Дитя порока (ЛП) - МакЭвой Дж. ДЖ. - Страница 12

— Доброе утро. — Одетый в черное с элементами золота посыльный до чертиков меня напугал, когда двери открылись.

— Какой этаж? — спросил он, глядя на мистера Барроу, когда мы вошли, при этом притворяясь будто меня не замечает.

— Пентхаус, — ответил адвокат, вручая парню черную карту, которую тот смог использовать для считывателя перед тем, как нажать нужную кнопку.

— Спасибо, сэр. — Посыльный вернул карту.

Мистер Барроу не ответил.

Поездка прошла молчаливо и быстро. Мы прошли через лобби и поднялись наверх за несколько минут, и когда дверь открылась, оказались лицом к лицу с двумя мужчинами в черных костюмах перед дверью в номер.

Мистер Барроу вышел вперед и жестом пригласил меня следовать.

— Гм... наслаждайтесь пребыванием. Спасибо, что выбрали Тропосфера Хотел, — посыльный смущенно запнулся, но как только я вышла из лифта, закрыл за мной дверь.

Охранники, оказавшиеся азиатами, кивнули мне перед тем, как открыть двойные двери в люкс.

Все это так и кричит: «Подозрительно!»

— Святое дерьмо, — ахнула я при виде комнаты — нет, пространства — с самым потрясающим видом на город. Все сияло золотом. Кресла, стол, даже основания люстр.

— Святое дерьмо. — Я повернулась, когда из патио в комнату вошла женщина-азиатка, одетая в обтягивающую бордовую юбку, покрытый бриллиантовыми шипами пояс и голубую блузу с принтом. Ее волосы были зачесаны назад. На коже не было ни малейшего изъяна, словно ее отфотошопили в реальной жизни.

— Не худшая реакция из всех, что получал мой отель.

— Ваш отель? — повторила я.

— Спасибо, Эйвери. Дальше я сама, — сказала она ему.

— Без проблем, мисс Каллахан. — Он кивнул ей, а затем мне. — Мисс О'Даворен, был рад.

И вот так, прежде чем я смогла хоть что-то ответить, он вышел из номера, а я пыталась осознать происходящее. Когда вспомнила сказанное адвокатом в машине.

— Мисс Каллахан? — Моя голова резко повернулась в ее сторону.

— Я не похожа на Каллахан? — спросила она, присаживаясь на троноподобное кресло и элегантно скрещивая ноги.

— Нет... то есть, не это... гм. Простите, вас не затруднить рассказать, что я здесь делаю? Я думала, что еду увидеться с миссис Каллахан... ну, пожилой миссис Каллахан. Или... сколько там у вас мисс и миссис Каллахан?

— Мы до этого дойдем. А что касается моей бабушки, — она наклонила голову в сторону. — Неужели ты действительно полагаешь, что выглядишь подходяще для встречи с ней?

Тон ее голоса казался резким... и знакомым.

Став ровнее, я не отступила.

— Да. Я уже с ней встречалась...

— Неправильно. Бабушка решила встретиться с тобой, потому что была так мила и проигнорировала очевидные недостатки.

Я едва ли могла применить к ней прилагательное «добра».

— Простите, что? Недостатки? То, что я не нарядилась, как кукла, не значит...

— И опять неверно, — перебила она меня во второй раз, сердито глядя в ответ. — То, как ты себя преподносишь сейчас, означает все... для тебя это — единственно важная вещь. Когда бабушка познакомилась с тобой, ты была никем. Теперь ты на пути к тому, чтобы стать кем-то. А это значит, что прежде чем ты увидишь ее снова, тебе необходимо выглядеть соответственно, а не как голодная девочка-подросток из 1985 года. Даже я не могу прийти в себя от того, что ты здесь.

— Ну, простите, в тюрьме не принимают карту Блумингдейл!

— Ты прощена, вот почему тебя отправили сперва ко мне. — Женщина улыбнулась, даже при том, что я сердито смотрела на нее. — А теперь, ты не хотела бы присесть, чтобы мы могли приступить?

— Я постою.

— Я не просила, Айви.

— Все в порядке, мэм? — В комнату вошла девушка в нелепом наряде французской горничной.

Женщина взглянула на меня в ожидании, так что я сделала, как велели, сев на диван.

— Да, передай всем, что мы готовы, — проинструктировала она горничную.

