Заложница мятежного коммодора (СИ) - Сапфир Ясмина - Страница 41

— Кажется, наш десерт уже подан. Предлагаю вернуться, у нас еще будет возможность прогуляться по дому.

Я промолчал, что лучшим десертом этого вечера являлась бы сама Али. Пока рано… рано! Я должен еще немного потерпеть, подождать, пока она ответит мне взаимностью. Доказать, что я не озабоченный самец, а мужчина, который может и хочет угодить своей женщине.

Айтах! Я что, уже считаю Али своей женщиной?! Я ведь не собираюсь на ней жениться. Браки между рретанами и абестанцами редкость, и их не приветствует наша раса.

Когда я стану королем Рретана, придется задуматься о наследнике. Абестанка не сможет родить от меня, это практически невозможно. Такие полукровки бывают, но это исключение из правил. Ученые так до конца и не разобрались, как некоторые абестанки смогли забеременеть от рретан или рретанки рожали от абестанцев, потому что случаи были единичными и это происходило с большими временными промежутками. Рретане предпочитали вообще не афишировать сей факт, хотя слухи и ходили по галактике.

Тогда почему Али вызывает во мне такие странные чувства? Если это именно то, о чем я думаю, значит, с рретанкой я уже не смогу достигнуть аурной и энергетической гармонии. Я даже усмехнулся. Выбор невелик. Кажется, я стал зависим от Алианны, и это уже не шутка и не политическая игра. Мы не можем любить по-настоящему несколько раз в жизни, такое чувство приходит однажды и навсегда.

Мне нужно добиться расположения Али, взаимности. Политические вопросы придется улаживать позже. Если, конечно, мать Али не воспротивится после всего, что я сделал и наверняка еще сделаю. Что же… однажды я уже похитил эту девушку…

Есть ли шанс, что я ошибаюсь и это вовсе не любовь? Ведь я не чувствовал никакой влюбленности, мной обуревало лишь желание подчинить и завладеть девушкой. Но пока не попробуешь всего, не узнаешь правды.

Я совсем запутался. В себе. В своих целях и стремлениях. В наших отношениях «заложница — похититель», в которых мы постоянно менялись местами. Я похитил Али у матери, она лишила меня покоя. Как все странно!

Вернувшись за стол, мы обнаружили шоколадный торт — одно из излюбленных лакомств землян и абестанцев. Пышные темно-шоколадные коржи покрывала воздушная белая пена — браслет-компьютер подсказал мне, что это взбитые сливки. В хрустальных вазочках слегка подтаивали разноцветные шарики мороженого, которое употребляли и на Рретане, разве что предпочитали несколько иные вкусы. Мой повар расстарался на славу. Я заранее проинструктировал его, что в первую очередь нужно угодить нашей важной гостье, как я представил девушку. Хотя прислуга наверняка считала Алианну моей новой любовницей. Уж слишком я с ней возился.

Скоро все будет именно так! Я не собираюсь отступать от намеченного плана.

— Вкусно? — уточнил я, глядя, как Али пробует угощение, смакует его на языке.

— Нормально, — с показательным недовольством произнесла она, хотя глаза выдавали обратное.

— Давай забудем о нашем споре. Я перешел границы и прекрасно это понимаю. Конечно, мне нет никакого дела до твоего будущего замужества. — Я изо всех сил пытался казаться незаинтересованным. — Утром мне предстоит разговор с президентом. Я постараюсь урегулировать все вопросы и отправить тебя обратно как можно скорее.

Но от этого я только сильнее возбудился. Казалось, ткань брюк порвется раньше, чем я успею раздеться. Но пугать Али не стоило — мне и так едва удалось вырвать из абестанки признание, что я ей небезразличен. Однажды я чуть не совершил ошибку, о чем жалею до сих пор.

Я сбросил рубашку на пол, встал на колени, снимая с Али обувь. Затем расстегнул комбинезон. Стянул его полностью. Погладил стройную ногу. Айтах! Какая гладкая кожа! Как же хочется покрыть ее поцелуями — каждый миллиметр.

Я посмотрел на Али. Она ответила смущенным взглядом, покраснела и улыбнулась. Как же мне нравилась ее реакция! Эта смелость и одновременно скромность. Решительность и нежность.

