Убей меня (ЛП) - Ловелл Лорен - Страница 35

— Ты знаешь, кто я? — спрашивает Финненган, и выражение его лица не предвещает ничего хорошего.

— Нет, — трясу я головой. — Пожалуйста, отпустите меня, — и начинаю рыдать с новой силой.

Он фыркает от смеха, после чего поворачивается ко мне, склоняется и хватает меня за предплечье. Я стискиваю зубы, стараясь не выдать беспокойства.

— Мне прекрасно известно, кто ты, Уна Иванова.

Мое лицо приобретает каменное выражение, слезы мгновенно высыхают, дыхание приходит в норму. Я могу и не такое сыграть. Меня этому учили.

— Как ты узнал мое имя? — ровным голосом спрашиваю я.

Его губы изгибаются в ухмылке, и мне ненавистно, что я вынуждена занимать оборонительную позицию. У меня никогда не было проколов, но сейчас я на крючке у этого типа. — У Неро Верди, разумеется, есть определенная репутация, но и у меня имеются связи в этом городе, — многозначительно заявляет он. Его акцент более явный, чем у Даррена.

Я прищуриваюсь, но не произношу ни слова. Кто-то из окружения Неро сливает информацию. Твою мать.

— И люди, с которыми я связан, верны мне. Они доверяют мне свою безопасность.

— Если тебе известно, кто я, тогда ты должен знать, сколько стоит убить меня, — я выгибаю бровь, и мне больше ни черта не требуется слов. Когда я говорила, что у меня определенный иммунитет, то не шутила. Я — убийца? Да. Формально я играю по правилам? Безусловно. Однако здесь есть одно большое НО. Николай Иванов считает меня своей дочерью. Мафия, по большей части, старается договариваться полюбовно и сохранять мир там, где это возможно, но русские … ну, мы от природы вспыльчивые ребята. Никто не захочет войны с Николаем. Я видела, на что он способен. На его фоне Неро — просто добрый Дедушка Мороз.

О`Хара отходит, вынимает из кармана пачку сигарет, достает одну и зажимает между губами. Встав в нескольких шагах от меня, он прикуривает, затягивается и выпускает длинную струю дыма через нос.

— Я не собираюсь воевать ни с тобой, ни с этим безбашенным русским ублюдком, — О`Хара сплевывает на пол. — Но у меня война с Неро Верди, и, очевидно, он нанял тебя. Поэтому, мисс Иванова, у меня для вас есть работа, — его глаза встречаются с моими, и выражение лица Финненгана О`Хары становится очень серьезным. — Я хочу, чтобы ты убила Неро Верди. Такого он вряд ли ожидает.

Вот это поворот.

Глава 20

Неро

Двери лифта открываются, и перед моим взором предстает распростертое тело Томми. Я бегом пересекаю коридор, озираясь по сторонам, прячусь за выступом, отделяющим холл от кухни, и шарю рукой под столиком, стоящим рядом с дверью в спортзал. Мои пальцы нащупывают пистолет, закрепленный под столешницей. Резким движением выхватываю ствол. Ко мне подбегают возбужденные Джордж и Зевс, и я облегченно выдыхаю. Если бы в квартире был посторонний, собаки дали бы мне знать — ведь они здесь именно для этого.

Подхожу к Томми и прижимаю палец к его сонной артерии. Жив. Просто без сознания. На его виске расплывается отвратительного вида кровоподтек — похоже, ему здорово приложили пистолетом. Я трясу Томми за плечо, и он со стоном медленно открывает глаза.

— Босс?

Я вздыхаю.

— Где Уна? — хотя и спрашивать незачем. Я и так знаю, куда она ушла, но хочу услышать это от него. Хочу, чтобы он рассказал мне, как она умудрилась съ*баться от него.

— Она… она вырубила меня, — отвечает он, медленно отводя глаза под моим пристальным взглядом.

Вскочив на ноги, я поворачиваюсь к нему спиной.

— Где она?

— Понятия не имею.

— Твою мать! — я упираюсь руками в кухонный стол и вдруг замечаю лежащий посередине клочок бумаги. Взяв его, я пробегаюсь глазами по в спешке написанным словам.

Неро. Не психуй. Я ушла выполнять свою работу. Буду поздно. Уна.

О`Хара. Уна пошла за долбаным О`Хара, и ему известно, что она придет за ним. Дерьмо!

