Тыловики (СИ) - Геманов Олег Алексеевич - Страница 22

Две боевые винтовки вместе с полными подсумками и штык-ножами Новиков торжественно вручил Шипилову и Гущину. Вот это в отличие от крайне отвратительного присвоения моего законного автомата — правильный поступок. Парни надежные, в армии служили. Тем более Шипилов заядлый охотник, и дома у него в сейфе стоит куча оружия. В том числе и нарезного.

После того, как разобрались с оружием, спихнули ногами в могилу мертвых немцев. Здесь им лежать будет хорошо. Лет через двадцать, всё здесь распашут под поля, никакие "черные копатели " не доберутся. Холмики земли над захоронением разровняли, разбросав перемешанную с землёй глину далеко вокруг, и тщательно замаскировали всё травой.

Новиков махнул рукой:

— С этим закончили. Пошли, немного отдохнём, потом дальше потопаем.

Мы вперемешку с красноармейцами сидели на обочине. Народ активно дымил "трофейными" сигаретами, купленными в "Ашане" перед поездкой. Герр лейтенант предупредил наших, чтобы лишнего не болтали, языки держали за зубами. Если будут задавать неудобные вопросы — не отвечать, ссылаясь на секретность. Красноармейцам же, Николай по-простому сказал: "Меньше будете знать, вам потом легче будет в Особом Отделе проверку проходить". Этого оказалось вполне достаточно.

Герр лейтенант, по-походному повесив себе на грудь "МП-40" подошел к куче амуниции снятой с немцев, подозвал к себе меня и Куркова:

— Значит так. Ремень у Венцова — просто хлам, необходимо поменять, — Новиков опустился на корточки, начал перебирать вещи. — Пусть выбрасывает вместе с бляхой. Она тоже фуфломициновая, китайский новодел, даже клейм на обратной стороне нет. У кого котелки дырявые, пусть поменяют. Так, каски подписаны, хреново дело. Жаль, но придется выбросить.

Герр лейтенант подхватил с земли планшет убитого мной унтер-офицера, с явным любопытством открыл:

— Ага! Молодец Курков, вижу ты, и солдатские книжки не забыл у немцев забрать?

Михаил весьма довольный похвалой с достоинством кивнул:

— Как такое забудешь! Правда, я их еще не смотрел! А ещё я и жетоны в планшет положил.

Новиков начал листать одну из трех книжек. Сначала медленно, так сказать, чисто из академического интереса, а потом всё быстрей и быстрей. Внезапно герр лейтенант выругался и с раздражением бросил документ на землю. Я угодливо, как заправский лакей подскочил к Николаю, поднял с земли книжку, елейным голосом спросил:

— Товарищ майор! Неужели вы получили пренеприятнейшие известия из столицы, что происки гнусных завистников не позволят вам сегодня к вечеру получить звание генерала?

Новиков тяжело сел на землю, бездумно уставился вперёд, расстроено протянул:

— Сергей, сейчас не до смеха. Я думал, мы своими новодельными документами, хоть кого-то сможем обмануть. Но… Сами посмотрите.

Теперь мы с Курковым зашелестели страницами.

— Твою дивизию! Это полный песец! — от огорчения я даже почти перестал обижаться на герра лейтенанта за кражу моего автомата. Настоящая книжка отличалась от наших, практически во всём. Десятки записей в ней сделаны разными почерками и разными чернилами. Множество разномастных печатей и штампов густо украшали её страницы. Некоторые штампы — красного цвета. А в наших книжках везде гордо красуется одна единственная печать сто семнадцатого пехотного полка. Кроме этого, фактура бумаги совершенно другая, и даже толщина картонной обложки сильно отличалась от новодельной. В довершение всех бед, страницы настоящего документа были основательно потрёпаны. Увы, но наши новодельные документы, изготовленные, как нам казалось практически безупречно, годились лишь на самокрутки красноармейцам Котлякова.

Курков огорошено почесал в затылке, и неожиданно щелкнул пальцами.

— Я знаю, как исправить ситуацию! — и, посмотрев на наши с Николаем удивленные лица, Михаил эффектно закончил фразу. — Нужно красным карандашом крупно написать на обложке: "Эта солдатская книжка выдана русским диверсантам для предъявления немецким патрулям. И подпись: маршал Ворошилов".

