Заложница мятежного коммодора (СИ) - Сапфир Ясмина - Страница 39

Рей

Как бы я ни пытался добиться от Алианны признания, так и не мог ничего узнать. Я искренне не понимал, как она ко мне относится, и это меня злило, выбивало из колеи, заставляло желать девушку еще сильнее, как приз в нашем личном поединке. Я не хотел, чтобы Али видела во мне монстра, собирался показать ей лучшие черты. Но при этом грубил. Пытался выглядеть независимым и злился на себя за свои же слова.

Абестанка казалась легкой, почти невесомой. Конечно, на станции немного понижена гравитация, но дело даже не в этом. Али была как мечта — воздушная и легкая. Она ускользала, боялась меня. А я каждым своим действием все больше портил наши отношения. Я не привык ухаживать за женщинами — этого никогда и не требовалось. Тем более, не имел ни малейшего понятия, как вести себя с абестанками.

Общие правила вежливости и этикета были неуместны в любовных отношениях, но в присутствии своих подчиненных я не мог переходить границ.

— Не устала? — поинтересовался я после танца, когда мы отошли к столу.

— Ни капли, — покачала она головой. В этот момент на щеках девушки вспыхнул румянец. Али засмущалась, но выглядела счастливой.

Конечно, это у нее в крови — балы и приемы. Дело вовсе не во мне лично. Али с детства обожала танцевать. Помню еще девочкой кружила с адмиралами и лордами… Тут и хвостатый монстр вполне сойдет… Лишь бы умел вести в танце.

— Угощайся, мне нужно отойти. Я скоро вернусь, — решил не допекать ее вопросами, которых и так задал слишком много, даже слишком.

Мне нужно было обсудить с Кортисом Дэр Гором ряд вопросов, ради которых мы встретились. Мы обменялись с герцогом взглядами, затем вместе прошли в мой кабинет, где я быстро изложил суть проблемы по поводу частичной выдачи наших секретов КОР.

Рретанин прищурился, обдумывая мои слова.

— Почему бы не извлечь из этого выгоду, Рейминар? Пусть они получат технологию синтеза продуктов, но мы ведь можем не отдавать ее просто так. Помнишь, мы сами хотели продать ноу-хау абестанцам? Поверни ситуацию в свою пользу, — предложил Кортис, немного поразмыслив. — Пусть думают, что сами добились получения наших секретов, а не мы навязали им договор. Конфедераты получат конвертеры молекул, но оборудование по их настройке останется лишь на Рретане. И они от нас все равно никуда не денутся.

— Ты гений! Завтра получим список — просмотрим внимательно каждый пункт, — ухмыльнулся я, проигрывая в мыслях, как буду «идти на уступки» Мирайне Дэйл, но поверну ситуацию в пользу рретан.

Мы вышли на связь через специальный канал, по которому конфедераты не смогли бы вычислить наше местоположение. Таким уже пользовались раньше, когда я пытался найти общий язык с адмиралом Хортнером Мейси — тем еще подонком, хоть и уважаемым в КОР военным. Я слишком много знал, чтобы относиться к нему хорошо.

На этот раз мне удалось связаться с компьютером президентской резиденции Неотерры. Мы с Мирайной не раз сидели за одним столом на правительственном балу, не раз танцевали вместе. Я знал, что лорд Вейн неровно дышит к Мирайне, но женщина-президент, казалось, ничего не замечала, и мне иногда доставляло удовольствие злить правую руку правителя КОР. Вот теперь и у него появится шанс на мне отыграться. От мысли, что кто-то будет танцевать с Али, обнимать ее и прижимать, мне очень хотелось убивать. Не зря у абестанца появлялось это выражение на лице… Я понимал его чувства сейчас и даже сожалел о собственной беспечности. Ревность способна сжечь изнутри, лишить силы воли и толкнуть на необдуманные поступки. Я знал, что так и будет, если вдруг наткнусь на Ворнера, танцующего с Али и прижимающего ее к себе как свою женщину...

Она быстро совладала со своими чувствами и выглядела теперь суровой, неприступной, собранной. Наверное, постоянно видя ее именно такой — далекой и холодной, Вейн и не решался до сих пор к ней подойти.

