниматель его подставил, меченным был, как потом выяснилось. Попросил убить гуля и отправил прямиком в логово матерых вампиров. Гнездо тварей потом зачистили, а этот клинок привезли вместе с тем, что осталось от тела. Я бы и себе забрал его, да подводит. Никто больше не смог владеть этим мечом. Выворачивается из руки, а то и пытается обернуться против хозяина. Меня чуть не зарезал во время вылазки на мавок. Даже когда только держишь его — чувствуешь, словно тебе не рады. Жуть просто.

— Не знал, что глава гильдии ходит на нечисть.

— А как же? — хмыкнул Кинаш. — Я же охотник. Не калека, не старик. Боги не поймут, если я стану протирать задницу в начальственном кресле. Нет, это сейчас мне приходится торчать в штабе. А обычно здесь одни только ветераны, обучающие молодежь. Если надо что-то — метку связи никто не отменял.

— Понятно, — проговорил Дарий, вновь снимая клинок со стены и направляя в него короткий ментальный импульс-установку. — Возьми, — протянул он меч рукояткой вперед, без всякой опаски держа остро отточенное лезвие в ладони. Клинок с душой никогда не навредит своему создателю. — Теперь он будет тебя слушаться.

Кинаш с некоторым недоверием взялся за рукоять и удивленно крякнул, ощутив от меча радостное тепло вместо ледяного раздражения, как раньше. Нежно проведя пальцем по узорчатом лезвию, он снял со стены ножны и привесил клинок к поясу, после чего глубоко и с достоинством склонился перед мастером, как оказалось, не только храма, но и наковальни. Сейчас в этом поклоне было куда больше уважения, даже некоторого трепета, чем там, на полигоне.

— Спасибо.

— Владей, Кинаш, — хлопнул оборотень по плечу охотника, ломая весь официоз. — Я чувствую, что ты будешь ему достойным хозяином. Теперь ты отведешь меня, наконец, к моему другу?

— Конечно, — кивнул охотник, с сомнением взглянув на громового волка. — Только…

— Все будет хорошо, не беспокойся, — успокоил его парень. — Обещаю тебе.

Камеры находились в административном здании, но в подвале. Спустившись по длинной лестнице, они прошли мимо вереницы пустующих тюремных камер, остановившись у одной, дверь которой была закрыта на мощный засов.

Ольд лежал на несвежей соломе, безучастно смотря в потолок. Его пепельные волосы свалялись, обвиснув неопрятными сосульками. На открытой шее пульсировал магическим свечением рабский ошейник.

— Тебя на пару дней нельзя оставить, чтобы ты не вляпался в какую-нибудь историю, — проворчал громовой волк, заходя в тесную сырую камеру.

— Дарий? — не веря своим ушам, медленно перевел взгляд узник с потолка на друга, после чего подскочил с соломы и крепко его обнял. — Я думал, ты погиб. Я тогда не успел, они затащили тебя в этот портал, прости, я пытался, но не успел.

Кинаш смущенно кашлянул и отошел в сторону, почувствовав себя в данный момент лишним.

— Все хорошо, — парень взглянул в покрасневшие от напряжения и бессонницы глаза друга. — Ты все равно не мог ничего сделать. И отпусти меня, уже ребра трещат! Силищи как у зура!

Ольд радостно рассмеялся и отступил от Дария.

— Когда ты отправишься за Фаней? Он еще жив?

— Мы решили не проводить ритуал крови без тебя. Так что, я за тобой, дружище.

Ольд нервно коснулся обхватившего шею магического ошейника и отвел взгляд.

— Без меня тебе придется идти. Наломал я дров. Вот теперь преступником стал. Может, на киритовые шахты пошлют? Хоть рядом с домом… Умру на родной земле.

— Никто тебя на шахты не пошлет, — хмыкнул подошедший Кинаш. — Ты ж охотник элитного класса. В армию отправят с нечистью драться. А там, может, и помилование сможешь заслужить.

— Меня такой вариант устраивает не больше, чем шахты, — проворчал громовой волк, доставая амулет связи.

— Слушаю тебя, мастер Дарий, — проявилась в окне обзора радостная физиономия магистра.

— Здравствуй, Урих, у меня к тебе просьба. Организуй мне немедленную связь с главой Тайной Канцелярии, — произнес парень, не обращая внимания на то, как удивленно присвистнул Кинаш.

— Мастер, где ты сейчас? — неожиданно обеспокоенным голосом спросил магистр, осматривая скудный обзор тюремной камеры.

— Я в столице, Урих, в гильдии охотников. Оказывается, моего друга, пока меня не было, успели завербовать против воли в армию и осудить за побег.

— Все-таки они нашли способ до тебя добраться, — расстроено проговорил магистр. — Ты понимаешь, что будет, когда я тебя соединю с герцогом? Его светлость нашел способ посадить тебя на крепкий крючок.

— Все я прекрасно понимаю, Урих. Постараюсь на этот самый крючок не сесть. И что ты за меня так переживаешь? — вдруг опомнился Дарий.

— Мастер, — замялся боевой маг в алой мантии. — У нас с тобой, конечно, вышло не очень приятное общение, — тут Урих коснулся пальцами виска и болезненно поморщился, припомнив некоторые моменты их «общения», — но, честно говоря… Если честно, я тобой восхищаюсь.

Дарий впал в легкий ступор, а магистр густо покраснел, словно мальчишка.

— С чего бы ты мной восхищался?

— Ну, здесь все сразу не скажешь… Просто… Я не знаю, как объяснить! Надеюсь, это никак не повлияет на наше сотрудничество?

— Нет, — качнул головой громовой волк. — Не повлияет. Соедини меня с герцогом. Он ведь оставил соответствующие распоряжения? Я абсолютно уверен, что вся эта история с рабством была подстроена с одной определенной целью.

— Он потребует встречу…

— Значит, я встречусь с ним.

Рамка окна покрылась серой пленкой, но через миг вновь засветилась, отобразив донельзя довольное лицо главы тайной канцелярии.

— Приветствую тебя, мастер Дарий, что заставило тебя обратиться ко мне в столь поздний час?

— Не нужно ломать комедию, ты прекрасно знаешь, почему я с тобой связался.

Франтоватое лицо герцога резко изменилось. Довольную улыбку словно стерли, оставив холодное сосредоточение и пронизывающий взгляд серых глаз.

— Хорошо. Давай начистоту. Нам нужно, чтобы ты выступил против колдунов на нашей стороне. Выступил не сам, а в компании оборотней с Белого перевала, которых намереваешься очистить. Помоги разбить колдунов у Ыстри, дай выход на своих разведчиков в Ларане — и я немедленно пришлю мага снять ошейник с твоего друга. Прости, что приходится действовать такими методами, но у нас нет другого выбора.

С пару минут Дарий стоял, словно статуя. Только пальцы, задумчиво отбивавшие дробь по перевязи с ножами, могли служить доказательством того, что он живое существо, а не статуя.

— Хорошо, давай начистоту, — наконец заговорил громовой волк. — Первое. Если ты или император таким образом попытались заполучить мою лояльность, то вы откровенно не с того начали. Второе, никого в Ларане у меня нет. Эта запись была сделана случайно беженцами и передана мне через кровников. Третье. Я не собираюсь участвовать в войне, по крайней мере до тех пор, пока не закончу свои дела на севере. Я вполне могу понять, почему вас посетила гениальная мысль меня шантажировать. Поверь, я многое узнал о своих предках, так что вполне представляю ваши опасения. С другой стороны, принудить меня вы ни к чему не можете, а вот потерять со мной всякое сотрудничество — вполне.

— Ты не забыл, что на шее твоего друга имеется весьма специфическое украшение? — поднял правую бровь герцог. — Уверен, что хочешь рискнуть его свободой? В конце концов, бежать он решил самостоятельно, никто его не принуждал.

— Ольд, подойди, — тихо позвал Дарий. Сын кузнеца, только сейчас осознавший, к чему привела его самонадеянность, понуро подошел к другу. Резкое движение, легкое электрическое покалывание — и рабский ошейник уже в руках громового волка. — Я жду до утра. Если приказ о помиловании не придет к этому времени, я уничтожу артефакт связи и покину Палар вместе с Ольдом.