— Назовите мне свое имя или мне тоже называть вас мэм? — спросила я, потянувшись за яблоком в миске с фруктами на столе.

— Не смешно, — она улыбнулась, поправляя кольцо на пальце. — Мы вскоре станем семьей. Ты можешь звать меня Нари. Я — кузина Итана.

— Итана? — повторила я. — Это тот самый внук, за которого я типа должна выйти замуж или как?

Она посмотрела на меня так, будто я безумна, а затем просто покачала головой.

— По шагу за раз.

Не прошло и секунды, как зазвонил дверной звонок, о существовании которого в отелях я раньше даже и не подозревала. Горничная подошла к двери и открыла ее, пропуская не менее десяти человек в комнату. Они шли, словно солдаты, остановившись перед нами для инструктажа.

— Первые трое позаботятся о твоих ногтях, депиляции и коже лица. — Она указала на трех женщин – те кивнули, и Нари начала их инструктировать. — Хочу, чтобы у нее на ногтях был непрозрачный молочный цвет. Нужно добавить длину, но не сильно, овальная форма. Что касается депиляции и лица...

Она оглянулась на меня, в ответ я уставилась на нее, сомневаясь в значении и половины исходящих с ее уст слов. Потому просто грызла яблоко... злясь на его замечательный вкус и то, как сильно я им наслаждалась. Это же было простое чертово яблоко.

— У нее полные брови. Сохраните их такими, только добавьте изгиб. Ничего драматичного и сверхзаметного. Все остальное удаляем. К счастью, у нее не худший вариант кожи, спасибо Иисусу. Так что понадобится лазерная чистка и сглаживающая маска. У тебя есть где-то бугорки?

— А? — Я облизала губы, глядя на нее.

— Бугорки? Акне? Прыщи? Что-либо где-либо? — спросила она снова. — Не трать время на смущение и просто скажи. Они — никто.

Черт, они стоят прямо здесь. Тем не менее, когда я взглянула на женщин и мужчин, они казались равнодушными, просто ждали.

— Гм, у меня есть вросшие волоски под подбородком... — произнесла я. И даже не успела закончить предложение, как она схватила меня за подбородок и, подняв его, кивнула.

— Позаботьтесь об этом, — приказала Нари женщинам, и те кивнули. — Что-то еще?

— Синяки считаются?

Ее глаза округлились.

— Где?

— На ребрах и несколько на ногах.

— Сделайте лазер всего тела и еще добавьте пахту в ее ванну, — сказала она прислуге. — Делайте это каждый день, пока она здесь, а еще отправьте сообщение главной горничной поместья о том, что такое же лечение должно быть готово к ее приезду.

— Да, мэм, — заговорила одна из них.

Когда Нари кивнула, все они отступили вправо, переключая наше внимание на следующую высокую девушку.

— Ее зубы...

— Мои зубы? — Я подняла руку ко рту. — Ненавижу стоматологов.

— Я и вижу, — ответила сучка и затем перевела взгляд на женщину.

— Отбеливание, и хотя я не вижу ничего плохого в совершенстве, ирландцы... ну, им не нужно, чтобы она была идеальной. Не срезайте ей зубы до безупречно ровного ряда... но приблизиться к этому варианту было бы неплохо.

Эта женщина только что сказала срезать? Зубы? Какого черта?

Следующим был низкорослый мужчина, ожидающий дальнейших указаний.

— Сними толстовку, — сказала мне Нари.

Сделав то, что она попросила, я наблюдала, как они вместе скривились.

— Что? — спросила, проводя руками по своим светлым волосам.

— Ты же не серьезно. — Нари глубоко вздохнула. — Что ты делала со своими волосами?

— Мыла, сушила и так по кругу... опять же, тюрьма...

— Это не оправдание. Уверена, там по крайней мере выдают расческу. — Она покачала головой и взглянула на низкого мужчину. — Очевидно, нам нужно позаботиться об узлах и длине. Если необходимо, обрежь их и добавь длины, но я бы предпочла обойтись без этого. Ей потребуется любое из возможных чудес с твоей стороны, чтобы сохранить длину.

Он кивнул и отступил в сторону к остальным четырем девушкам, так что перед Нари осталось стоять двое мужчин и две женщины.

— Одежда, — сказала она мне. — Встань.

— Ты же сказала мне сесть.

Она взглянула на меня, ожидая, и я встала. Когда сделала это, ко мне подошли две девушки.