Я коснулся губами стопы девушки, она вздрогнула, и я снова посмотрел на Али. Она откинула голову и прерывисто дышала. Я убедился в том, что желанен, и продолжил ласку. Когда от коленки дорожка поцелуев пошла выше по бедру, крышу сорвало окончательно. Я отодвинул в сторону тонкое кружево, что скрывало самое сокровенное и осторожно коснулся языком того места, куда очень хотелось войти другим органом. Сделал пару круговых движений у набухшей жемчужинки.

Али задрожала, застонала. Я остановился, выдохнул. Брюки причиняли неудобство, и я решил избавиться от них. Расстегнул, следя за вниманием абестанки. Она неотрывно смотрела на мое тело. Исследовала взглядом сверкающие чешуйки и косилась на то, что открылось под брюками. Али чуть приоткрыла рот, отчего губы ее заалели. Нет, я больше не пугал ее ни размерами члена, ни силой желания. Ей было даже интересно, какой я обнаженный. Я будто чувствовал скользящий по мне взгляд, полный любопытства и предвкушения.

— Рей… — еле слышно произнесла она, когда я медленно приближался к ней. — Я не уверена…

— Тшш, — прошептал я, стягивая с Али кружевные трусики. Все, что на ней оставалось, — то самое изумрудное колье, которое я преподнес сегодня в подарок, абестанка так и не сняла его. Я отбросил в сторону нашу одежду и опустился на постель рядом с девушкой. — Я буду очень… очень осторожен. Просто не бойся меня.

— Дело не в этом, — чуть замялась она.

Я не понимал, в чем загвоздка и чего Али добивается. Я и так готов отдать ей все, что имею. Не только тело, титул, власть, деньги, но и душу. Как же она этого не осознала до сих пор?! Я взял лицо Али в ладони — как тогда, в коридоре, принялся целовать. Исследовал ее ротик, едва сдерживаясь, чтобы просто не войти в тело абестанки, получив свое. Ее язычок возбуждал меня: такой маленький и нежный, такой дразнящий. И я понял, что хотел бы ощутить его прикосновения на своем теле. Но это потом. Пока я добьюсь удовольствия Али, ее оргазма.

Мои пальцы жадно заскользили по гладкой коже. И я чувствовал, как абестанка дрожит от моего напора. Но тянется в ответ, желая получить больше. Я так завелся, что ничего не понимал кроме того, что мы вместе и я вот-вот получу ее целиком, сделаю своей раз и навсегда.

Я опустился ниже, покрывая живот Али короткими поцелуями. Втягивал ртом маленькие затвердевшие вершинки грудей. Слышал ее стоны и напряженное дыхание. Пальцами я осторожно коснулся треугольника внизу живота, раздвинул нежные складочки, лаская возбужденную плоть, пульсирующую от моего напора. Потом проник в узкое желанное пространство плавным движением, почувствовав, как бархатистые стеночки сжали мой палец.

Она застонала от удовольствия, когда я двинул рукой вперед, уже предвкушая как проникну в Али членом. Алианна выгибалась мне навстречу, шептала мое имя, повторяла раз за разом, постанывала в такт движениям. У меня имелся богатый опыт в любовных утехах, и я знал, как доставить удовольствие партнерше. Правда, до Али все мои любовницы были рретанками. Я консервативен в выборе. Даже не знаю, что со мной произошло на сей раз.

— Рей, остановись, — наконец взмолилась она.

Я лизнул напоследок сладкий бугорок. Затем оставил ее, но лишь на мгновение. Улегся рядом, притянул к себе и поцеловал в губы, слегка прикусил язык, чтобы потом втянуть его ртом. Я не торопился, чтобы все не испортить, старался угадать, где у Али находятся эрогенные зоны, гладил руками ее спину, маленькие груди. Поцеловал шею и нежную кожу за ушком.

Али слегка осмелела и осторожно поглаживала мою спину, касалась чешуек, исследовала их пальцами. И у меня почти темнело в глазах от желания, когда ее ладошки опускались к чешуйкам на бедрах. Слишком близко к отвердевшему члену. Мысль о том, что ее пальцы доберутся и до направленного вверх ствола, лишала меня самообладания.

— А можно его пощупать? — прошептала Али смущенно.

Я остановился, чувствуя, что больше не владею ни собой, ни телом. Кивнул. Абестанка осторожно обхватила ладошкой… мой хвост. Вот айтах! Это так будоражило, как будто она сейчас сжимала кое-что другое.