— В котором часу она ушла?

— Около восьми.

Сейчас десять тридцать.

Я опускаю голову.

— Она пошла за О`Хара. Два часа — это слишком долго. К тому же ему известно, что она придет. Возможно, ее уже нет в живых, — я произношу это спокойно, но по ощущениям далек от спокойствия. Я чувствую себя в таком … бешенстве, что готов разнести эту чертову квартиру.

— Может, и нет, — произносит Томми. — В смысле … она … — он запинается.

Я поворачиваюсь к нему. — Она ЧТО?

Он садится напротив меня и опускает голову на сложенные руки.

— У нее там есть этот парень. Даррен.

— В твоих интересах выложить мне все чертовски быстро, Томми, — рычу я.

— Послушай, во вторник она заставила меня отвести ее в «О`Мэлли», — торопливо начинает рассказывать Томми. — Этот парень пытался ее склеить, и она дала ему свой номер телефона. Уна собиралась использовать его, чтобы подобраться к О`Хара.

— Ты что-нибудь знаешь об этом парне?

— Дерхам, вроде. Кажется, она говорила, что его зовут Даррен Дерхам.

Так. Чем дальше — тем лучше. — Добудь мне всю информацию о нем: семья, жена, мать, — я беру ключи и достаю из кухонного ящика еще один пистолет. — С тобой я разберусь позже.

Эта чертова баба никогда не слушает, что я ей говорю, а теперь еще и Томми втянула во все это дерьмо. А я? Бегу за ней сломя голову по причинам, которые даже сам себе объяснить не в состоянии.

Джексон останавливается в переулке, расположенном в квартале от «О`Мэлли». Я позвонил ему по дороге, потому что чертовски нуждался в поддержке, а когда дело доходит до драки, то Джексону цены нет.

Он выходит из черного внедорожника, застегивая пуговицы пиджака. Короткая стрижка делает его похожим на головореза, кем он, собственно, и является. Встретив меня напряженным взглядом, Джексон открывает заднюю дверь. Подойдя ближе, я замечаю на заднем сиденье рыдающую женщину с огромным животом.

— У меня нет желания причинять тебе боль. Позвони Даррену. Прямо сейчас. Скажи ему, где ты, и что если он придет не один, я убью тебя.

Она прерывисто всхлипывает. Проклятье, у меня нет времени на это дерьмо.

Джексон протягивает ей телефон, она берет дрожащей рукой трубку, переводит взгляд на меня, касается пальцем экрана и подносит телефон к уху.

— Даррен, — рыдает она, и ее голос срывается. Она делает несколько глубоких вдохов и размазывает по лицу слезы и сопли. — Я в переулке, в квартале от бара. Он … он убьет меня.

Выхватив у нее телефон, я подношу его к уху. На заднем плане звучит приглушенная музыка, словно он вышел в коридор или в подсобку.

— У вас есть то, что нужно мне, мистер Дерхам. Так что или ты встретишься со мной — один! — или мозги твоей милой маленькой подружки разлетятся по всей чертовой улице, — почти выкрикиваю я, после чего завершаю звонок и бросаю телефон Джексону. — Приставь пистолет ей к виску. Если увидишь, что из-за угла выйдет больше одного человека, пристрели ее.

— Боже, — девчонка всхлипывает и плачет, а потом сцепляет пальцы и начинает тихо молиться.

Мне не жаль ее. И знаете почему? Потому что если ты связалась с бандитом, то должна быть готова к подобному. А если девка не знала, кто он … что ж, значит, она просто дура. В Мафии принято защищать женщин, не позволять вмешивать их в дела, соблюдать негласное правило об их неприкосновенности, полагаться на законы чести. И это все работает, пока … не появляется такой ублюдок, как я. У меня ни хера нет чести, и я использую любые средства для достижения желаемого. Если он решил взять то, что принадлежит мне, то может быть чертовски уверен: я возьму то, что принадлежит ему.

Через несколько минут в начале переулка появляется фигура. Он один, но в руке сжимает пистолет.

— Кто ты такой? — спрашивает он, и его голос звучит напряженно.

Я смеюсь.

— Я — парень, приставивший пистолет к голове твоей женщины, — и киваю в сторону сидящего на заднем сиденье Джексона со стволом в руке.

— Даррен! — кричит она, и я вижу, как его глаза прищуриваются, а губы сжимаются.