Три дороги на двоих (СИ) - Бланк Эль - Страница 15

М-да, даже жаль, что это всего лишь иллюзия. Ведь какая приятная! Впрочем, я не идиот, чтобы увлекаться сексом с виртуальными девушками. Вот если пересечёмся на Земле, там будет видно. А тут — всего лишь работа.

«Фихок шоп й эшр», — внедряю в её хорошенькую головку кодовую комбинацию, удостоверившись, что эмоциональная ориентация на меня достигла максимума.

— Контакт четыре! — отрываясь от сладкого ротика, бросаю в пространство. — Завершён!

— Связка установлена, — мягко отвечает мне вильюрер.

Тело в моих руках чуть вздрагивает, безвольно повисая, и я спокойно его отпускаю, потому как дальше уже не будет ничего интересного. Для меня оно растворится в пространстве, как и всё остальное окружение, а девушка проснётся там же, где и заснула. В отсеке изоляции.

Покидаю опустевшее помещение и расслабляюсь в кресле, делая перерыв, ведь предстоит ещё один заход. Вот же глупый спор! Надеюсь, успею, потому как время в психотроне идёт несколько иначе, чем в реальности. И сколько я уже потратил, интересно? Одним глазом взглядываю на панель вильюрера. Три часа — услужливо высвечивает тот. О как! И о чём вещал Ратнал? Чувствую, сегодня кто-то останется с носом. Вернее, с первым подопечным!

Ну что? Поднимаюсь, активируя систему. Ещё раз!

ГЛАВА 5

Как работают законы Паддера

Вероника

Никогда не верила в утверждение: «Всё, что хорошо начинается, кончается плохо». И как оказалось, совершенно напрасно. А самое ужасное, что ещё и убедилась в справедливости его продолжения: «Всё, что начинается плохо, реально заканчивается ещё хуже».

— But the stars in the sky look like home,

Take me home

And the light in your eyes lets me know

I’m not alone...

Музыка так неожиданно врывается в сознание, что не сразу понимаю, откуда она взялась? Зато, даже не открывая глаз, весьма отчётливо распознаю движение рядом и мимолётное прикосновение чьих-то пальцев к моей щеке. Словно кто-то нетерпеливо ждёт, чтобы я проснулась. А я ненавижу, когда за мной исподтишка наблюдают, да ещё и будят таким способом!

Коротко зеваю и сажусь удобнее, протирая кулачками глаза. Разлепляю веки, пытаясь окончательно проснуться и... встречаюсь взглядом с карими, тёмными глазами.

Ой, ...! …! Хороших слов на сей счёт у меня не остаётся, одни междометия и многоточия. А откуда им появиться, если заснула я в окружении однокурсников, а проснулась в компании того самого типа, который сначала труп изображал, а потом напугал нас до чёртиков. Ну, может, и не всех, но меня, по крайней мере, точно.

На всякий случай отодвигаюсь от непонятного субъекта подальше, соображаю, что сижу на чём-то мягком и опознаю весьма удобный предмет мебели, который, кстати, тут вовсе и не один. Напротив, через стол, стоит аналогичный девайс, и ещё несколько, чуть дальше. Осматриваю просторное помещение — типичный клубный дизайн метров на двадцать по периметру. Народа немного, музыка, всё тип-топ. Это что такое?!

Возвращаюсь взглядом к мужчине и офигеваю окончательно.

Вместо чёрного комбинезона на нём классические синие джинсы, зафиксированные на узких бедрах широким выбеленным кожаным ремнём. А ещё чёрная рубашка-поло, с закатанными до локтей рукавами и клетчатым чёрно-белым воротником. Но это полбеды, в конце концов, кто ему мешает одеваться так, как хочет? А вот то, что на мне синее платье в изрядный обтягон, который я, в общем-то, на дух не выношу, хоть у меня и нормальная фигура — вот от этого уже пропадают все слова. Окончательно. И хорошие и плохие.

— Привет, — слышу уже знакомый, вкрадчиво-бархатистый голос.

— Доброе утро, — ошарашенно выдаю первое, что приходит в голову из медленно восстанавливаемого словарного запаса.

— Почему утро? — Визави слегка теряет приторный, недоумённо хлопнув ресницами. Длинными, между прочим! Любая фотомодель обзавидовалась бы.

