Безмолвные тени Раминара (СИ) - Бланк Эль - Страница 32

Ну что, Лидия-Лидея. Держись!

Жму «старт» и на всякий случай закрываю глаза, дожидаясь, когда звук в ушах перестанет имитировать вой китов касаток в ультразвуковом диапазоне и превратится в нормальную речь. Хотя вот как раз с эпитетом я явно перестаралась. Назвать «нормальными» окутывающие меня звуковые волны сложно. Хорошо хоть смысл понятен.

«Суть твоего предложения я понял, — звучат мягкие интонации, которые кажутся таким знакомыми. Похоже, это сам Эдер «говорит». — Удивлён. Не думал, что совет даст на это разрешение».

«У меня свои способы воздействия на Ракдал, — немного иные нотки, более твёрдые, что ли. — Мне нужна хорошая команда, а отзывы твоего наставника самые высокие».

Осторожно приоткрываю один глаз, чтобы не испугаться в случае чего, и сама себе не верю. Поэтому распахиваю пошире оба.

Напротив меня сидит в свободной, расслабленной позе, ни на чём, словно просто опираясь на воздух, очень даже симпатичный большеголовый пришелец. Кожа светлая, почти белая, чуть заметно светящаяся изнутри. И ничего в ней зелёного нет. Некрупное, но пропорциональное тело, облачённое в светло-серую одежду, обтягивающую по верхней части корпуса и более свободную, брючного типа, внизу. Обе руки сведены к груди, и длинные пальцы медленно вращают какой-то небольшой блестящий предмет. Огромные серебристые глаза смотрят с явным интересом.

А за ним, вдали, просматривается необычный, безумный пейзаж неизвестной планеты. Высокие узкие горные шпили — бежевые, с едва заметными чуть более тёмными мазками. Совершенно чистая, прозрачная атмосфера, переходящая в нежно-жемчужное небо, в зените которого излишне резко выделяется жуткое, совсем чёрное, местное солнце, прям как дыра в космос, только явно излучающая тепло. Рядом неторопливо колышется нечто, больше всего напоминающее невысокие деревья, если, конечно, они бывают ажурными и кремовыми. И вообще, окружающие краски исключительно пастельные, бледные, никаких ярких оттенков. Контуры предметов тоже сглаженные, словно я на них сквозь полиэтиленовый пакет смотрю.

Н-да-а-а… Воспринимаемый диапазон световых волн определённо иной. Потому и формирование цветового образа мозгом отличается. Получается, что я вижу всё так, как видел Эдер. И то, не факт. Наверняка мои рецепторы не позволяют мне распознавать всего.

Ну что ж. Будем довольствоваться тем, что есть. И привыкать к новому видению мира. Чужого мира.

«Честно говоря, — тем временем продолжается разговор, — не ожидал, что придётся покидать Илькуту сейчас. Моё обучение закончено, согласен, однако практического опыта не так много. Я надеялся получить его здесь, на Илькуте».

«Ты не прав, — не желает сдавать позиций собеседник. — Я же был на ваших полётных испытаниях, и того, что увидел, вполне достаточно, чтобы сделать вывод о твоей квалификации. Ты уже сейчас первоклассный пилот. И мне бы очень не хотелось упускать возможности использовать эти умения. Экспедиция обещает быть не самой простой, район совсем неизученный, но крайне перспективный, если судить по данным разведки. Поверь, в составе моей группы тебе будет намного интереснее, чем в других. А с планеты рано или поздно всё равно придётся улетать».

Ещё с минуту Эдер молчит, наверное, обдумывая его слова. Взгляд непроизвольно скользит по сторонам, позволяя мне рассмотреть своеобразный интерьер помещения.

Арочный свод, нависающий сверху. По бокам — колонны, между которыми как раз и виднеются необычные растения. Впереди открытое пространство. Похоже, что находимся мы на какой-то террасе. Под ногами — цветовые переливы. Не то это дизайнерский ход, не то эффект материала, из которого он сделан. Кто ж разберёт?

«Согласен», — глаза возвращаются к сидящему напротив.

«Отлично, — лёгким движением (я даже не замечаю напряжения мышц) тот отталкивается от невидимого сиденья и встаёт. — Ждём тебя в карантинной зоне».

