Безмолвные тени Раминара (СИ) - Бланк Эль - Страница 23

Мгновение тишины и неприятный свист, от которого мне становится не по себе.

— Самое главное, — продолжается инструктаж, — помни, что твоё сознание контролирует два тела одновременно. Параллельный процесс управления сложен, но к нему можно привыкнуть. Начинаем?

— Да, — голос Эда звучит хрипло, на срыве. Ему больно?

Яркая вспышка, цветные круги перед глазами — и потолок больничной палаты.

— Слава Богу, очнулся! — радостное восклицание и женское лицо со смазанными чертами. — Сергей, ты меня слышишь?

Голубые глаза, наполненные слезами, и рука, скользнувшая по щеке.

— Эдер, дублируй контроль! Ты перестаёшь дышать! — злой голос, возвращающий в лабораторию. Теперь перед глазами плывёт лицо Атанара.

— Я стараюсь, — судорожный вдох и новое погружение в другую реальность.

— Дорогой мой, я так переживала, — причитает симпатичная блондинка, встряхивая короткими кудряшками. — Не отвечай, не надо, — её ладонь ложится на рот. — Врач сказал, тебе нельзя разговаривать.

— Отлично, — одобрительное ворчание в настоящем. Фиолетовая фигура рывком поднимает Эда с кресла. — Попробуй двигаться.

Там, в больнице, мужская рука приподнимается с простыни, убирая от лица женскую ладонь. Здесь, в лаборатории, Эдер делает шаг в сторону напряжённо наблюдающего за происходящим Вирата.

— Ты как? — интересуется тот.

— Дикое ощущение…

Эдер проводит по лбу рукой, стирая капли пота и одновременно слушая торопливую болтовню блондинки:

— Ты представляешь, тот водитель, который тебя сбил, уехал. Не нашли. Номер машины никто не запомнил…

— Привыкнешь, — пожимает плечами испанец. — Дело времени.

Чувствую невероятное облегчение, когда вместо продолжения получаю новую серию непонятных картинок.

Господи, жуть какая!

Бедный Эдер. Мне его даже жаль становится. Надо же было на такое согласиться!

Шокирующие воспоминания. Для меня, по крайней мере. С тем, что мой телохранитель не собака и не человек, я уже как-то свыклась. И факт контактов для сбора информации сам по себе логичен, ничего особенного. Но то, что на Земле живут практически зомби, управляемые таинственно похожими на нас существами, — мне неприятно. Зачем творить подобное?

А мой отец тут причём? Почему в памяти Эда он появляется так часто? Или он тоже… пришелец?

Дурдом.

Уже минут пять проходит, а изображение упорно не появляется. Перед глазами всё тот же стремительный цветной каскад.

Непонятно, почему так долго? Неужели воспоминания остальной жизни не имеют эмоциональной окраски? Или нейроскан ищет что-то особенное?

Нашёл, наверное.

Тяжёлое дыхание и мелькающие деревья, растущие вдоль пешеходной дорожки. Эдер бежит очень быстро. В сторону здания, больше похожего на старинный особняк, подгоняемый взволнованным низким голосом:

«Всем сотрудникам срочно явиться в главный корпус. Общий сбор в обзорном зале. Всем сотрудникам…»

Тревожное сообщение повторяется за разом. Через минуту в помещении с куполообразным потолком, где оказался Эд, заняты все кресла. Недоумевающие взгляды и молчание в ожидании объяснений. Темнеющие оконные проёмы, тускнеющее освещение и общая атмосфера напряжения, которая становится всё более явной. Полная темнота и вспыхнувшая проекция звездного неба, вернее, целого рукава Галактики, один из фрагментов которого, с тусклой красной звездой в центре, покрыт сиреневой дымкой.

— Господа, с этого момента мы находимся в состоянии постоянной боевой готовности, — разрывает тишину всё тот же голос. — Амиоты прорвались через экранирующие поля защитных модулей и перешли границу Солнечной системы. «Треон» атакован и уничтожен. Советник Трокстар погиб. Капитан Басан находится на Превентире. Функции контроля за происходящим в системе и командования возложены советом Ракдала на него.

Секундная пауза, за время которой проекция на потолке стала иной. Изменился масштаб, приблизилась та часть Галактики, где столь привлекательно светит желтая звезда — Солнце. Вокруг неё такие знакомые планеты, а сиреневый туман, закрывший границы системы, медленно тянет свои щупальца, проникая внутрь, всё глубже.