Самое сложное заключалось в том, чтобы не рассориться с Мирайной окончательно. Если хочу завладеть Али, которая так трепетно относится к матери, я должен разговаривать вежливо. Надо же, никогда бы не подумал, что породнюсь с этой женщиной! Не представлял ее в качестве возможной тещи. Да и президент не особенно меня жаловала… С некоторых пор не особенно. Когда-то, очень и очень давно, мы почти дружили...

— Мирайна, я готов вернуть вашу дочь, но у меня есть два условия. Земляне должны полностью прекратить добычу эрития на нашей планете. Это убивает природу, лишает обитателей жизненной силы. Вы прекрасно это знаете. Хотелось бы, чтобы вы восприняли мои слова всерьез. В противном случае ваша дочь действительно окажется в руках ткеннов. Поверьте, я исполню угрозу, — высказал я первое условие.

Ни один мускул не дрогнул на лице госпожи президент, но по тому, как сверкнули ее зеленые глаза, я понял, что попал в яблочко с ткеннами.

— Мне нужно время, чтобы обсудить ситуацию с советом… — начала плести свои политические сети Мирайна.

Ну уж нет! Я слишком хорошо знал ее. Дипломата, торговца обещаниями, умелого манипулятора. Она просто хочет выиграть время, попытаться перехватить сигнал, чтобы узнать мое местоположение. Почему-то для Мирайны не было ничего страшнее, чем дочь в руках ткеннов. Снова и снова я возвращался к мысли, что насекомым Али нужна для каких-то своих целей, и переговоры в их планы не входили.

Возможно, запись с Али не понадобится. Даже не знаю, почему я медлил. Все так запуталось и завертелось. Демонстрация голограммы уменьшала шанс на благословение Мирайной брака с Али после возвращения Алианны домой. Но если президент продолжит в том же духе, выхода не останется.

Мирайна прищурилась и отчеканила:

— Мы оба действуем в интересах своих планет и народов, так? — Ее голос на секунду дрогнул. — Могу ли я получить от вас гарантии, что дочь не попадет в лапы ткеннов? Вы даете мне слово рретанина?

О как! Неожиданно. По крайней мере, в этот момент. Конечно, абестанцев давно интересовал процесс синтеза продуктов и некоторых материалов. Однако она не промах! Из всего извлекает пользу, даже из похищения собственной дочери. Политик в Мирайне побеждал мать. Впрочем, и во мне сейчас победил мужчина, а не принц и будущий король, так что мне ли осуждать президента?

— Хорошо. Я рассмотрю список, — кивнул в ответ. — И помните: чем быстрее вы примете решение, тем скорее Алианна окажется дома… в безопасности.

Кажется, ей гораздо безопаснее на Тэо. Но я дал клятву и возвращу Али домой. Хотя что-то подсказывало, что я не смогу оставить ее просто так. Потом придется наведаться к ткеннам и доказать им, что похищение Али, какие бы радости насекомым оно ни сулило, сопряжено с большими потерями.

ГЛАВА 10

Али

Кажется, зря я приревновала Тар Ренса к его хвостатой зазнобе. Нужно пойти и попросить прощения за свои слова, все же он снова спас станцию от ткеннов.

Я добежала до его кабинета, где он как раз закончил разговор с моей матерью. Заглянула.

— Коммодор Тар Ренс, я прошу прощения. Я была не в себе после ситуации в кабинете. Вы очень меня напугали. Находиться с вами дольше на одном судне казалось весьма рискованным для моей… эм… скромности.

Он усмехнулся подобранному термину, а я продолжила:

— Я действовала, одолеваемая эмоциями, и сильно сожалею. Жаль, что вам пришлось выдержать осаду ткеннов, и мой опрометчивый поступок тому причиной. Обещаю, что больше уговор не нарушу. Спасибо, что спасли от ужасного Ангела...

Моя длинная речь возымела эффект. Глаза рретанина начали переливаться радужными бликами, было видно, что он едва сдерживает улыбку.

— Ладно, рано или поздно мы бы столкнулись с ткеннами. Они обещали меня навестить и сдержали слово, не больше и не меньше. Мы встретили их с почестями.

Теперь зрачки Тар Ренса переливались расплавленным металлом. Он злился на насекомых. Похвально! Мне нравилось, что у нас общие враги. Даже странно, но именно это я чувствовала.