Герр лейтенант с силой хлопнул ладонью себя по ноге и яростно сжал кулаки:

— Смотрю у вас с Нестеровым игривое настроение? Сейчас я быстро вам его исправлю!

Не знаю, какие кары собирался обрушить на нас с Мишкой герр лейтенант, но этому по-настоящему интересному мероприятию помешал Дихтяренко. Он как-то бочком, с обиженным выражением на лице подскочил к Николаю. Левый рукав Фединого кителя багровел затертыми пятнами крови. Причем оттирал пятна, Федя явно землей. Понятное дело — когда в горло отверткой пыряешь, трудно ожидать, что останешься не запачканным.

— Я тут по делу поговорить пришел, — протянул пулеметчик, усаживаясь рядом с нами.

Новиков с шумом выдохнул воздух, зыкнул недовольно взглядом по нашим с Курковым физиономиям:

— Что там у тебя, Федя. Давай выкладывай.

Дихтяренко стянул с головы пилотку, бросил в траву рядом с собой:

— Тут это… — Фёдор замялся, зачем-то начал застегивать верхнюю пуговицу кителя. — Ну, это…

— Да, что "это"? — взвился герр лейтенант.

— В общем, я пришел просить, чтобы мне винтовку боевую отдали. Я её захватил, мне её и носить.

У Новикова от удивления округлились глаза:

— Да ты что? Совсем с ума сошел? Какую на хрен винтовку! Ты же пулеметчик, Федя! Окстись, старик! Тебе винтовка даже по штату не положена!

Опустив глаза, здоровенный Дихтяренко словно обиженный ребёнок заплямкал губами:

— Ну, не положена. Ну и что из этого? А я и винтовку, и пулемет свободно унесу! А патроны в пулемётный подсумок насыплю.

Николай вскочил на ноги, гневно закричал:

— Вы что? Сговорились все? — герр лейтенант возмущенно указал на нас с Курковым. — Эти вон, два клоуна представление сейчас устроили, а теперь и ты, Федя туда же? У нас, что — выездное выступление цирка?

Насупившийся пулеметчик, поднялся на ноги и преданно посмотрел на Николая:

— Коля! Ну, хоть штык-нож отдайте! А то отверткой совсем неудобно работать, — Федя недовольно покосился на свой испачканный рукав. — Штыком-то оно явно сподручней будет.

Немного поколебавшись, Новиков обреченно махнул рукой:

— Ладно. Скажи Гущину, пусть штык тебе отдаст. Всё, иди.

Сияющий от счастья пулеметчик подхватил пилотку с земли и помчался к отдыхающим бойцам. Федя напоследок обернулся, и я заметил плутовскую улыбку на его лице. Вот же хитрый крестьянин, как ловко он это дело со штыком провернул! Ну, жучара, такую комедию разыграл! Винтовку пришёл просить! Да она ему совсем и нужна была! За штыком, стервец приходил!

Герр лейтенант потряс головой, несколько раз с силой зажмурил глаза, и недоуменно спросил:

— А о чем мы, вообще, до прихода Дихтяренко разговаривали?

Мы с Курковым захохотали. Мишка похлопал рукой рядом с собой:

— Садись, Колёк, в ногах правды нет. Курить будешь?

— Пить сильно хочется, да и никотин из ушей брызжет. Повременю с куревом пока.

Мишка достал из портсигара сигарету, покрутил её в руках и положил обратно. Курков спрятал портсигар в карман и уже серьёзным голосом, спросил у герра лейтенанта:

— Слушай, а ты твердо решил красноармейцев с собой взять?

— Да. А что же еще нам делать?

Командир первого отделения немного помолчал, вполоборота повернулся к нам и тихо произнес:

— Варианты были. Мы могли к примеру их просто отпустить. Но теперь уже всё, поезд ушёл. — Курков задумчиво потер щёку ладонью и неожиданно выпалил. — Николай! А почему ты перед принятием столь ответственного решения не посоветовался со мной и Нестеровым?

Лицо Новикова побагровело, взгляд стал жестким:

— Да потому что я здесь командир! И я здесь решаю, что и кому делать! Это понятно? Или у кого-то есть сомнения в этом вопросе?

— У меня сомнений нет. Ты не кипятись, мы с тобой не один год дружим. Просто есть определенные… — Курков запнулся, покрутил замысловато перед собой пальцами. — Ну, скажем вопросы. Вот смотри. Ты принял пленных в отряд. Так?