— Ну, я же проснулась, значит, утро, — окончательно смываю с его лица всю патоку.

— Хорошо, пусть так, — соглашается мужчина после краткого молчания, прокручивания в голове чего-то супер-важного и изучения моего фейса, на который я снова навесила изображение «любимого» дорожного знака автомобилистов.

Чего это он такой покладистый? Подозрительно.

— Выпьешь? — протягивает бокал.

Ага, щас. Я похожа на дурочку, которая пьёт неизвестно что, непонятно с кем и в незнакомой обстановке?

Вот только отказываться от идеи вручить мне сей неизменный клубный аксессуар, мужчина не желает. Приходится принять на удивление холодный, запотевший фужер.

Принюхиваюсь. Ничего супер-необычного, что-то классическое, коктейльное, да ещё и противно-мятное.

— Спасибо, — благодарю и возвращаю напиток на стол. Размазываю по ладоням оставшиеся на кончиках пальцев капельки воды. — Я не люблю мяту. И не пью спиртное.

— Даже так? — Мой собеседник изящно поднимает брови, рассматривая меня сквозь прозрачную жидкость. Впрочем, пить тоже не спешит, пристроив свой бокал рядом с моим. — А что же ты любишь? — Меняя положение тела, он садится полубоком, опирая голову на согнутую руку.

— Э-м-м... — теряюсь и решаю уточнить: — Вообще? Или в частности?

— В частности, — послушно конкретизирует незнакомец.

— Ну, сок, кофе... можно чай.

Я пожимаю плечами. Странный у нас разговор какой-то!

— А вообще? — не сдаётся любопытный тип.

— Вы издеваетесь? — спрашиваю с надеждой. Нет, ну, правда!

— Почему ты так решила? — совершенно серьёзно интересуется.

— А вам кажется нормальным, что человек, с которым я не знакома, пытается выяснить мои личные предпочтения в обстановке близкой к экстремальной?

Я принимаю вид аналогично-сосредоточенный и прикусываю ноготок зубами. Проследив за моим движением, мужчина чуть заметно улыбается и осматривается по сторонам.

— Ну почему сразу экстремальной? По-моему, обычный клуб. Разве здесь есть что-то запредельное?

— Да я не про помещение, — вяло отмахиваюсь.

— Хочешь сказать, что я должен объяснить, как ты здесь оказалась? — Выражение лица становится невероятно скучающим.

— Нет, не хочу, — из чистого чувства противоречия отказываюсь, в общем-то, от вполне интересного предложения. Вот ещё! Нужна мне его кислая морда! Пусть даже и красивая. — Просто тактично намекаю, что не хочу отвечать на ваши вопросы.

— Ага... — Мужчина ощутимо задумывается, по всей видимости, не поняв специфики моего юмора. Придвигается ближе, помещая мне на плечо наглую конечность. — Пить ты не хочешь, на вопросы отвечать тоже. А танцевать?

А рука-то у него тяжёлая!

Кошу глазами на объект, придавливающий меня к дивану. Красивая кисть с удивительно длинными, сильными пальцами. Чуть выше, на открытом запястье, широкий браслет, аналогичный ремню, только чёрный, на котором притягательно поблёскивают сталью часы в стиле «техно». Видела я как-то такие в журнале. Эдакий эксклюзивный, многофункциональный девайс для скаутов. Внушительно смотрится. С трудом заставляю себя оторваться от созерцания необычного дизайна и сползаю ниже, чтобы вылезти из-под неприятного груза.

Вот только довести действие до конца у меня не получается, потому как мужчина вдруг сам убирает руку, подхватывает меня под локоть, легко поднимает с дивана и буквально вытаскивает на открытое пространство.

«Ох ты ж, твою...!» — ругаюсь про себя. Что же он творит! Правда, произносить это вслух не рискую. Неприлично как-то. Зато когда мы оказываемся в эпицентре танцпола, рядом с ещё одной топчущейся под медляк парочкой, я решаю, что терпеть его выходки не желаю.

— Вообще-то, я не собиралась танцевать!

— А я уже это понял, — улыбаясь одними уголками губ, невозмутимо отвечает он. Руки бесцеремонно опускаются на талию, притягивая меня ближе.

Аж задыхаюсь от такой невероятной наглости, но нахожу в себе силы парировать удар: