Разлом (СИ) - Калашников Марк - Страница 101

Описание сына Азалии - Агария, оказалось более скромным, в силу юного возраста последнего. Правда, даже так, он мог стать владельцем некоторых Залов, вроде дозорной башни или же мастерской оценщика трофеев. Глаза у парня действительно оказались не простыми. А вот взять под свой контроль целую Секцию, в отличие от матери, он не мог, но, думаю, это изменится со временем.

В том, что Азалия может быть полезна я изначально не сомневался: из обрывков воспоминаний Агадора ещё на стене в Торгурии видел о её способностях Знахарки, а вот полезность их сына оказалась приятным сюрпризом. Правда, в ближайшее время оба будут иметь статус безработных – число Залов в Замке конечно, да и прибывать новые будут не очень быстро, так что внутренняя логистика не позволяла разбрасываться подобным ресурсом вслепую. Лишь разобравшись с основными задумками, возьмусь за Обитель Знахаря и Оценочную Комнату.

На поверхности горы уже имелось несколько законченных комнатушек, одну из которых передал во временное пользование Местным. После окончания стройки наверняка придётся делать перегруппировку. Самостоятельно выбраться из Обители женщина с сыном не смогли, но с помощью Агадора проблема была решена.

Следующим пунктом стала Иллания. В теории я мог отложить это дело на некоторое время и извлечь столь ценную Искру из Ритуального Круга непосредственно перед отправлением на Землю, но в итоге решил не затягивать. В конце концов, поход в Торгурию, полную тварей Инферно, так же мог затронуть сокрытую в артефакте душу.

В отличие от семейства Агадора, столь быстро разобраться с созданием тела для Иллании не получится, по крайней мере, без посторонней помощи. Прежде всего, требовалась кровь, много крови. В теории я мог использовать всё тех же заключённых в Могильнике в качестве принудительных доноров, но даже так, этого будет недостаточно.

Свой вклад я, конечно, также внесу, но тот будет по-своему скромным. Дебаф из-за чрезмерной потери крови, может поставить крест и сыграть роковую роль в моих планах. Благо имелся довольно сильный кандидат на роль доброго самаритянина, чья кровь должна была отлично подойти для создания нового тела Иллании.

Выйти на связь с Кириаши оказалось достаточно легко. Вариант с отправкой сообщений с Местными не работал, но тут выручило Клеймо, что появилось на моей руке после заключения договора с Кицуне. Пусть не с первого раза, но с поддержкой Обители, мне всё же удалось дотянуться до многохвостой.

- Говори, – раздражённый голос Кицуне давал понять, что от этого незапланированного сеанса связи она не ждёт ничего хорошего, – но если хочешь выторговать отсрочку, то разговор можно считать оконченным, – Кириаши сходу дала понять, что подобные предложения до добра не доведут.

- В ближайшее время я планирую отправиться в родной мир, а это может быть опасным для Иллании. Готов прямо сейчас начать создавать для неё тело, но для этого потребуется кровь, много крови, а мой запас уже давно исчерпал допустимый лимит.

Никаких словесных игр – я специально вывалил всю правду в лоб собеседнице, целиком и полностью перекладывая на неё ответственность за судьбу Иллании.

- Время и место, – к чести лисицы, та не стала отпираться, когда выяснилось, что платить за спасение чужой жизни придётся не только словом, но и делом.

- Обитель, думаю, дорогу ты и сама найдёшь, – в прошлый раз лисица угрожала тем, что знает о Пристанище, так что обошёлся без точных координат, – что касается времени – как можно раньше, но не позже пяти часов с этого момента. Но прежде чем выдвигаться, стоит обсудить цену.

- Отмены моего прошлого долга будет достаточно, – настроение Кицуне стремительно поднялось вверх, но ненадолго.

­- Боюсь, ты меня неправильно поняла – речь идёт о том, насколько сильно увеличится Твой долг.

- Мой долг? Ты просишь помощи, и при этом хочешь, чтобы я ещё и платила?