Картинка расплывается, теряя чёткость, и изображение становится похожим на поверхность молока в чашке, на которую падают разноцветные капли. Я даже пугаюсь, настолько нетипичным выглядит процесс поиска. Наконец соображаю, что эффект этот тоже связан с иной работой зрительных рецепторов, и успокаиваюсь, терпеливо дожидаясь, пока нейроскан подберёт новый сюжет. Ну и времени даром не теряю, выстраивая в голове логическую цепочку. Не слишком длинную, но понятную.

Илькута — их родная планета. А неизвестный пришелец уговорил Эда улететь с ним и поработать пилотом в исследовательской группе. Любопытно, может это мой отец? Жаль, что по именам они друг к другу не обращались.

Уж не знаю, сколько времени прошло в реальности моего инопланетянчика, только в следующем воспоминании вокруг него совсем другой пейзаж.

Мышиного цвета солнце, словно ощетинившийся ёж, почти у самого горизонта. Бледное небо с едва заметным голубым отливом. Почти белая почва и всевозможные оттенки серого, окрашивающие то, что возвышается над ней.

Да, цвета непривычные, но… Есть что-то смутно знакомое в этих контурах! В том, как уходят ввысь угловатые шпилеобразные нагромождения. Как скручиваются, формируя углубления, выступающие из земли кольцевые структуры. Как похрустывает под ногами устилающий её песок.

Бог мой! Это Раминар?!!!

«Ну и что мы ищем? — проявляется в сознании чей-то голос. — Я не вижу ничего, что могло бы вызывать такие искажения!»

«Не знаю, — отвечает другой, тоже незнакомый. — Но оно где-то здесь. Совсем рядом. У меня показания на реаметре зашкаливают… Смотрите внимательнее… Может, нам расширить зону поиска?»

«Нет. Не расходиться! — строго предупреждает третий. О! Его я уже слышала. — Пока ещё неизвестно, насколько это может быть опасным».

На этом Эдер соизволяет отвлечься от созерцания ландшафта и наконец-то переводит взгляд на скромную компанию из шести… нет, семи пришельцев.

Облачённые в облегающие, золотистого оттенка скафандры, с защитными масками на лицах, те сосредоточенно выискивают таинственное нечто, среди хаотичного нагромождения стального цвета прутьев, брёвен, пней… Хм… Кристаллов? Сопоставляю картинки, припоминая прошлые видения. Ну точно — они! Хоть и выглядят в этом восприятии несколько иначе.

«Да нет тут ничего, — кажется, кто-то начинает раздражаться. Наверное, самый нетерпеливый из всей компании. — Признай, что ты просто ошибся!»

Одна из стоящих совсем рядом фигур подхватывает с поверхности небольшой фрагмент кристалла и замахом руки отправляет его в неведомые дали. Наклоняется, чтобы подобрать следующий.

«На прибор посмотри! — парирует недовольный голос. — Если это ошибка, то не моя!»

«Тогда какого…» — членораздельная речь резко переходит в хрип, словно говорящий задохнулся. Серый камень в его руке вдруг темнеет, наливаясь пугающей, мрачной чернотой. Пара секунд, за время которых никто ничего сделать не успевает, — и пальцы, судорожно сжимающие кристалл, неожиданно расслабляются, роняя его на почву, а тело мешком оседает на белый грунт, заваливаясь на бок.

«Долат!» — множественный окрик, и сразу трое инопланетян бросаются к нему, чтобы помочь.

Эдер остаётся на месте, и моё недоумение относительно подобной реакции очень скоро сменяется пониманием. В руке появляется оружие, а взгляд начинает внимательнее присматриваться к деталям и происходящему вокруг. Значит, он ещё и роль охранника выполняет!

Ещё двое тоже вооружаются и замирают там, где стояли, а третий приседает на корточки рядом с иссиня-чёрным пятном, рассматривая изменившийся кристалл. Протягивает руку…

«Ал! Стой! Не трогай!» — восклицание, которое запаздывает буквально на доли секунды — пальцы уже смыкаются вокруг шершавой поверхности.

Похоже, что паника оказывается напрасной. Потенциальный самоубийца, решившийся на столь безумный поступок, остаётся цел и невредим. Даже осторожно поднимает кристалл, присматриваясь к нему внимательнее. И всё, наверное, закончилось бы благополучно, не начни осыпаться каменная гряда, образующая один из шпилей.