— Объекты на орбитах находятся под угрозой нападения, — комментирует голос. — В настоящее время боевые группы отвлекают противника, а все имеющиеся силы направлены на восстановление необходимого уровня защиты. На нас возложена задача — обеспечить сохранность планетарных установок, размещённых на Земле. Все они должны работать без сбоев, поскольку, весьма вероятно, вскоре окажутся единственной преградой, удерживающей врага на расстоянии.

Слушаю ужасающее своим смыслом объявление, инструкции к дальнейшим действиям, и удивляюсь — реакция присутствующих на нехорошие события необычайно сдержанная. Никаких криков, волнений, восклицаний. Прежняя тишина и насторожённое внимание. Хорошо они себя контролируют. А вот мне не так спокойно, несмотря на чёткое осознание того, что вижу всего лишь воспоминание, плюс основательно давнее. Война. Это страшно. Но ведь ни о какой угрозе вторжения извне никто никогда не говорил. Ни в прошлом, ни в настоящем, ни в новостях, ни от других людей — я ни о чём подобном не слышала. Получается, что эти пришельцы нас защитили? Продолжая действовать тайно?

Кто же они такие? Откуда прилетели? Зачем остались? И почему решили нас спасти?

Задумываюсь и не замечаю смены действующих лиц и декораций.

Эдер неторопливо прохаживается вдоль ограждения, за которым просматривается теряющееся во мраке пустое пространство. Словно огромная пещера, в недрах которой вспыхивают яркие огоньки. Всё чаще и чаще. Через минуту безумное перемигивание сливается в единый световой поток. Гигантский ослепляющий вихрь крутится там, за прозрачной перегородкой, в которую мужчина упёрся ладонями, наблюдая за происходящим.

Вибрирующий гул наполняет помещение, заставляя дрожать стены, пол и даже воздух, а световое шоу за преградой приобретает масштабы стихийного бедствия. Впрочем, Эда, похоже, это не волнует совершенно. Глаза неотрывно всматриваются в эпицентр воронки, словно он ждёт. Очень ждёт того, что там должно произойти.

Огненная змея медленно раздувается и с резким хлопком лопается, превращаясь в фейерверк разноцветных вспышек. Ой! Я вздрагиваю, мужчина остаётся неподвижным. Ну да, он-то знает, что будет, это для меня происходящее — полная неожиданность.

Постепенно освещение стабилизируется, и становится ясно, что пустого пространства уже нет. Есть внушительных размеров дискообразный корабль, зависший напротив.

Вау!

Хорошо, что Эдер не отводит взгляда, позволяя мне как следует рассмотреть столь необычную летающую конструкцию. Округлый. Это я уже говорила. Идеально гладкий, как капля ртути, и такой же нежно-серебристый; так и хочется протянуть руку, чтобы погладить. А ведь точно инопланетный, у нас таких не делают…

Лёгкая рябь пробегает по поверхности, и часть обшивки корабля исчезает, позволяя увидеть стоящую за ней маленькую фигурку, с ног до головы закутанную в чёрный плащ. Мгновение, и прибывший уже спускается вниз по невидимому ранее пандусу и останавливается.

Эд опускается на одно колено, не то в знак уважения, не то чтобы оказаться на одном уровне, потому что ростом этот загадочный субъект ему максимум по пояс.

— Приветствую, советник Дот, — первым подаёт голос пилот.

В ответ из-под низко надвинутого на лицо капюшона сверкает неприятный взгляд. Словно отблеск чёрного стекла.

«Где Вират?» — в интонациях явное недовольство, а у меня дикое ощущение, что говорит странный тип неправильно. И не в словах дело, а в том, что звук идёт не со стороны собеседника. Он будто окутывает, словно сразу проникая в сознание. Бр-р-р! Неприятно.

— Контролирует работы на Лаудире, — совершенно спокойно отвечает Эдер. — Оснащение базы ещё не закончено. Мы не ожидали, что Илькута выйдет из канала и займёт стационарную орбиту раньше, чем планировалось.

«Да, капитан об этом говорил. Поэтому, учитывая сложившиеся обстоятельства, совет принял решение провести ассимиляцию на Превентире, используя тот запас симбионтов, которые есть в наличии. Нас не много, но каждому потребуется помещение для проживания и адаптации».