- Это не просьба о помощи, а лишь возможность для Иллании обрести плоть на месяц раньше. Для меня это равносильно потере сильной способности, так что вполне уместен вопрос компенсации. Впрочем, ты всегда можешь отказаться, и мы вернёмся к разговору о воскрешение Иллании в ранее оговоренный срок.

- Чего ты хочешь? – по голосу Кириаши было легко понять, на сколь тонком льду я оказался. Попытка взять больше, чем следует, может окончательно испортить отношения с лисицей.

- Ты станешь наставником для одного из Стаи? – почувствовав волну недовольства, решил добавить. – Выбирать ученика сможешь по своему усмотрению, и если тот не оправдает ожиданий, то твоя служба ограничится всё тем же месяцем. Вот только считать дни впустую никто не будет – один час занятий за неделю из общего срока вычтет лишь этот самый час, а не семь дней, – при таком раскладе я ничего не терял, ведь за семь сотен часов Кириаши внесёт серьезный вклад в чьё-то развитие, тем самым усилив всю Стаю.

- Согласна, – после недолгих раздумий всё же согласилась Кицуне, – жди.

Долго ждать не пришлось. Спустя четверть часа рыжая уже была у подножия моей горы, причём в компании Легата Грешного Легиона. К слову, последнее мне было только на руку – крови потребуется много и высокоуровневый донор лишним не будет. Кроме того, к Вициусу у меня особое отношение.

В целом я был весьма признателен Легату, ведь без его помощи прошлая моя встреча с Кицуне могла закончиться весьма плачевно. Понятное дело, что тогда, прежде всего, вмешался Тораф, мой наставник-палач, но в итоге Легату пришлось не просто лезть в дела абсолютно постороннего для него Вечного, но и несколько испортить отношения с рыжей бестией, к которой сам лохматый явно питал чувства.

Едва приметив меня на горе, Местная серией грациозных прыжков добралась до плато. Приземлившись в паре шагов от меня, Кицуне окинула оценивающим взглядом грандиозную стройку, после чего демонстративно фыркнула, даже не посмотрев в мою сторону.

А вот Вициус, немного отставший от более ловкой подруги, вёл себя более дружелюбно и, оказавшись рядом, кивнул и по-своему приветливо улыбнулся. Тот факт, что простой неподготовленный человек от этого оскала на волчьей морде мог наделать в штаны, это уже нюансы.

После моего предложения спрыгнуть в недра горы через разлом, Кириаши в очередной раз прыснула, но промолчала, на что я лишь пожал плечами и подал пример, сделав шаг в пропасть. Для меня этот маршрут по уступам уже стал довольно привычным и знакомым, в отличие от гостей, тем не менее Кицуне приземлилась лишь с секундным отставанием от меня, причем сделала это куда плавней и грациозней.

Демонстративная расслабленность, а то и пренебрежение, хорошо давали понять, что лисица уверена в своих силах, но стоило ей оказаться посреди Обители, отношение Кириаши резко изменилось.

Рыжие лапки невольно раскрылись, давая когтям выскользнуть из тонких пальцев. А три хвоста тем времен распушились словно у готовой к драке кошки.

Столь резкие перемены объяснялись довольно легко – встречающая делегация произвела на Кириаши довольно сильное впечатление. Кицуне не сводила немигающего взгляда со старины По, причем если поначалу она даже прикидывала свои шансы, естественно лишь на бегство, а не победу, то после появления в поле зрения Лиэль, лисица резко сдала позиции и отступила к Легату.

Вициус хоть и удивился, но отреагировал куда спокойней. Мы друг друга во враги не записывали, скорее уж наоборот, так что и причин нервничать у Легата не имелось. Кроме того, пусть внешне это никак не проявлялось, в душе Гнолл лишь порадовался реакции подруги, которая в столь критичной для себя ситуации стала искать у него поддержки и защиты.

Припомнив нашу прошлую встречу, я не сдержал эмоций и на маске растянулся оскал, не уступающий тому, что красовался на морде Вициуса. Глазастая Кицуне тут же подметила мою реакцию и выпустила пылающую ауру, всем своим видом показывая, что готова сражаться даже в столь неравном бою, но я-то знал, что за агрессией прячется страх.