Дом Немилосердия (СИ) - Ив Анастейша - Страница 15

— Что со мной было? — спросила я заплетающимся языком.

— Обморок, — сказала Ронда, выключая кондиционер. — Подружка твоя сказала, что вы были в душном кабинете, вот тебе и стало плохо… Сесть можешь?

Я неохотно открыла глаза и села. Голова еще кружилась, но мир вокруг снова приобрел свои привычные очертания — что, разумеется, меня только обрадовало. Быть вынужденной Алисой в стране чудес мне не понравилось.

— Ну, вот и отлично, — обрадовалась доктор Уоллис. — Посидишь еще часик у меня, пока окончательно не придешь в себя, а потом Элли тебя в комнату отведет. Освобождение от физических нагрузок я тебе, так и быть, выпишу.

Освобождение… В первую секунду я обрадовалась: это значило очень многое. Это значило — никакой разминки на пределе сил, никакой самообороны на пределе нервов и, что главное — никакого мистера Берка с его язвительными шуточками и презрительным взглядом. Я уже представила себя лежащей на своей кровати в секторе, пока все остальные будут выслушивать придирки и насмешки тренера, представила себя в полном одиночестве — а ведь именно его мне и не хватало. Но затем… затем ко мне в полном объеме вернулась память, и я поняла, что я натворила перед этим.

Я вспомнила, как Берк выставил меня из зала вслед за Элли, как говорила со мной Касси, умоляя меня одуматься, и как я сама полезла на рожон, заявившись без приглашения к майору Рамирес, чтобы защитить подругу. Вспомнить все, что мы друг другу говорили, было нереально; но зато наиболее реальными казались мои последние слова — слова, после которых все вышло из-под контроля.

«Я не раскаиваюсь. И не собираюсь»

Дождавшись, пока Ронда снова скроется в подсобке, я положила ладонь на сердце. Оно билось ровно и спокойно, как обычно — настолько же спокойно, как и тогда, когда я бросила в лицо Рамирес прорвавшиеся откуда-то изнутри холодные слова. И тогда, прислушавшись к равномерному ритму, я вдруг поняла, что все сказанное было правдой. Что бы ни говорила Касси и как бы ни угрожала майор, я не чувствовала ни капли своей вины. Наверное, именно тогда на меня впервые нахлынуло это ощущение — ощущение своей бесконечной, несокрушимой правоты.

«Может быть, это и есть контроль?..» — глухо звякнуло где-то внутри. Я не знала. Но одно я знала точно: последнее слово впервые осталось за мной.

— Чай будешь? — Светлая во всех смыслах слова голова Ронды снова высунулась из подсобки. — Тебе бы не помешало.

— Это можно, — согласилась я. — Вам помочь, доктор Уоллис?

— Сиди уж! — рассмеялась она. — Что за люди пошли: их чуть-чуть отпустит, и они уже хоть горы воротить готовы…

— А что, много таких? — подыграла я.

— Пока что только двое, но вы друг друга стоите, — Ронда появилась как из ниоткуда, держа в руках большой электрочайник. — Говорила ж я ему: куда вы собрались, сидите дома… так нет же, надо было напугать своим видом весь Гарнизон.

Я усмехнулась в ответ на ее ворчание.

В следующий момент смех превратился в кашель.

— Коммандер Шарп? — спросила я каким-то чужим голосом, подняла глаза и тут же опустила их: я не могла. Я не могла вот так просто взять и выложить все карты — тем более тогда, когда с каждым днем все становилось только сложнее.

Раздался глухой стук: Ронда отставила чайник. Краем глаза я увидела, как она приближается к моей койке. Сев рядом, она положила одну руку мне на плечо, а пальцами второй мягко приподняла мне подбородок:

— Я все знаю, Тара. Он рассказал мне о тебе. И знаешь, что? Ты поступила совершенно правильно.

— Я понимаю, — кивнула я, стараясь не смотреть ей в глаза. — Но все это так странно… Я как будто теряю контроль. Когда дело касается него, я словно перестаю осознавать, кто я и что я делаю. И даже если я все делаю правильно, — в голове снова вспыли воспоминания последних дней, — я хочу, чтобы это было правильным и для него.

Опустив голову, я замолчала, как будто боялась, что наговорила лишнего. Доктор Уоллис сидела рядом, а ее узкая теплая ладонь все еще лежала на моем плече. Я чувствовала это тепло даже сквозь грубую ткань солдатской формы.

— Ты умная девочка, Тара, — начала она пару минут спустя. — Но тебе страшно, правда ведь? — Я снова кивнула. — Ты ищешь защиты, потому что тебе хочется держать все под контролем — так ты, кажется, сказала?.. Но ты не можешь. И никогда не сможешь, понимаешь это? — Я только вздохнула, уставившись в пол. — Ты хочешь, чтобы кто-то снял с тебя эту ношу, чтобы кто-то стал для тебя надежным тылом и прикрывал спину. Но я пока не уверена, тот ли это человек, милая. Я не уверена.

— Почему? — вскинулась я.

— У него есть власть, — сказала Ронда. — А человек, наделенный властью, может дать тебе лишь то, что эта власть ему позволит, и он будет действовать в согласии с ней. Но что, если ты и твои потребности окажутся вне этого круга? Сможет ли он выбрать между абсолютной властью и… тобой?

По правде говоря, я не знала. Я хотела этого, но и это было вне моего контроля. А я пока не могла привыкнуть к мысли, что контроль оказался не в моих руках.

— Мне говорили, что он верен обещаниям, — сказала я тихо. — Гарнизон не пошел бы за человеком, не способным выбирать.

— Что ж, это правда, — Доктор Уоллис все-таки вернулась к чайнику. — Но ему не обязательно нарушать обещания. Достаточно просто поставить что-то выше их. И он будет прав. По-своему, конечно же, но — прав.

— Не может каждый из нас быть прав, — возразила я.

Дверь бесшумно распахнулась, и в проеме появился Логан Янг собственной персоной. Я уставилась на него таким взглядом, как если бы он был какой-нибудь фиолетовый или в крапинку.

— Вот ты где! — выдохнул он и кинулся ко мне. — Тьфу ты, Тара, нельзя же меня так пугать! Элли примчалась, сказала, ты в глубоком обмороке…

— Уже нет, — усмехнулась я мрачно. — А вот насчет всего остального я тебя не только напугаю, но и расстрою.

— Да понял я уже, что мы с тобой опять не встретимся, — он махнул рукой. — Плевать на все, главное, что ты в порядке.

Я снова опустила глаза, так как почувствовала, что к лицу приливает кровь. Ронда тактично удалилась, а мы остались вдвоем в пустом кабинете. Ситуация была неожиданная, внезапная и абсолютно неконтролируемая.

— Может, ты… сядешь? — предложила я смущенно. — А то ворвался сюда, как супергерой Черный Плащ, людей, небось, перепугал…

— Да кого там пугать, — беспечно отмахнулся он. — Илай Морено шел по коридору с вашей регуляторшей, так я его чуть с ног не сбил… — Я фыркнула, не в силах сдержать неуместной улыбки. — Ты чего смеешься-то?

— Лучше б ты его сбил, — сказала я совершенно честно. — Хотя, нет, тогда бы тебе пришлось тащить его сюда же, в госпиталь, и мы бы снова встретились…

Я вдруг представила себе эту немую сцену — себя и Илая Морено в одном кабинете — и сначала поежилась, а потом засмеялась. Один из нас отсюда точно не вышел — и Логану было совершенно необязательно знать, кто именно.

— ЧуднАя ты, — сказал Логан и заглянул мне в глаза. — Тара…

— Что?

Ронда снова выглянула из подсобки. Просто удивительно, как эта чуткая женщина умудрялась постоянно появляться в нужное время и в нужном месте.

— Молодой человек, вы чай будете?

— Давайте, доктор Уоллис, — кивнул Логан. — А сладкое будет? А то Уолтер Берк совсем уже нас загонял, сил просто больше нет…

— Да уж, это он умеет, — согласилась Ронда. — Эх, что с вами делать, молодежь… Ладно. Пропадай мое печенье.

Мы немного посидели у нее в кабинете. Вернее, «немного» — это в моем понимании; Логан же каждые десять минут куда-то срывался и возмущался, что его ждут в секторе, а мы тут разлагаем дисциплину, но доктор Уоллис каждый раз находила способ усадить его на место. Я улыбалась, когда она рассказывала какие-то курьезы из жизни и работы, а Логан смеялся в голос. Один раз Ронда удивительно точно спародировала майора Рамирес с ее вечно недовольным лицом и кислым голосом, но в остальном мы вообще не говорили о начальстве. В это сложно поверить, но даже Илай Морено с коммандером Шарпом впервые за все время стажировки выветрились из моей головы. И если бы внезапно дверь открылась, а на пороге предстал бы кто-нибудь из них, я бы искренне удивилась. По-настоящему удивилась, а не стала бы продумывать пути к отступлению.